Из замка выбежал мессер Кистелли, вступил под балдахин, осенявший высокий стол, и, наклонив голову, что-то зашептал герцогу на ухо. Герцог Сандрино нахмурился и что-то спросил. Мессер Кистелли пожал плечами. Герцог покачал головой словно с досадой, но наклонился к герцогине, произнес несколько слов и встал, чтобы пойти за своим мажордомом в замок.
Жена кастеляна, перегнувшись через Фьяметту, попросила мастера Бенефорте починить ее серебряный кувшинчик, у которого отвалилась ручка. Фьяметта заметила, что ее отцу отнюдь не польстило, что ему предлагают работу, для которой хватило бы и подмастерья. И тут его взгляд упал на дочь.
Он слегка улыбнулся:
– Его может починить Фьяметта. Это будет твой первый собственный заказ, дитя.
– О! Ты можешь его починить? – Дама Пия поглядела на нее с сомнением, но и некоторой почтительностью.
– Я… наверное, мне следует прежде посмотреть на него, – ответили Фьяметта осторожно, пряча охватившую ее радость.
Дама Пия посмотрела на высокий стол:
– Пока герцог не вернется, пить здравицы они не начнут. И что могло его так задержать? Пойдем ко мне в комнату, Фьяметта, посмотришь кувшинчик теперь же.
– Как вам угодно, дама Пия.
Когда они встали, вернулся мессер Кистелли, и на этот раз заговорил с сеньором Ферранте. Тот недоуменно поморщился, но, видимо, подчинился требованиям своего хозяина. Он махнул двум своим людям, приказывая следовать за собой. Повстречай Фьяметта их на улице, то без колебаний сочла бы их брави. Старший, свирепого вида бородач, лишившись нескольких передних зубов, был раньше представлен обществу как главный лейтенант Ферранте. Капитан Окс, любезничавший с дамой за одним из нижних столов, поднял голову, нахмурился и последовал за ними. Ему пришлось убыстрить шаги, чтобы нагнать их.
Жена кастеляна подождала, чтобы мужчины скрылись за дверью, и повела Фьяметту в замок. Пока они шли через зал, Фьяметта с любопытством оглядывалась. В глубине за открытой дверью кабинета она увидела герцога. Он стоял у своего письменного стола рядом с двумя забрызганными дорожной грязью людьми – одним был священник с озабоченным лицом, другим явно разгневанный знатный сеньор. Но тут сеньор Ферранте и те, кто его сопровождал, заслонили от нее дверь, и она пошла дальше за супругой кастеляна.
Комнаты кастеляна находились в одной из квадратных башен. Дама Пия сняла кувшинчик с полки в своей тесной спальне, где негде было повернуться между сундуками и кроватью, и с тревогой следила, как Фьяметта, отойдя к узкой амбразуре, служившей окном, долго его рассматривала. Втайне Фьяметта обрадовалась, что починка оказалась более сложной, чем она предполагала. Ручка в виде изогнувшейся русалки, не только отломилась, но и треснула, так что просто припаять ее на место было бы недостаточно. Фьяметта заверила жену кастеляна, что сделает все быстро, они завернули кувшинчик в полотняную тряпку и направились назад в сад.
Когда они шли через залу, Фьяметту испугал сердитый голос герцога Сандрино, доносившийся из кабинета. Он стоял, опираясь сжатыми кулаками на стол. Перед ним, скрестив руки, стоял сеньор Ферранте, выставив подбородок, багрово покраснев. Его бас произнес в ответ отрывистые слова, но так тихо, что Фьяметта их не расслышала. Двое приезжих следили за происходящим. Лицо сеньора сияло злорадной злобой. Священник был бледен. Капитан Окс словно бы небрежно прислонялся к косяку, но его рука лежала на эфесе меча. Дама Пия испуганно сжала плечо Фьяметты.
Голос герцога Сандрино то гремел, то прерывался:
– …ложь и убийство… черная некромантия! Неопровержимое доказательство… моя дочь никогда… оскорбление моему дому! Убирайся вон немедленно, или готовься к войне и потерять свою гнусную голову, кондотьерское отродье!
Брызгая слюной от ярости, герцог Сандрино укусил свой большой палец и потряс им перед лицом сеньора Ферранте.
– Мне готовиться не нужно! – взревел в ответ Ферранте, наклоняясь к нему. – Твоя война начнется сейчас же!
И Фьяметта, остолбенев, увидела, как сеньор Ферранте левой рукой выхватил кинжал и на том же движении полоснул им по горлу герцога Сандрино с такой силой, что кинжал рассек шею почти пополам и ударился о кость. Удар был нанесен столь неистово, что Ферранте не удержался на ногах и упал со своей жертвой на стол, словно обнимая ее. На его одежде появились багровые полосы.
С гневным криком, похожим на скорбный вопль, капитан Окс выхватил меч из ножен и ринулся вперед. В тесноте кабинета меч был немногим полезнее кинжала, а оба брави уже выхватили свои. Щербатый лейтенант пронзил сердце знатного приезжего ударом почти столь же внезапным и сильным, каким был удар его господина. Старый мессер Кистелли увернулся, но слишком медленно – кинжал второго браво повалил его на пол. Ури мечом отклонил кинжал, опускавшийся еще раз, и схватился с браво врукопашную.
Священник воздел руку, и сеньор Ферранте взмахнул в его сторону сжатым кулаком. Серебряное кольцо зловеще сверкнуло, священник с криком прижал ладонь к глазам, и сеньор Ферранте вогнал кинжал в его незащищенную грудь.
– Я должна предупредить мужа! – Жена кастеляна, уронив кувшинчик, подхватила юбки и побежала в сад. Лейтенант оглянулся на шум, нахмурился и шагнул в сторону Фьяметты. Глаза у него были ледяными. В полном ошеломлении Фьяметта вихрем повернулась и кинулась следом за дамой Пией.
Она почти ослепла от солнечного света. На середине сада жена кастеляна, уцепившись за мужа, выкрикивала предупреждения, а он только качал головой, словно ничего не понимал, хотя Фьяметте казалось, что та объясняет все ясно. Она лихорадочно искала взглядом в белом свете дня большой черный головной убор своего отца. Вон он! Кивает какому-то человеку. Лейтенант высунул голову в дверь, потом кинулся обратно. Фьяметта бросилась на грудь мастера Бенефорте, впиваясь пальцами в его тунику.
– Батюшка! – еле выдохнула она. – Сеньор Ферранте только что убил герцога!
Из двери спиной вперед выскочил Ури. Его меч был в крови.
– Предательство! – закричал он, и изо рта у него брызнула кровь. – Убийство и предательство! Монтефолья, к оружию!
Солдаты Ферранте, столь же растерявшиеся, как и монтефольские, начали собираться в группы. Лейтенант, преследовавший капитана Окса, позвал своих товарищей на помощь.
– Дьявол! – прошипел мастер Бенефорте сквозь стиснутые зубы. – Платы мне не получить! – Его пальцы сомкнулись на локте дочери, и он повернулся, оглядываясь по сторонам. – Этот сад – смертельная ловушка. Нам надо выбраться отсюда сейчас же!
Мужчины вынимали из ножен мечи и кинжалы. Невооруженные хватали ножи со столов. Женщины визжали и стонали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
