— Дело не в этом, — поморщился Снейп. — Просто твой вид…
— Он вас смущал?
— Да. Пойми, Гарри, я не привык иметь дело с детьми в прямом смысле слова. Те, кого мне приходится учить — это здоровенные лбы. Даже первогодки.
— Вы боитесь детей? — усмехнулся Гарри.
— Нет. Это сложно объяснить.
— А вы попытайтесь. Вы же знаете, что я могу вас понять, если мне как следует объяснить.
Снейп вздохнул и уставился на огонь. Говорить ему явно не хотелось.
— Когда я увидел тебя маленьким… — начал он и нахмурился. — Ты вряд ли меня поймёшь, но я вспомнил о твоей матери.
Гарри непонимающе тряхнул головой.
— Причём тут она?
— Она очень любила детей. Она, казалось, с детства мечтала о ребёнке. Но она растила тебя всего год. — Гарри хлопал глазами, по-прежнему ничего не понимая. Снейп посмотрел на него, прищурившись, и усмехнулся. — Она говорила, что когда у неё родится ребёнок, она поведёт его на карусель в маггловский парк развлечений. Тогда я сказал ей, что для этого придётся подождать несколько лет, пока ребёнок не вырастет. Она спросила, с каких лет детей пускают на карусель. Я ответил, что, наверное, с шести. Просто так ответил, особо не задумываясь. А она начала расписывать, какой чудесный день проведёт со своим ребёнком на его шестой день рождения. А когда я увидел тебя в таком возрасте, я подумал… Что она так хотела увидеть своего ребёнка шестилетним, но не дожила даже до этого времени. Зато увидеть её сына в столь нежном возрасте удалось мне. И ещё я подумал… — Снейп умолк и снова бессмысленно уставился на огонь, а Гарри даже задержал дыхание от волнения. — Что, наверное, это хорошо… иметь детей. — Гарри почувствовал себя так, словно в голову ему только что запустили ледышкой. — Но ты всё равно меня не поймёшь, — быстро закончил Снейп и потянулся к столу, чтобы взять оттуда бокал коньяка, который Гарри заметил только сейчас.
— А я… Почему-то вас понимаю, — улыбнулся он. — То есть странно всё это, но мне понятно.
Зельевар кивнул и сделал большой глоток. И тут Гарри понял, что сейчас именно тот момент, когда он может узнать то, что волновало его больше всего после похода за новой палочкой. Его сердце забилось как бешеное, на лбу выступил пот. Так он не волновался, наверное, даже когда сдавал СОВ по зельям. Он немного поразмыслил, как лучше начать этот разговор, но потом решил, что ужимки и уловки ему сейчас не помогут, поэтому набрал в лёгкие побольше воздуха и спросил в лоб:
— Вы любили её?
Снейп еле заметно вздрогнул, но не отвёл глаз от языков пламени, пляшущих в камине.
— Нет, — тихо отозвался он после долгой паузы, и у Гарри оборвалось сердце от этих слов. — Я не любил её, — еле слышно проговорил Снейп. — Я люблю её до сих пор.
Гарри закрыл глаза, чувствуя, как они начинают увлажняться. Одновременно он ощутил и боль, и облегчение. Постепенно приходила какая-то ясность и лёгкость. Какой-то груз, давивший на него столько времени, начал медленно исчезать.
— Значит, вы пришли к Дамблдору из-за неё? — срывающимся голосом пробормотал Гарри.
— Да, — последовал ровный ответ. — Сразу, как только узнал, что Тёмный Лорд собирается убить Поттеров. Я просил Дамблдора защитить её. И тебя. Ну, и Джеймса. Он дал мне слово, что поможет вам, но не сдержал его.
— Это не его вина, а Петтигрю, — хмуро вставил Гарри, чувствуя, как сердце сжимается от боли.
— В защите вашей семьи была прореха. И Петтигрю просто воспользовался ей, вот и всё.
— А что нужно было сделать? — произнёс Гарри, не открывая глаз: начала кружиться голова.
— Увезти вас в безопасное место. Хотя бы на время. В том же Хогвартсе наверняка нашлось бы место, где можно было бы спрятать двух членов Ордена с маленьким ребёнком. Но Дамблдор не настоял на этом. Твои родители не оценили всей опасности, и Альбус не стал их убеждать. А ведь он может быть настойчивым, когда нужно. Но в тот раз он пустил всё на самотёк. И вот результат.
Гарри открыл глаза, вытирая лицо краем одеяла, и прокашлялся, пытаясь собраться с мыслями.
— У него и так есть слишком много вещей, в которых он себя винит. Не добавляйте ему ещё и это. Он правда не виноват. Их предал Петтигрю.
— Ты мыслишь слишком однобоко. И я тебе уже об этом говорил. Ты видишь лишь то, что лежит на поверхности. Да, Петтигрю — мерзкий предатель. Но он лишь пешка, которую вынудили сдать твоих родителей. Он просто оказался не в то время не в том месте, и у него выпытали, кто на самом деле является хранителем тайны. Но за всем этим скрывается нечто большее. Альбус очень долго не верил в Пророчество. Если бы он поверил в него с самого начала, он бы силой заставил твоих родителей покинуть дом. Но для него в то время их гибель была просто гибелью двух членов Ордена, не более того. Даже когда ты выжил, когда твой лоб украсился отметиной Лорда, он не воспринимал Пророчество как нечто неизбежное. Только когда ты закончил первый курс, он наконец понял, что ты действительно Избранный.
— Вы о чём сейчас говорите? — потряс Гарри головой. Слишком много информации, слишком много шокирующих новостей на один вечер.
— О том, что он неспроста позволял Квирреллу разгуливать целый год по школе. Мы не знали точно, как именно он был связан с Тёмным Лордом, но всегда его подозревали и ждали, что Лорд появится в школе. Можешь считать, что это была приманка.
— Что?.. Я был приманкой для Волдеморта?!
— Нет, — усмехнулся зельевар. — Это он был приманкой для тебя. — Гарри открыл рот и даже перестал моргать. — Расчёт был простой. Если ты и правда Избранный, ты справишься с ним. Поэтому Альбус и дал тебе свободу, передал мантию-невидимку. Он хотел, чтобы ты сам добрался до философского камня и обезвредил Тёмного Лорда. Он всего лишь тебя испытывал…
— Остановитесь! — выкрикнул Гарри.
Снейп перевёл на него изумлённый взгляд. Гарри трясло мелкой дрожью, лицо было мокрым от слёз, которые он не мог остановить. Перед глазами мелькали чёрные точки. Он задыхался.
— Дать успокоительного? — с тревогой в голосе спросил Снейп и уже начал вставать, чтобы принести зелье, но Гарри истерично замотал головой и прикусил нижнюю губу. Снейп опустился обратно в кресло и тихо произнёс: — Прости, Гарри. Я не думал, что ты это так воспримешь.
— А как я должен был? — выдавил из себя Гарри. — Вы только что сообщили мне, что мной просто… играли. Обращались, как с подопытным кроликом. Это просто… отвратительно.
Снейп спокойно пожал плечами.
— Извини, мне следовало подумать, прежде чем это говорить. Просто я уже привык к этому.
