— А меня кто-то спрашивал? — усмехается Ян. — Когда в родзале появилась бригада акушеров, Алена заявила, что я ее муж. И что мол рожаем мы вместе.
Ни фига себе! Во дает!
По ходу, Алена действительно по-настоящему боялась того, что должно произойти.
— Слушай, а можешь поподробнее рассказать о том, как проходят партнерские роды? Всегда интересно было, какой функционал выполняет муж? Что надо делать? Там ведь есть дыхательные практики и прочее…
— Ты всерьез интересовался этим, что ли? — удивленно спрашивает Кучерявый.
— Ну да, — пожимаю плечом. — Беркутов же много раз говорил о том, что пойдет в родзал с женой. Вот мне и стало любопытно. Только одно дело — теория, и совсем другое — практика. Хотелось бы услышать о подобном опыте, так сказать, из первых уст.
— Братан, возможно позже. Пока я как-то не готов делиться, — откровенно признается он.
— Ох и подрасшатало тебя…
А перед нами, между прочим, отец двоих детей.
Ян меняется в лиц
На полупустой парковке какой-то движ. Машина приехала.
Когда вижу, что из нее выходит Саня, чуть сигарету на штаны не роняю. А когда следом из тачки вылезает знакомый кавказец, впадаю в состояние неконтролируемого бешенства.
Какого, блять…
Приближаются.
Я, в свою очередь, с каждой секундой раздражаюсь все больше.
Почему она с Юнусовым, а не с отцом? И что это вообще значит?
— Привет, — ее голос отдается вибрациями в сотнях нервных окончаний. Однако мое внимание сконцентрировано исключительно на кавказце.
Вот что за человек такой? Вечно умудряется оказаться с ней рядом в самый подходящий момент.
Здоровается с Яном за руку. Что до меня, намеренно игнорирую его присутствие. Смотрю перед собой. До рези в легких затягиваюсь дымом.
Бесит, сука. Когда уже успел пристроиться?
Пока они уходят в сторону роддома, считаю про себя до ста, дабы не сорваться и не пойти следом.
— Выдохни, — Ян хлопает меня по спине.
«Выдохни». Умник. Посмотрел бы я на него в схожей ситуации.
— Выяснил, кто? — намеренно меняет тему. Тонкий психолог, но и я не олень. Понимаю, что отвлечь от происходящего пиздеца пытается.
— Да, — отвечаю тем не менее.
От подробностей Кучерявый охерел бы.
— Когда пойдем гасить? Стрелу будешь забивать? Или завалимся к ним без предупреждения? — тушит носком кроссовка брошенную на землю сигарету.
— Без предупреждения.
— Учитывая обстоятельства, это — лучший вариант.
— Я один поеду, Ян, — предупреждаю сразу.
— В своем уме? Идиотизм чистой воды!
— Это только мои терки, — качаю головой.
— Не дури. Вместе разрулим. Маякнешь, понял? — выжидает паузу. — Илья?
— Да, — делаю вид, что его услышал.
Но для себя я точно решил: никаких «вместе» не будет.
«Ты как? Друзей своих всех по очереди хоронить планируешь?»
Баста. Больше никто из них не пострадает.
— Не вздумай лезть туда в одиночку. Ты, безусловно, крут, но не настолько. Месть не должна затмевать разум, — продолжать лечить меня Кучерявый. — К ней надо подходить с холодной головой, ясно?
Уж кто бы говорил…
Тактично молчу. Кто старое помянет, тому, как известно, глаз вон.
— Выпьем в баре за углом? — предлагает вдруг.
Понятно, отвлечь меня стремится.
Поздно.
Заприметив свою Бесстыжую и ее сопровождающего, мгновенно напрягаюсь всем телом.
Наблюдаю за тем, как проходят мимо. И в какой-то момент взрываюсь, ибо черная ревность в кратчайшие сроки ядовитой субстанцией распространяется по вздыбившимся венам.
— Илюха, давай не сейчас, — Абрамов предпринимает попытку притормозить меня, но процесс уже запущен.
Сорвало к чертям предохранители. Сейчас будет файер!
Двинув следом за парочкой, настраиваюсь на разговор.
— Сань, — прихватываю ее за локоть, нагнав у ворот, за которыми находится парковка. — Давай поговорим.
— Не сейчас, ладно? — отрицательно качает головой.
— Сейчас, — спустившись пальцами к ладошке, выдвигаю упрямо.
Сокращаю расстояние между нами. Жадно разглядываю ее вблизи.
