Победоносный поход Ибрагима на Константинополь был прерван лишь появлением в Босфоре эскадры вице-адмирала Лазарева. Однако спустя семь лет Ибрагим снова разбил турецкую армию, когда султан опрометчиво попытался вернуть себе мятежный пашалык. Однако снова неудача! На помощь восставшим сирийцам пришли англичане и австрийцы и вынудили Ибрагима убраться в Египет. Вскоре от всех этих огорчений Ибрагим-паша заболел чахоткой и умер.
* * *
Осенью 1877 года Россия отпраздновала полувековой юбилей славного Наварина. Торжества начались праздником в Морском училище, именно так в те годы именовался знаменитый Морской корпус, чьи питомцы и были авторами давней победы. Газеты тех дней писали:
Накануне пятидесятилетия славной Наваринской победы, флаг турецкого фрегата, взятый при Наварине корабль "Александр Невский" и хранившийся в Морском училище, был перенесен в Морской музей, а в день 8-го октября поставлен в адмиралтейском соборе Святого Спиридония Тримийскаго, куда от Морского училища было приведено 220 воспитанников, т. е. все от 1-й и 2й роты и части от 2-й, 4-й и 5-й роты. Во время следования воспитанников к адмиралтейству и обратно играл хор военной музыки Училища.
В церкви воспитанники 1-й, то есть старшей роты, были поставлены внизу, прочие же на хорах. Оставшиеся воспитанники в два часа были отведены в церковь Училища для слушания молебствия.
С утра, 8-го октября на стоящем в зале Училища бриг "Наварин" были подняты шелковый влаг и гюйс, что делается только в особенностях торжественных в Училище случаях.
Перед отправлением воспитанников в церковь, начальник училища направился в столовый зал, где воспитанники были выстроены поротно и, поздравить их с 50-ти летнею годовщиною славного боя, сказал несколько слов касательно повода к сражению и последствий от него, а равно и несколько слов о самом бое, при чем указывал на находящиеся в зале план и две картины Наваринского сражения и главным образом на портреты виновников славной победы – адмирала Логина Петровича графа Гейдена и адмирала Грейга, как на начальников русского флота того времени. Около 3 1/2 часов, по возвращении воспитанников, им был подан более роскошный против обыкновенного обед, так как прибавлен был десерт и, кроме того, во время обеда играл хор военной музыки Училища.
Мальчишки кадеты, стоявшие в тот день в парадном строю, командирами кораблей пройдут Порт-Артур и Цусиму, адмиралами Первую мировую и Гражданскую! Наваринские торжества станут их самым первым уроком мужества, чести и долга!
А затем были торжества пятидесятилетия Наварина по всей России. Вспомним, что шел год 1877 и империи, открывшая полвека назад дорогу к свободе единоверной Греции, вступала теперь в долгую и кровопролитную борьбу за свободу единоверной Болгарии. В дни наваринских торжеств на Черном море выводил свои утлые миноноски в предерзновенные атаки отважный лейтенант Степан Макаров, на Дунае не менее отважно атаковали турецкие броненосцы лейтенанты Федор Дубасов и Николай Скрыдлов.
Эпицентр же празднования Наварина был, конечно же, в Санкт-Петербурге Главный печатный орган Российского флота журнал "Морской сборник" писал об этих торжествах русской доблести и духа так:
Центром этого морского праздника был собор Святого Спиридония Тримнийского в главном адмиралтействе, в Петербурге, где находился августейший генерал-адмирал и были, собравшись. все старшие представители флота и немногие участники Наварина, еще уцелевшие до сих пор.
Флаги, развивавшиеся с утра на паровых яхтах, стоявших вдоль набережной на Неве и на всех зданиях и казармах морского ведомства, напоминали жителям столицы, что русский флот празднует тризну одной из самых блестящих своих побед. По воле Его Императорского Высочества молебствие в Адмиралтейском соборе было назначено в половине второго часа пополудни, т. е. именно в то время, когда 50 лет тому назад союзные флоты переходили роковую черту, за которую начиналась Наваринская бухта. За полчаса до начала молебствия, совершенного при полном архипастырском служении, церковь стала наполняться чинами флота, начиная с полных адмиралов, членов Государственного и Адмиралтейств Советов и кончая воспитанниками Морского Училища и представителями от нижних чинов всех флотских экипажей, находящихся в Кронштадте и в Петербурге. Мы не станем перечислять всех находившихся в церкви, и заметим только, что из участников Наваринского боя тут были: находящиеся на службе: генерал-адъютант, адмирал, граф Ефим Васильевич Путятин, служивший мичманом на корабль "Азов", генерал-адъютант, адмирал, граф Логин Логинович Гейден, служивший лейтенантом на фрегате "Константин", адмирал Степан Васильевич Воеводский, служивший мичманом на корабле "Иезекииль", генерал-лейтенант Виктор Андреевич Иванов, служивший мичманом на корабле "Александр Невский"; находящиеся в отставке: вицеадмиралы Николай Григорьевич Котельников, служивший мичманом на фрегате "Константин" и Иван Васильевич Поскочин, служивший мичманом на фрегате "Кастор", генерал-майор маркиз Александр де-Траверсе, служивший лейтенантом на корабле "Азов", капитан-лейтенанты: Дмитрий Петрович Рыкачев, служивший мичманом на корабле "Гангут", Василий Дмитриевич Бартенев, служивший мичманом на корабле "Гангут", капитан по адмиралтейству Илья Васильевич Бажанов, служивший артиллерийским унтер-офицером на корабле "Азов", и штабс-капитан по адмиралтейству Соколов, служивший унтер-офицером на корабле "Алексей Невский".
Из нижних чинов участников Наваринского боя в церкви находилось трое: отставной боцман Михаил Архипов, служивший марсовым матросом на корабле "Иезекииль", отставной квартирмейстер Илья Гейдеман, служивший матросом на фрегате "Елена", и отставной матрос Иван Гаврилов, служивший на корабле "Иезекииль". Последние двое находятся в Инвалидном доме Императора Павла 1-го. Замечательно, что отставной боцман Михаил Архипов. Архипов, получая 114 рублей пенсиону, сумел так воспитать своих детей, что из них двое находятся на службе в 23-й дивизии, одни в чине штабс-капитана, а другой в чине поручика.
Участники Наваринского боя стояли по правую сторону аналоя под шелковым Георгиевским кормовым флагом и вымпелом, пожалованным кораблю "Азов" за Наваринское сражение. На алтаре лежал образ Божией Матери Одигитрии, поднятый с моря на корабль "Гангут", перед самым началом сражения. Перед образом, лицом к алтарю, стоя знаменщики 2-го флотского экипажа с ассистентами, с Георгиевским знаменитым флагом, пожалованным 12-му флотскому экипажу, к которому был приписан корабль "Азов". С левой стороны поставлен был кормовой флаг турецкого фрегата, сдавшегося кораблю "Александр Невский", во время сражения, и пущенного ко дну на другой день.
Кругом участников Наваринского боя группировались старшие чины флота, греческий посланник с секретарями и повременный в делах французского посольства господин Лабулэ, явившийся на молебствие во фраке, не в качестве представителя своей нации, а частным образом, по своим личным симпатиям. Мы слышали, что представитель Англии третьей державы, участвовавшей в Наварин, был также извещен о предстоящем молебствии, но не присутствовал, уведомив, что он получил от своего правительства инструкции – неучаствовать, ни в каких торжествах, устраиваемых по случаю выигранных сражений или побед. Из моряков, в числе собравшихся, видны были Георгиевские кресты героев Синопа (генерал-адъютант О.М. Новосильский – герой брига "Меркурий",
