Кто же нужен ей, Алисии? Трудный вопрос.
Девушка впервые встретила настоящего аристократа и таяла от восхищения. Хорошее воспитание — несомненно, вещь приятная, но не оно определяет сущность человека, поспешила привести Алисию в чувство суровой отповедью Рита Торндайк.
— Поэтому для меня так важно было постичь все стороны матросского ремесла, — закончил дядя Альберт назидательный рассказ из собственной жизни.
— Какие у вас планы на завтра? — обратился к Алисии Чарлз.
— Выйдем с мужем на яхте в залив, будем снимать фильм и плавать.
— Плавать? Боюсь, что только в гидрокостюме это занятие может доставить удовольствие сейчас.
— У меня нет гидрокостюма, — с сожалением произнесла Алисия и посмотрела на часы. — Извините, мне уже пора уходить. — Она встала.
— Позвольте вас проводить.
— Пожалуйста, мне будет приятно.
Роберт сидел у стойки бара. Он заметил Алисию, сопровождаемую Чарлзом, раньше, чем она его. От его внимательного взгляда не укрылось восхищение, с которым окружающие провожали эту пару глазами. Сердце сжалось от ревности, но он постарался совладать с собой, надев маску равнодушной благожелательности.
После знакомства и общих фраз, когда формальности, по его мнению, были соблюдены, Роберт почти грубо схватил Алисию за руку, пробормотал что-то о необходимости отдыха перед трудным завтрашним днем и буквально потащил ее к выходу.
— Какая муха тебя укусила? Почему ты так зло смотрел на Чарлза? Может быть, ты ревнуешь? — спросила Алисия, когда они оказались на свежем воздухе.
— Милая, не в моих привычках на работе обращать внимание на подобные глупости. Я выразился достаточно ясно: завтра нас ожидает трудный день, поэтому пора укладываться спать.
— Хорошо, — послушно отозвалась Алисия. — Для меня интересы дела прежде всего.
Ей не терпелось узнать, удалось ли Роберту выйти на след преступников за время ее отсутствия, поэтому она не перечила. Однако он сказал лишь, что проверял некоторые агентурные данные и делать какие-либо выводы еще рано.
Они вышли на ярко освещенный пирс. Ночь была темная, в сторону залива дул ровный теплый ветер — ночной бриз. Алисия прислушалась: со всех сторон доносился легкий мелодичный звон.
— Что это?
— Такой звук возникает при покачивании ветром грот-мачт, — ответил Роберт.
— Посмотри, какая яхта! Просто дух захватывает от такого совершенства!
Они проходили мимо крейсерской яхты из красного дерева. Сделанная под старину, но оснащенная всеми мыслимыми средствами связи и навигации, она стояла, как воплощение мечты.
— «Чайка», — прочитала Алисия название, выведенное на внешней стороне кормы. Высоко на правой краспице гордо реял британский флаг.
— Неужели она пришла из Англии, чтобы участвовать в гонках?
— Необязательно. Возможно, она стоит здесь с прошлого сезона. А в этих гонках участвуют яхты другого класса — меньшего размера. Боюсь, что после такого сказочного видения яхта Питера покажется тебе более чем скромной.
Алисия погрузилась в раздумья о предстоящем ей тяжком испытании. Она готовила себя к бессонной ночи. Вряд ли ей удастся побороть напряжение, вызываемое близостью Роберта. Хороша она будет завтра с бледным лицом и синяками под глазами. Может быть, принять оглушающую дозу снотворного и провалиться в тяжелый сон до утра?
— Вот мы и пришли. Яхта «Русалка». Конечно, вид не такой величественный, как у «Чайки», но бегает она отменно, — вслух рассуждал Роберт. — Смотри-ка, в кают-компании горит свет. Неужели, пока мы были на приеме, приехал Питер?
По трапу, перекинутому с причала на корму, они поднялись на палубу. Им навстречу вышел молодой человек в белом полотняном костюме с золотыми пуговицами.
— Здравствуйте. Я Мэт Сандерс. А вы гости Питера, супруги О'Брайен, не так ли?
Получив подтверждение, он сказал, что Питер просил встретить гостей и накормить их обедом. После глубокого вздоха сожаления, вырвавшегося у Роберта из груди и сопровожденного похлопыванием по животу, Мэт рассмеялся.
— Все понял. Обед отменяется. Тогда покажу вам, где что располагается, и удалюсь до утра.
На яхте оказались две двухместные и две одноместные каюты, а также просторная, со вкусом обставленная кают-компания.
После ухода стюарда Алисия и Роберт продолжали молча стоять в кают-компании. Оба чувствовали себя неловко.
— Вот что, милая, можешь пока заняться разбором вещичек, а я похлопочу насчет чаю. Думаю, мы займем каюту в носу — она самая уютная.
Заметив, как съежилась при его словах Алисия, Роберт поспешил исправиться.
— Хорошо, я буду спать в каюте экипажа, а ты — в любой другой. Зачем тесниться, когда места пока хватает?
Он отнес в выбранную ею каюту чемодан и сумку, вышел, прикрыв дверь, и, насвистывая, принялся хозяйничать в кухне.
Через пятнадцать минут на столе в кают-компании горела свеча в низком стеклянном подсвечнике. Рядом с чашками белого фарфора стоял серебряный чайник, заботливо накрытый льняной салфеткой. Из магнитофона лился низкий голос Луи Армстронга. Роберт успел переодеться в привычные черную рубашку и черные джинсы.
Ему доставляло удовольствие просто сидеть, ни о чем не думая, и поджидать Алисию. Интересно, в чем она выйдет, гадал он. В его воображении один образ Алисии сменял другой — она представала перед ним в различных одеяниях, всегда такая разная…
Усилием воли он остановил этот калейдоскоп видений — наряды в его воображении становились все более и более откровенными, а это представляло опасность даже для железной выдержки Роберта О'Брайена.
Что-то она долго не идет. Роберт негромко позвал ее — ни слова в ответ. Подошел к каюте и тихонько постучал — ничего. Тогда он глубоко вздохнул и приоткрыл дверь.
Алисия лежала на неразобранной постели, в одежде, прикрытая бледно-зеленой шалью, и очень тихо дышала во сне.
5
В этот ранний утренний час в приморском парке было пустынно и тихо. Алисия, в ярко-синей майке и белых шортах, стараясь дышать правильно, бежала по гравиевой дорожке.
Она вспоминала вчерашний день и пыталась беспристрастно анализировать свое поведение. С ее стороны было бы нечестно отвергнуть предложение Роберта, забыв об обещании оказать ему помощь при первой же просьбе. И она приняла его, но приняла с воодушевлением и с радостью, предвкушая полный приключений уик-энд рядом с мужчиной своей детской мечты.
Поначалу все шло прекрасно. Ее душевный настрой вполне соответствовал тому, в котором должна была бы пребывать молодая жена, прибывшая с любящим мужем в Нашвилл попытать счастья на престижных гонках.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
