— Лана, перестань пугать девушку, — укоризненно сказал Увидус. — Рена, не бойтесь, Ирридар не будет забирать вашу кровь, он добрый.
— Добрый! — зло глянула на меня Лана. — Постоянно девушек спасает и сюда приводит. И где только находит?
— Лана, не злись, лучше принеси нам что-нибудь поесть, — стараясь быть спокойным, попросил я.
— Нету ничего! — отрезала она, развернулась и ушла на кухню.
— Я не голодна, — тихо проговорила Ринада.
— От кого ты ее спасал? — спросил как бы невзначай Увидус и отвел глаза в сторону.
Я тоже отвернулся и ответил:
— Не разобрал, кто это был.
— А они?
— Они тоже, — ответил я.
— Уверен?
— Абсолютно!
— Это хорошо. Садитесь, сейчас вам принесут поесть. Эй, бездельники, вы есть будете? — обратился он к моим сопровождающим.
— Будем, — дружным хором ответили они.
— Будут они, — заворчал дворф. — Хоть бы раз отказались, дармоеды.
Мы уселись за стол и стали ждать, когда принесут еду.
— Босс, а зачем тебе кровь девственниц? — спросил простодушный Борт.
От его неожиданного вопроса в зале установилась тишина, а у меня глаза вытаращились, как у краба, которому прищемили… В общем, прищемили. Берка смотрела на меня испуганно, Уж и Кувалда — заинтересованно.
— Да, расскажи нам, — сказала подошедшая Лана с подносом, заставленным едой.
— Резус-фактор собираю, — ответил я первое, что пришло в голову.
— А что это? — удивлено спросил Уж.
— Закрытая информация, хочешь узнать? — спросил я и оскалился.
— Нет, босс, не надо мне знать, — испуганно отодвинулся следопыт, — я хорошо знаю, что с такими бывает.
— Ты темный колдун? — спросила Ринада. — Я это сразу поняла, когда бандиты… — она проговорила с запинкой это слово, — были и вдруг исчезли.
— Я светлый колдун.
Мне даже стало обидно. Спасаешь их спасаешь, а тебе раз — и темный колдун!
— Кобель он, а не колдун! — Лана с грохотом расставляла тарелки.
— Для тебя, Лана, я отдельную бочку приготовлю. — Меня начала распирать злость. — Для яда! — добавил я. Все мои шутки и неосторожные слова мне же выходят боком.
В это время в зал спустился идриш с дочерью. Заметив меня, он радостно закричал:
— Ваша милость! Как я рад вас видеть! Да что там, не только я, но и Циня.
Этот нескладный мужичок с редкой бороденкой уверенно направился к нашему столу и, не спрашивая разрешения, сел.
— Можно я его прибью? — скривился Кувалда.
— Нет, Борт, он и так жизнью битый. Кроме того, он научит вас быть господами, хорошо одеваться, иметь правильные манеры. Ты вот ешь и чавкаешь, мясо берешь руками, а потом руки облизываешь.
Кувалда виновато положил на тарелку кусок мяса и вытер руки о салфетку.
— Мы для вас приготовили подарок, — как ни в чем не бывало продолжил Изя, словно разговор шел не о нем. — Циня, детка, начинай, — обратился он к стоящей дочери.
Такая же нескладная, как и папа, краснея от смущения, девушка взяла в руки инструмент (на таком же играл я для снежных эльфарок), пробежалась по струнам, и вдруг в зале, сначала тихо, а потом все громче и громче зазвучал очень красивый голос. Девушка пела прекрасную и печальную песню о судьбе своего народа-скитальца.
Когда она замолчала, в зале наступила такая тишина, что можно было слышать дыхание рядом сидящего. За спиной Увидуса плакала Лана, у Ринады увлажнились глаза, и она шмыгала носом.
У меня сразу щелкнуло в голове: она будет петь в трактире, а песни ей дам я, те, которые помню. От этой мысли я пришел в хорошее настроение.
— Спасибо, Цинея. — Я встал, взял за руку смущенную Циню и проводил к нашему столу. — Рен Изъякиль, должен сказать, вы умеете делать подарки.
Идриш сидел довольный и напыщенный.
— Вы знаете, милорд, — заносчиво сказал он, — тех людей, которых вы мне дали, очень трудно чему-либо научить, это грубые неотесанные мужланы без благородства и артистизма.