Дрожит. Бледная. Темные круги под глазами. Белки с потрескавшимися сосудами. Взгляд, отражающий бесконечную усталость, но в то же время… горит какой-то отчаянной решимостью.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Маленькая моя. Любимая. Желанная.
Прости…
Таким потоком разношерстных эмоций накрывает, как только рядом оказываюсь. Не захлебнуться бы. Выплыть….
Смотрим друг на друга. Неотрывно. Не моргая. Так, будто целую вечность не виделись.
А так и есть ведь.
Черт… Как же мне тебя не хватает, девочка! Погибаю, блять. Не живу без тебя. Существую. Мир все свои краски растерял.
— Илья, пожалуйста… — выдохнув, пытается освободить свою руку.
— Подожди. Не уходи, дай мне минуту.
— Не надо. Не сейчас, — повторяет, болезненно сморщившись.
Что-то не так. Я чувствую.
Закрылась. Не подпускает. Выстроила преграду.
— Саша, мы едем? — влезает в наш диалог тот самый третий лишний, которому отчаянно хочется начистить морду.
— Езжай на все четыре, — отвечаю вместо девчонки.
— Отпусти ее. Она не хочет говорить с тобой.
— Слушай, съебись в закат, по-хорошему, — предупреждаю, стиснув челюсти до скрежета.
— Саша едет со мной, — заявляет уверенно.
— А ты не попутал? — нехотя разжимаю ладонь, высвобождая ее пальчики из плена своих. Медленно подхожу к зарвавшемуся кавказцу. — Ты забыл о том, что перед тобой чужая жена?
— Вспомнил про жену? — усмехается тот.
Толкаю его в грудь. Он отзеркаливает тем же движением.
— Не начинайте..
Я заведен до предела. Взбешен. Разгневан.
Да и этот тоже быкует.
Драка неизбежна.
Бью его первым. И понеслось… Падаем вниз. Катаемся по асфальту, нанося друг другу один удар за другим.
— Хватит! — Рыжая предпринимает безуспешную попытку остановить этот мордобой.
— Прекратите, парни… Сколько можно? — поддерживает ту же волну подоспевший к нам Ян.
Куда там…
Наша взаимная неприязнь не знает границ. И, надо отметить, сегодня Юнусов как-то по-особенному зол. Ощущается, что тоже подрывает его внутри не по-детски.
Разбиваю ему рожу. С особым удовлетворением наблюдая за тем, как из носа течет кровь.
— Саша моя. Была, есть и будет. Уясни блять! — зажимаю его шею сгибом локтя.
Придушить бы его к дьяволу. Вечно ведь путается под ногами!
— Она могла из-за тебя погибнуть! — целенаправленно давит на больное.
— Не лезь в нашу с ней жизнь!
Продолжаем ожесточенную схватку.
— Как вы меня достали!
Внезапно раздается выстрел.
Помимо воли оба вынужденно замираем.
— Упростить вам жизнь, а? Следующий будет сюда! Меня, на хрен, все задолбало! — кричит Сашка.
В ужасе смотрю на револьвер, который она приставила к своему виску.
— Спятила? Опусти, Сань.
Я от этой картины в полном шоке. Страшно за нее, пиздец.
— Не приближайтесь ко мне оба! — цедит сквозь зубы, чеканя по слогам.
Убирает револьвер вниз, и я с облегчением выдыхаю. Напугала меня, глупая, до сердечного спазма и выступившей на лбу испарины.
Принимаю сидячее положение. Наблюдаю за тем, как она уходит, покидая территорию больницы.
Хочется наплевать на все и броситься за ней. Обнять крепко-крепко. Усадить в машину. Увезти домой, где будем только мы. Я и она. Наедине. Без посторонних.
Однако что-то подсказывает мне: сейчас — не лучшее время. Нужно переждать и выдохнуть. Дать ей возможность успокоиться. Успокоиться самому и сосредоточиться на деле. Иначе не видать мне счастливого будущего, как своих ушей…
— Пацаны, сколько можно? Вам заняться нечем? — Ян осуждающе цокает языком, глядя на то, как мы поднимаемся с асфальта.
— Прикоснешься к ней — в бетон закатаю, — предупреждаю Юнусова прежде, чем уйти.
*********
Как и предполагал, крыса довольно-таки быстро развязала язык Динамиту. Благодаря чему удалось выяснить много интереснейших подробностей, а также выйти на нужных людей. Куда более серьезных, чем эта продажная гнида.
