Я боялся мочить пистолет.
— Не было такого ни разу.
— Отлично.
Мы покинули душную палатку и направились через сад, в котором росли плодовые деревья. В саду была организована капельная система орошения, эффективно использующая драгоценную в этих краях влагу. Подошли к колодцу, вокруг которого крутил колесо почти полностью голый раб. Он был настолько увлечен своим занятием, что не заметил нас.
— Он слепой. — Шепнула рабыня. — Так у него не кружится голова.
— Его ослепили? — Изумился я.
— Да.
— Я все слышу. — Произнес человек. — Дайте мне глоток воды. Сегодня жутко жаркий день.
Рабыня спохватилась. Нашла кружку и набрала из глиняного чана воды. Подошла в мужчине и напоила его.
— Спасибо тебе, Мекла. Только у тебя доброе сердце. Я не узнаю голос мужчины.
— Это новенький. Только сегодня привели. Будет пока помогать мне.
— Рад, что у тебя появился помощник, но совсем не рад за вас, мужчина. Не лучшее место на земле.
— Ничего, привыкну. — Ответил я ему. — А вы сами, привыкли тут или домой тянет?
— Ха, привык. К такому разве привыкнешь? Дома я был известным ученым-физиком, а тут кручу колесо, как какое-нибудь животное. Как думаешь, к такому можно привыкнуть? — Спросил он горестно.
— Вряд ли. Хотя мне уже попались рабы, которым тут лучше.
— Это сломавшиеся люди. Не дай бог такими стать. Уж лучше смерть. Они же не радуются своей жизни, они радуются чужому несчастью. Пока тебя лупцуют плеткой, их раны перестают болеть.
— Да, уж, тяжелая у вас тут атмосфера. А вы сегодня весь день тут будете? — Поинтересовался я у слепого мужчины, сразу почувствовав к нему симпатию.
— До вечера точно. А что ты хотел?
— Пока ничего, но у меня есть кое-какие планы.
— Ха, планы, непотребное слово для раба. — Ухмыльнулся слепой.
— Я повременю привыкать в потребным. — Ответил я.
Мужчина уперся ногами в горячую каменистую почву и тронул с места оглоблю, вращающую насос. В чан плюхнулась порция воды. Всего таких чанов стояло три. Два были полными, а третий только наполнялся.
— Я заберу один. — Предупредила Мекла.
— Угу. — Промычал слепой раб.
— Полезай. — Девушка кивнула мне на емкость.
Я вынул пистолет из носка, чтобы не намочить его и стал забираться в чан. Вода стала выливаться из него. Она оказалась довольно холодной и сразу приятно освежила тело. Я опустился по пояс и присел, чтобы скрыться с головой. Сделал несколько глотков приятной на вкус воды. Мекла накрыла чан толстостенной глиняной крышкой. Подцепила тележкой для транспортировки бочек и покатила. Мы проехали несколько десятков метров и остановились.
— Господин Жорж, давайте условимся, если что-то пойдет не так. Я скажу вслух слово «Хойла», после чего вы сбежите из чана в другой мир, чтобы не подставить меня. А я сама как-нибудь оправдаюсь за то, что он наполовину пуст. — Вполне разумно предложила рабыня.
— Хорошо. Но если ты будешь крепко держаться за ручки тележки, мы сможем сбежать с тобой вместе. Как тебе такое?
— Ох, я не могу поверить. Вы, наверное, так говорите, чтобы я не отказалась от вашей затеи?
— Я так говорю, потому что я нормальный человек, обладающий состраданием и прочими добродетелями. Не святой, но и не тварь, типа твоей госпожи. Значит, Хойла в любом контексте? — На всякий случай напомнил я.
— Да, в любом сочетании. Да вы и сами поймете.
— Учти, для меня важнее попасть в дом. Поэтому я могу и не свалить в другой мир, а воспользуюсь оружием. Так что будь готова к любым раскладам. Если поднимется тревога, держись меня, чтобы сбежать вместе.
— Хорошо, я поняла.
Мы покатились по трясучей дорожке дальше. Ледяная вода уже начала переохлаждать мое тело. Теперь было очень холодно и хотелось согреться. Мы остановились. Я внимательно прислушался к звукам снаружи. Вроде бы пока все было тихо. Спрашивать Меклу о причинах остановки я не решился, боясь все испортить. Скрипнули ворота, после чего мы поехали дальше. Снова скрипнули и щелкнул засов. Мне хотелось выглянуть наружу, но движение крышки могли заметить.
— Сейчас я поставлю тебя на транспортировочную ленту, и когда ты остановишься, то окажешься внутри здания. Это будет подсобное помещение. Выбирайся и выжимай одежду. Еще долго туда никто не заглянет, потому что я привезла чан гораздо раньше положенного времени.
— А как же ты? — Спросил я.
— Я зайду с другого входа, со стороны кухни, типа забрать отходы, из которых мы готовим себе еду. Ты пройдешь мимо кухни, и я увижу. Там и встретимся.
— Послушай Мекла, я не могу рисковать тобой. Открой крышку. — Попросил я ее.
Она открыла. Я взял ее за тоненькое запястье и мгновенно переместился в один из запасных миров с теплым морем, пляжем и ничейным баром с хорошим выбором еды и напитков. Мекла открыла глаза от удивления и не могла вымолвить ни слова.
— Жди здесь. — Приказал я ей строго. — Можешь, есть и пить, что угодно. — Добавил я мягче.
И сразу же исчез, вернувшись в поместье рабовладельцев. Закатил чан на транспортировочную ленту, явно изготовленную в другом мире, и дернул рычаг. Где-то за стеной рыкнул электромотор. Лента дернулась и пришла в движение. Я не стал запрыгивать в емкость, сел на ленту, чтобы пролезть в дыру в стене. Вскоре я оказался в темном влажном помещении.
Пока Антош боялся забавляться с тканью миров, чтобы не выдать своего присутствия чувствительным к такому похитителям детей, я лез в логово врага напропалую. Было страшно, потому что мне могли не дать применить свое основное оружие, умение быстро убегать в другой мир.
Изнутри дом представлял собой небольшой дворец. Не считая нескольких не отделанных комнат прислуги, коридоры и прочие помещения, которыми пользовались хозяева, были выложены плиткой, покрыты барельефами и цветной росписью. Чувствовалось, что хозяева ценили больше не стиль, а вычурность, местами аляповатую и отдающую дурновкусием.
Я услышал детские голоса и поспешил туда. У меня не было никакого плана, кроме как забежать в класс с детьми и выкрикнуть имя сына. В руках я держал пистолет и готов был применить его без раздумий, если мне решат помешать. Мои шаги эхом разлетались по пустому коридору. Впереди показалась открытая дверь, из которой доносились детские голоса. Я смело вошел внутрь.
Это был аналог школьного земного класса, только столы в нем были сплошными и стояли полукругом, оставляя узкие проходы вдоль стен.
— Дарик! Ты здесь? — Выкрикнул я.
На меня уставились около тридцати пар глаз. Все они были похожи на нашего сына, но будто бы были постарше.
— Вы кто такой? — Спросила меня преподаватель вполне себе земного вида.
— У вас появился неделю
