Я просто вас услышал! И испугался! Думал, опять этот… Йар вернулся! Да дайте я расскажу! Мы зерно возили! Не своё! Нам платили, чтобы мы отвезли и продали! Потом наш хозяин договорился с одним типом, что часть зерна будут возить в таргелионскую тюрьму. В общем, тёмное это дело, я не разбирался. Знаю только, что там у них своего не растёт, а у нашего хозяина зерно хорошее.
— Ты ж сам таргелионский, разве нет? — вмешался сероглазый эльф, и человек содрогнулся всем телом, словно его ударили.
— Ну и что? Я к кому нанялся, того хозяином и зову! И стали мы возить зерно уже туда. И тут случился какой-то… А! Не важно, в общем, один тип крупно влип на мирианы. И его должны были повесить вместе с подельниками. Но у него оказались кое-какие связи, в общем, он откупиться смог. Но! Откупиться впрок! Отработать типа. Понимаете? Он, значит, смеси курительные продаёт. Но не простые! А-а! Там такие смеси, что наши двое ребят мозги последние прокурили, дочь одного из них ноги перед всеми стала раздвигать, лишь бы на эти смеси заработать! А Йартуив, так того типа зовут, нас не предупредил! Дал попробовать пару раз, а потом так плохо стало без этой гадости! Но я смог бросить, а те мои нет. Девка и вовсе… Всё. Ну и папаша её решил, что не надо ему мирианов, которые этот Йар ему платил за перевозки, потому как дочь сгубил. И решил Йартуива сдать. Мол, объявить, что беглый он висельник. А он узнал!
— Кто ж его предупредил, интересно? — хэру Нолпа многозначительно улыбнулся, и узкоглазый затрясся.
— Да не я! Не я! Мне зачем? Ну гад он, но мне золото надо! В общем, едем мы, и тут Йартуив. Избитый весь, злой. И с ним его дружки-могильщики. Говорят, мол, мы их хозяину, ну, который его от виселицы за выкуп спас, проблемы создали. А он проблемы не любит. Ну и вот.
— Мутно это, как царство Хирвен, — покачала головой эльфийка. — Но не наше это дело. Мы тебя к стражам отвезём, им и расскажешь.
— Да! Пусть они этого Йара повесят! Но сначала поимеют по очереди! Копьями!
— Пожалуй, я с тобой согласен, — кивнул хэру Нолпа. — Если бы моя семья от такого типа пострадала, я бы сам его на копьё насадил.
— Так вы мне поможете? Спрячете? Пока Йара не схватили? Он меня на лоскуты порежет!
— Почему мне кажется, что Йартуив тебя знать не знает? — подбоченилась эльфийка. — Ты, сдаётся мне, сюда пришёл чужим добром поживиться, и никакие это тебе не друзья. А мы тебя тут нашли, застали не вовремя, вот ты и врёшь.
— Да не вру я! — завизжал раскосый и вдруг бросился бежать.
— Пусть, — отмахнулся хэру Нолпа. — Не нашего ума это дело. Кстати, здесь действительно может быть что-нибудь ценное.
Друзья осуждающе посмотрели на него, кареглазый эльф пожал плечами, указал рукой на мертвецов:
— Давайте хоть их закопаем, больше ведь некому.
И в этот момент жена его друга побледнела, согнулась в приступе рвоты.
— Простите, — выдохнула она, кашляя. — Мне с самого начала было плохо, я просто не говорила. Но прикасаться к обгорелым трупам — это для меня уже слишком.
Примечание к части Цитируется песня гр. «Кипелов» «Косово поле».
Старуха Хала, приди!
Четыре юные девушки усердно раскладывали на песке у реки камешки, тщательно выбирая гальку по цвету и форме. Ни одна из аданет не была замужем или рожавшей, поэтому грудь они не закрывали, а грубо выделанную кожу, шерсть и лён носили в основном на спине, бёдрах и стопах. Несколько дней назад туго заплетённые чёрные волосы, щедро смазанные жиром, ещё не растрепались; сильные, привыкшие к тяжёлой работе руки, смотрелись пусть и неопрятно, но застарелой грязи на них не налипло.
— Всё готово. Давайте начнём, — выглядевшая чуть младше подруг аданет с милыми круглыми щеками посмотрела горящими азартом глазами.
Девушки встали вокруг камешков, сжали ладони друг друга, переплетя пальцы и принялись повторять:
— Старуха Хала, приди! Старуха Хала, приди!
Для скорейшего результата требовалось ходить «вслед за солнцем» и приседать на каждый шаг.
— Старуха Хала, приди!
С реки дунул ветер, девушки испуганно и радостно захихикали:
— Пришла! Она здесь!
Яркий дневной свет скрыли облака, и это тоже означало явление таинственной старухи. В племени халадинов говорили, будто давным-давно жила среди них женщина, убившая своего полюбовника, с которым изменяла жениху. Чтобы доказать будущему мужу верность, Хала вышла к сородичам, размахивая окровавленной тряпкой. Позже именно Хала защитила халадинов от нашествия орков, а годы спустя отреклась от позорного кровосмешения с эльфами, грозившего гибелью всему великому роду людей. Незамужняя бездетная Хала считалась покровительницей семьи и брака, поскольку даже после смерти оберегала юных дев от плохого супружества. Аданет часто призывали её неупокоенный дух, чтобы узнать, чьей женой предстоит стать.
Обычно было страшно, и оттого очень весело. Как правило, предсказания в итоге забывались, и приходилось обращаться к легендарной соплеменнице снова. Какая жалость!
— Кто мимо пройдёт, будет похож на моего мужа лицом! — крикнула, опередив подруг, коренастая и неуклюжая, но милая лицом девушка.
— Ты же в прошлый раз это спрашивала! И до этого тоже! — возмутилась зачинщица игры.
— И что, Хириль? — подбоченилась аданет. — Попадались одни уроды! Пусть встретится красавец, тогда поверю. Раньше бабка Хала надо мной смеялась! Сегодня не будет, я знаю.
— Вы чего у воды возитесь? — вдруг откуда-то взялась на берегу старуха, едва не напугав подружек до визга. — Как лягушки какие!
— А, это ты, — выдохнула самая высокая из девушек. — Ба, ну чего ты? Нам не холодно.
— Хватит глупостями заниматься! Давай домой! Работать надо! —
