26 % и вовсе готовы уволиться «в никуда», то есть без какого-то плана, просто больше нет сил работать, нет желания.
По данным Gallup, в отчёте за 2022 год указано, что только 21 % сотрудников чувствуют вовлечённость в работу и чувствуют свою работу значимой (в Великобритании, например, таких только 8 %), а об общем благополучии заявили лишь 33 % респондентов. 44 % сотрудников сообщили, что испытывают постоянный стресс на работе. Европа и Южная Азия, включая Индию, возглавили рейтинг стран по степени снижения общего благополучия сотрудников (за один только 2021 год он упал на 5 %), при этом в Южной Азии он составляет теперь всего лишь 11 %.
Сотрудникам самых разных компаний и профессий стало массово казаться, что работа забирает у них слишком много времени и сил, заставляет тратить себя на то, что им не нравится, не приносит удовлетворения или вовсе не имеет смысла. Благодаря одному из видео, которое набрало множество просмотров в интернете, феномен получил название «тихий уход», или «тихое увольнение».
Это понятие объединяет и действительное увольнение «в никуда», и более мягкую форму, похожую, честно говоря, на своего рода саботаж[40] — когда сотрудник перестаёт проявлять на работе какую-либо активность, выполняет обязанности формально, старается не напрягаться, не берёт сверхурочные, не отвечает на звонки от коллег и руководителей, если они поступают в нерабочее время, и т. д.
Для обозначения этого феномена профессор менедж-мента Техасского университета A&M Энтони Клотц предложил понятие «великая отставка» (наподобие «великой забастовки»). Этот исход сотрудников, от работников McDonalds до инженеров-программистов, действительно оказался в США массовым: за один только апрель 2021 года уволились рекордные 4 млн человек. Опросы показали, что почти 40 % белых воротничков готовы уволиться, если их заставят вернуться с удалённой работы.
И вот удивительная вещь: когда руководители технологических компаний сами напрямую столкнулись с проблемой, которую так долго пытались отрицать и, более того, лишь стимулировали, риторика тут же изменилась.
Первым во всеуслышание выступил Марк Цукерберг: «На самом деле в компании, — сказал он во время сессии вопросов и ответов с сотрудниками, — вероятно, есть куча людей, которых здесь быть не должно. И я почти уверен, что мы сможем увеличить результативность и взять более агрессивные цели, повысить вовлечённость, если некоторые из вас просто признаются, что это место не для вас. И этот ваш личный выбор меня устраивает».
Впрочем, настрой Цукерберга понятен — его компания, возможно, острее всех из «большой четвёрки» ощущает тектонические сдвиги, происходящие в мире. В 2021 году впервые за 18 лет существования произошёл отток пользователей из Facebook[41], а учитывая ещё и инвестиции в Metaverse, в 2022 году Meta[42] впервые за 10 лет отчиталась о падении прибыли. За один день её акции рухнули на 26 %, а их рыночная стоимость — на 230 млрд долларов, чего ещё никогда не было в её истории.
Facebook впервые идёт на снижение расходов на сотрудников, лишает их ряда привилегий и приятных бонусов. «Мы можем либо сократить финансирование будущих проектов, либо немного пострадать из-за снижения рентабельности, — рассуждает Цукерберг. — Но фундаментально для меня куда болезненнее замедлять прогресс, которого мы добиваемся в долгосрочной перспективе, чем иметь краткосрочный трудный период».
Судя по всему, он пока не очень понимает, в чём суть этого «трудного периода» и что он вряд ли окажется «краткосрочным», а прогресс Metaverse в долгосрочной перспективе, вероятно, заставит вспоминать нынешнее «тихое увольнение» как невинную забаву.
Жёсткая риторика последних нескольких месяцев — со стороны как самого Цукерберга, так и его топ-менеджеров — предсказуемо вызвала недовольство во внутренних чатах компании. Но дело не в негативном фоне — его понять можно, дело в том, что именно говорят люди, когда к ним обращается руководство, в сущности, с вполне законными требованиями.
Вот примеры таких высказываний, собранных The Washington Post: «Грустно, что после многих лет моей работы в Meta[43] компания идёт по такому пути… Культура катится в ад», или «Я не ухожу сразу только потому, что жду премиальной выплаты за сентябрь, поскольку я много работал, чтобы получить её», или «Кто-нибудь чувствует себя здесь в безопасности?», или «Честно говоря, я просто думаю о том, чтобы сделать перерыв и пожить на сбережения или заняться чем-то скромным, пока этот экономический цикл не пройдёт. Я не хочу работать под постоянным давлением».
Интересно, как Марк Цукерберг оправдывал своё детище, написав статью на 15-летие Facebook[44]: «В то время как любые быстрые социальные изменения создают неопределённость, я считаю, что мы видим, что у людей больше власти, а долгосрочная тенденция со временем меняет общество, делая его более открытым и подотчётным. […]
Мы всё ещё находимся на ранних стадиях этой трансформации, и во многих отношениях она только начинается. Но если последние 15 лет были посвящены людям, которые создавали эти новые сети и начинали видеть их влияние, то следующие 15 лет будут посвящены людям, использующим свою власть, чтобы переделать общество таким образом, чтобы оно могло быть глубоко позитивным на десятилетия вперед».
Ну что ж, это влияние он теперь вполне может прочувствовать.
С огромными проблемами по возвращению сотрудников в офис после пандемии столкнулась и компания Apple. Не секрет, что в Apple всегда гордились статусом премиального работодателя, необычайной вовлечённостью своих сотрудников и крайне продуктивной корпоративной культурой. Но здесь, буквально под угрозой бунта она была вынуждена, вопреки желанию топ-менеджмента, перейти на «гибридный режим работы».
Новые правила позволяют сотрудникам присутствовать на рабочем месте только три дня в неделю, а оставшиеся два проводить на удалёнке. Кроме того, Тим Кук объявил, что это позволит сотрудникам работать из любого места до двух недель в году, «чтобы, — как говорилось в его внутреннем письме, — быть рядом с семьёй и близкими, иметь возможность сменить обстановку, организовать неожиданное путешествие или по любой другой причине на своё усмотрение».
С Илоном Маском такое не пройдёт… «Удалённая работа больше неприемлема», — написал он сотрудникам Tesla в служебной записке, а затем подтвердил её подлинность в своём Twitter[45]: «Притворяются, а не усерд-но работают. Пусть притворяются где-то в другом месте». И нельзя сказать, чтобы Маск был неправ.
Как показывают исследования, проведённые в 2022 го-ду исследовательскими компаниями Qatalag и GitLab, среди сотрудников, как они их называют, «интеллектуального труда»:
• 54 % вынуждены показывать, что они находятся в сети в определённое время дня, и каждый день в среднем 67 минут имитируют работу;
• 73 % работников сталкиваются с тем, что уведомления с работы приходят к ним в нерабочее время, что не позволяет им переключаться, при этом в среднем они должны проверять
