— Любимый…
Джону явно понравилось, как звучит это слово в моём исполнении.
— Между прочим, ты мне с первой встречи понравился.
— Правда? — удивился Тёрнер.
— До тех самых пор, пока не открыл рот и не заявил, что я нарушила закон. В тот самый момент всё очарование сошло на нет.
— Прости меня…
— Давно простила…
Наши губы соприкоснулись и под сладость поцелуя, прозвучал ворчливый голос Перри:
— Мне нужно успокоительное! Лисс, срочно дай мне сердечные капли! И что-нибудь от давления!
— Может сразу тебе голову оторвать? — не остался в долгу Гарри. — Лучше пойдёмте. Этим двоим нужно побыть наедине.
* * *
Оливия Чантервиль
Королевский бал, какой он? — спросите вы.
Отвечу. Королевский бал — это яркое, вычурное, пышное, душное и лицемерное событие.
Не любила я на Земле вечеринки, не люблю их и здесь.
Празднества по типу, как у кентавров в расчёт не берутся. Дружелюбные мероприятия, открытые и настоящие – это отдушина.
А здесь – настоящий серпентарий. Бррр…
— Всё-таки, это была плохая идея, — сказала Джону уже в который раз. — Можно было по-тихому представить меня королю и не устраивать весь этот балаган.
— Увы, моя дорогая, но отныне, ты – светская личность и фигура весьма значимая.
Вздохнула и кивнула.
— Да всё я понимаю… Кстати, ты сказал, что Тару тоже сегодня представишь. Но где она?
— Её приведут немного позже, когда все соберутся и тебя представят королевской семье, как Хозяйку Волшебного места Чантервиль, а также как мою невесту. Сразу после этого выйдет и предстанет перед королём Тара.
Передёрнула плечами.
— У меня какое-то дурное предчувствие, — поделилась с женихом. — Может, не говорить пока, что мы обручены?
— Ты передумала? — тут же спросил Тёрнер, сжимая мою ладонь, затянутую в белую перчатку.
— Нет, я не передумала, — успокоила мужчину. — Просто представляю, какой поднимется шум. Представление королю пожирательницы будет не таким ярким, как тот факт, что я – твоя невеста. Ещё эта Марелли-Охренелли…
Эту мадам я увидела в вестибюле, когда мы прибыли во дворец и только-только вышли из портала.
К моему удивлению, Охренелли не была обезображена моим проклятием.
Это странно.
Высокая, жгуче черноволосая, с белым, словно фарфоровым лицом и алыми губами, будто сочный плод. Амалия была прекрасна в своём ярком платье цвета крови, отделанном чёрными кружевами. Моё мнение – чересчур кричащий наряд, сильно открывающий пышную грудь, словно она предлагала свои прелести каждому встречному.
Сразу вспомнила кентавриек. Несмотря на свою наготу, они выглядели не пошло, а вот эта дама, вроде бы одетая, а выглядит развратно и вульгарно.
Нас она не заметила, слава богу. Марелли строила глазки какому-то молодому хлыщу, который капал слюной на её округлости в декольте.
Мерзость.
Я же для бала была одета со строгим шиком. Этакая леди до мозга костей. Но при этом, я не могла изменить самой себе и обойти стороной хоть небольшую эпатажность в наряде.
Я была похожа на волшебную птичку. Так меня охарактеризовал Джон.
Цвет платья был чудесный — золотой, но не одно сплошное золото.
Несколько юбок из тонкого, словно паутинка белых кружев, пенились, образуя волшебный колокол. Лиф платья напоминал греческий силуэт из шёлковой ткани нежного сливочного цвета.
Скромно всё и чинно. Но вот накидка была настоящим шедевром – золотые перья складывались один к одному. Широкий шлейф струился за мной, будто королевская мантия. Моя золотая накидка блестела и сверкала в свете люстр.
Жар-птица. Вот каким был мой образ на этом балу.
Волосы уложила просто — собрала и закрепила заколкой с драгоценными камнями и одной большой жемчужиной по центру, позволив локонам свободно спускаться до талии.
Джон был одет согласно моим цветам – белое с золотом. Он выглядел как настоящий принц!
Шикарный, благородный и… уиииии! Весь мой!
Мы прогуливались по залу. Королевской семьи ещё не было.
Звучала музыка в огромном зале, сияли тысячи свечей на люстрах. На пуфиках смиренно сидели пожилые дамы, попивая шипучие напитки из хрустальных бокалов.
Кружились редкие молодые пары.
Шумели маленькие фонтаны.
