— люблю научную фантастику и, в том числе — знаком с вашей, Александр Александрович…
Как известно, перу моего собеседника принадлежит фантастический роман «Красная звезда» — где кроме забавно-тоталитарного коммунизма на Марсе в частности, описан космический корабль — использующий принцип антигравитации и энергию, получаемую из распада радиоактивных элементов.
— … Однако, насчёт «сказочности» — здесь Вы несколько погорячились.
Я предоставил Богданову для ознакомления ту же папочку — что и два года назад Володе Сафарову — с несколько опережающими время данными об развитии вычислительной техники в Германии.
Когда бегло прочитав, он поднял на меня глаза:
— Спасибо! Чего не знал — того не знал. Однако, какое отношение…
Перебиваю:
— Молодой учёный из нашего Ульяновска Сифаров Владимир изобрёл релейно-электронную вычислительную машину — способную принимать, хранить, анализировать, перерабатывать и передавать информацию. Первые опыты ведущиеся на средства и под патронажем «ОПТБ-007», были успешны и дают все основания считать — что «РЭВМ» будет скоро создана…
Здесь, да!
Всё уже изобретено, запатентовано и даже название придумали: «Пифагор-1». Осталось — только разработать серийный образец приемлемой надёжности и запустить его на поток. Год-два и это событие произойдёт.
Выдержав паузу:
— … Я же предлагаю создать общегосударственную сеть таких — связанных друг с другом машин, создав автоматизированную систему управления народным хозяйством. Это позволит стране перешагнуть через второй порог кризиса управления и, совершив большой виток вокруг спирали эволюции — подняться к коммунизму научному!
Вижу загорающиеся неугасимым фанатичным огнём глаза американского «сумасшедшего» профессора из голивудских фантастических видосиков. Подливаю масла в этот «огонь»:
— Предлагаю Вам возглавить работы по созданию советского «Скайнета» — «Государственной информационно-вычислительной сети» (ГИВС).
Тот, облизнув пересохшие вмиг губы, несколько хриплым голосом:
— А почему не Вы… Ээээ… Извините, запамятовал как…?
— Серафим Фёдорович. Почему не я, спрашиваете?
Поднимаю вверх руки, типа — капитулирую и, улыбаясь:
— Увы, я не обладаю задатками настоящего учёного, как Вы! Мне, даже в вашей «тектологии» очень тяжело разобраться — не то, чтобы в этом воистину — глобальном и эпохальном деле.
Тот, прежде хорошенько подумав:
— Хорошо, я согласен. Но, всё же хотел бы видеть Вас, Серафим Фёдорович, в числе соавторов… Ээээ… «Скайнета»!
Видимо, это название и приживётся — если, конечно с «ГИВС» у нас вообще выгорит…
ТЬФУ, ТЬФУ, ТЬФУ!!!
— Я бы не хотел быть у Вас в соавторах, при всём моём уважении, ибо считаю — общественное должно превалировать над личностным.
Дико на меня смотрит, тогда я негромко добавляю:
— Мне, как человеку — имеющему некоторое отношение с соответствующим государственным структурам, не следует афишировать своё имя.
Богданов, слегка расширив очи, так же полушёпотом:
— Тогда понятно.
— Однако, у меня есть по существу вопроса ещё кой-какие мысли, которые… У Вас имеется писчая бумага или мне продолжать вашу скатерть портить?
— Хахаха! Пожалуй, нам лучше пройти в мой кабинет, Серафим Фёдорович. Кстати, не подскажите где Вы взяли такой чудный карандаш?
— С большим удовольствием подскажу, Александр Александрович: купил прошлой весной у какого-то незнакомого торговца на нижегородском рынке.
Ну не могу я писать хроноаборигенскими стальными перьями, макая их в чернильницу…
Не могу!
* * *
Засидевшись в кабинете до полуночи, я постепенно «слил» ему всю имеющуюся у меня инфу по «Общегосударственной автоматизированной системе» (ОГАС) академика Виктора Глушкова — автора так и не рождённого советского Интернета, по причине квадратно-гнездового мышления кремлёвских правителей. Очень грамотно и ненавязчиво слил — так, что Богданов всерьёз уверился, что до большинства идеек — он додумался совершенно самостоятельно.
Итак, «ГИВС» или иначе — «Скайнета», будет в конечном итоге состоять из сети главных вычислительных центров (ГВЦ), региональных накопителей информации (РНИ), ведомственных вычислительных центром (ВВЦ), отдельных терминалов на предприятиях и учреждениях — связанных друг с другом широкополосными каналами связи.
Для управления, «ГИВС» предлагается государственный комитет информатики в составе Госплана СССР или даже целый наркомата информатики — тут уж как удастся убедить руководство. В завершённом виде «Скайнет» должен будет состоять из приблизительно пятидесяти «ГВЦ», порядка двухсот «РНИ», нескольких тысяч ведомственных «ВВЦ» и нескольких десятков тысяч терминалов.
Ну, это в очень отдалённом будущем!
А пока предстоит создать сперва в Ульяновске, а затем в Нижегородской губернии — «Локальную информационно-вычислительную сеть» (ЛИВС) и обкатать её на практике — проверив технические решения и подготовив необходимые кадры для сети общегосударственной.
Во всём этом Александр Александрович обещал всемерно помочь — пролоббировать то есть, говоря своим языком. Ибо, дело настолько грандиозное, что своими силами и даже с привлечением всех ресурсов Нижегородской губернии — мне его не потянуть.
Однако, это лишь видимая часть айсберга!
Мне был не так интересен сам Богданов: со «Скайнетом» — как-нибудь и без него разгребли бы, как его связи среди кремлёвских. Поэтому прямо, без всяких экивоков ему сказал, что для реализации наших с ним смелых замыслов, кроме губернской «крыши» — требуется кремлёвская и, «в лоб» спросил:
— Александр Александрович! У Вас есть друзья, к помощи которых можно обратиться для решения некоторых, так сказать — «интересных» вопросов, могущих возникнуть при определённых «пикантных» ситуациях — если можно так выразиться, конечно.
Недолго думая, тот:
— Есть такие… Как им не быть!
Уже попрощавшись, стоя практически за дверьми его квартиры:
— Не могли бы Вы, взять на трёхмесячную стажировку одну очень способную девушку, закончившую курсы секретарей-референтов?
Подмигнув:
— Звать её Лена и она очень симпатишная…
Тот, кадыком туда-сюда:
— Кем она Вам приходится, Серафим Фёдорович?
— Никем, она просто моя немного знакомая землячка из Нижнего Новгорода и стажировка у такого известного человека — могла бы стать первой ступенью в её карьере.
— Три месяца, говорите? Хорошо, пусть приходит.
* * *
Следующим, в списке «отличников» Александра Краснощёкова, стоял Нарком финансов РСФСР Николай Милютин. Не перепутайте только с бывшим депутатом Государственной Думы Павлом Милюковым. Тот, чистокровная контра — пробу ставить некуда и, в данный момент — где-то в Париже белоэмигрантом чалится.
Как Сокольников и прочая, прочая, прочая — иже с ним большевистская братва, происхождением Николай Александрович — был самого, что ни на есть пролетарского!
Его отец был рыбопромышленником — владевшим в Астрахани рыболовецкой флотилией, а в Петербурге на Невском проспекте — рыбными магазинами. Сам же Николай Александрович был очень хорошо — по рабоче-крестьянски образован и воспитан и, проведя трудное детство в «трущобах городских» — среди таких же голоштанных потомков угнетаемых самодержавием трудящихся, знал и любил живопись, музыку, отлично говорил по-французски и по-немецки.
