они сейчас кинутся мне на шею от счастья.
Но их колебания и сомнения разочаровали меня.
— Нас за любопытство могут и выпороть. — Произнесла старшая. — Зачем нам влезать в чужие проблемы?
— Какие проблемы, если вы свалите отсюда навсегда? — Чуть ли не закричал я от негодования.
— Они смогут снова придти за нами. — Пояснила вторая. — И не факт, что ты говоришь правду. Вдруг ты провокатор, который решил проверить послушность рабов?
— Вы, наверное, очень давно тут находитесь, раз слово свобода вам кажется пустым звуком.
— Быть рабом — это тоже свобода. У нас совсем немного обязанностей и есть полная определенность в будущем. Свобода в твоем представлении больше похожа на суматошные попытки достигнуть вечно меняющиеся цели. Здесь все спокойно, если не пытаться лезть, куда не следует. Я по-своему счастлива. — Философски ответила на мой укор старшая рабыня.
— Значит, не поможете? — Догадался я.
— Полезай в корыто или мы позовем Едигоя. — Пригрозила старшая.
— Мне плевать на вашего Едигоя и всех остальных. Я и так уже натерпелся сегодня, бегая на цепи за каретой. Скажите, где находится здание, в котором воспитываются найденные дети.
— И даже не думай. Там вооруженная охрана. И вообще ты нам надоел. Ты прыткий, как все новенькие рабы. Едигой сейчас вставит тебе ума. Едигооой! — Закричала старшая. Человеком с этим именем оказался тот самый лиловый тип, появившийся почти сразу, словно ждал поблизости, когда его позовут. Взгляд его растянутых глаз не предвещал ничего хорошего. Безусловно, Едигой любил часть работы, связанную с наказанием ослушавшихся.
— Что у вас? — Спросил он, не сводя с меня глаз.
— Этот бездельник несет всякую околесицу, и не хочет мыться. Соврал нам, что он умеет ходить по мирам, как наши господа. Преподай ему урок, а то нам скоро сдавать его на работу. — Пояснила старшая. — Но не попорть ему тело, иначе мамочки будут недовольны.
Едигой уже вынул из штанины тонкий прутик и с большим сожалением убрал его назад. Он подошел и грозно навис надо мной. Ухватил меня за руку и вывернул ее, чтобы сделать больно.
— Сломаю, если не поймешь с первого раза. — Произнес он.
Я не люблю насилия, особенно над собой. «Лиловый» был сам виноват в том, что распустил руки. Мы перенеслись с ним в зимний мир. Чистое ледяное пространство, продуваемое ветром. Едигой отпрянул от меня испуганно и завертел головой.
— Это правда? Ты такой же, как они?
— Совсем не такой. Я никогда не творю беззакония, скрываясь в других мирах. Разве что сейчас, но только потому, что ты идиот. У меня огромное желание бросить тебя здесь и вернуться в поместье.
— Не надо. Не бросай. Я не переношу холод. В моем родном мире не бывает холода. Я быстро погибну тут. — Залепетал «лиловый».
— Как ты не ценишь жизнь другого человека, так и я не буду ценить твою. Ты же раб, ты дешевка, не человек, только инструмент своего хозяина. Твоя смерть в этом мире станет логическим продолжением никчемной жизни.
— Прости меня, я же не знал, что ты такой же, как господа. Ты же совсем не похож на них, вот я и попутался. — «Лиловый» упал на колени. — Верни меня назад и проси, что угодно.
— Ты не слышал, не попадал ли в ваш интернат ребенок около недели назад. Мальчик, примерно семи лет.
— Мальчик? — Едигой удивленно посмотрел на меня. — А тебе зачем?
— Твое дело ответить на мой вопрос.
— Так, погодите, дайте вспомнить. — Он обхватил себя руками, защищаясь от ветра. — Да, был такой. Психованный, кричал, кидался драться с воспитателями. Кажется, его высекли. А больше я про него не слышал. У госпожи в доме, если только прислуга не врет, есть двери, через которые можно попасть в совсем другой мир. Говорят, воспитанники ими пользуются во время обучения, потому что их учителя, сами не умеют такого. Но это, господин, только слухи, которые я не могу проверить. — У Едигоя затряслись губы.
Хотелось сказать, что от холода они стали фиолетовыми, но они были такими и до этого. Мне почему-то подумалось, что эволюция в их мире скрестила человека-примата со свеклой. Под шубой он смотрелся бы органичнее, чем в легкой одежде на морозе. Рассказ Едигоя показался мне правдивым и подтверждающим, что Дарик находился в поместье именно этой аристократки. Я подошел к корчившемуся в трясучке рабу, взял его за руку и вернулся в палатку.
Изумленные рабыни подскочили, испуганно вжавшись в угол палатки. Едигоя продолжало трясти.
— Теперь вы мне верите? — Поинтересовался я у женщин.
— Да, господин. — Ответили они в один голос.
— Я вам не господин. Зовите меня Жорж.
— Да, господин Жорж.
— Ой, ну вас. — Отмахнулся я. — Как мне попасть в интернат не вызывая подозрений. Хитрить не советую, ваш коллега объяснит почему. — Я кивнул на рассопливившегося после мороза Едигоя.
Тот коротким кивком подтвердил мои слова.
— Там охрана из благородных. Они вас ни за что не пропустят. — Произнес он, стуча зубами.
— Посоветуйте, как попасть, минуя их. Не думаю, что у вас тут военное положение, чтобы досматривать всех подряд с невозможным пристрастием.
— А ты сдержишь слово, что вызволишь нас из рабства? — Поинтересовалась младшая рабыня.
— Несомненно. Я вообще иногда халтурю в комитете по незаконному применению иномирских способностей. Так что вы являетесь моими потенциальными клиентами, а ваши господа преступниками. Не сейчас, но когда-нибудь точно, мы серьезно возьмемся за них. Ну, чем ты можешь помочь мне?
— Я провезу вас в чане с водой. Уборщиц никто не досматривает. — Произнесла она, глядя мне прямо в глаза.
Она почувствовала реальный шанс выбраться отсюда и готова была рискнуть. Старшая рабыня бросила на нее недовольный взгляд. Она вполне могла испортить нам всю операцию. Я подошел к ней, взял за руку и вывел в чудесный мир с зеленой лужайкой. Вернулся и вывел туда же слабо сопротивляющегося Едигоя. Так мне стало намного спокойнее. Молодая рабыня испуганно спросила:
— Что вы с ними сделали?
— Отвел в другой мир, чтобы они не помешали тебе. Ты же видишь, им тут нравится больше, чем дома. Они не хотели, чтобы ты вернулась.
— Так и есть, господин Жорж. Хойла запрещала мне рассказывать о доме и заставляла даже не думать о нем. Она сказала, что так мне станет легче принять свое положение.
— Забудь о них, как о страшном сне. Где этот чан с водой? Заодно помоюсь перед работой.
— Он в саду. — Она указала рукой. — Я развожу воду из колодца по домам госпожи.
— Идем скорее, пока меня не кинулись искать перевозбужденные инкубаторши. А в чан точно никто не заглянет? —