Я с интересом смотрел на задравшего нос идриша. Спускать его выходки я не собирался, потом будет трудно остановить.
— Других у меня для вас нет, Изя. А вот если не справитесь с задачей, которую сами на себя взяли, то, учитывая вашу бесполезность, я отдам вас господину Борту. Он с некоторых пор стал проявлять к вам особый интерес.
— Спасибо, ваша милость, — откликнулся довольный Кувалда.
Услышав от меня такой ответ, идриш сдулся и стал бросать испуганные взгляды на Борта.
— Я могу помочь, — неожиданно включилась в разговор все это время молчавшая Ринада.
— Чем помочь? — Я недоуменно уставился на нее.
— Научить, чтобы эти… — запнулась она, — господа вели себя как господа.
— Хорошо, — не задумываясь, согласился я, — поступаешь во временное распоряжение Изъякиля.
— Никогда! — Девушка выпрямилась и гордо посмотрела на меня. — Никогда Ринада тан Балану не будет в подчинении идриша. Я лучше утоплюсь. — Потом глаза ее расширились, и она зажала рот ладошкой.
Так вот оно что! Девушка благородных кровей из лигирийского рода Балану! Известный в прошлом род, сейчас бедный и захудалый. Эту информацию в свое время мне давал Овор, он считал почему-то нужным, чтобы я знал рода лигирийской знати.
— Хорошо, работай самостоятельно, — покладисто согласился я.
— Я никогда не работала, — тихо сказала она, а я мысленно обозвал себя недоумком: тут всё понимают буквально.
— Просто помоги этим парням стать похожими на господ, это и будет твоей работой. В качестве платы получишь еду и проживание и кроме того, не будешь в долгу у меня. — Я посмотрел на Ринаду.
— Я согласна, — ответила она.
— Тогда, если мы все обговорили, я пошел. — Я с улыбкой осмотрел всех и поднялся. — Рен Увидус, расположите, пожалуйста, гостью в моем номере.
Тот глянул на меня и только кивнул в знак согласия.
Следом за мной встала Ринада.
— Я вас провожу, — сказала она.
На выходе девушка, сильно покраснев, спросила:
— Лана ваша девушка?
— Нет, тана, она не моя девушка. У нее есть жених.
— Не разглашайте, пожалуйста, мое имя, которое я по неосторожности открыла.
Мне оставалось только ответить:
— Не беспокойтесь. Я буду нем как рыба.
Ринада недоуменно посмотрела на меня, но ничего не сказала, просто встала на цыпочки и поцеловала в щеку.
Глава 7
Инферно. Третий слой
Отряд спокойно перешел границу между слоями и вышел на третий слой. Везде, куда ни кинь взгляд, простиралась каменистая пустыня. Дул сильный ветер, поднимая пыль и забивая ею глаза и нос. Хозяин и крауры натянули на лица плотные шарфы и надели что-то вроде очков. Грапп и его бойцы поставили слабый силовой щит, защищающий от ветра и пыли.
— Тут всегда дуют такие ветра? — спросил Алеш у краура, которого выбрали старшим
— Скоро ветер стихнет, — с трудом ответил носильщик. — Нам еще повезло, мы попали сюда после того, как прошел ураган, а это его последнее дыхание. Хотя я не знаю, что лучше: идти во время урагана и ветров или в спокойную погоду. Во время пыльных бурь кочевники сидят в стойбищах, а в период затишья ведут войны за пастбища и земли, пригодные для житья. Могут и нас заставить воевать вместе с ними.
— А как часто они воюют? — перекрикивая шум ветра, спросил Грапп.
— Да почти всегда. Это у них вместо развлечения. Отсюда приходят одни из самых лучших наемников, — так же громко отвечал ему краур.
— Быть готовыми к встрече! — передал по цепочке команду Демон.
К вечеру пыльная буря закончилась и небо прояснилось, отряд вышел к месту привала у небольшого родничка, бьющего из-под больших камней. Это была небольшая ложбинка, хорошо защищенная от порывов ветра. Бойцы расставили палатки и разожгли костер из запаса дров, взятых из второго слоя. К их костру подошел вновь избранный бригадир. Он молча постоял, разглядывая отблески огня, и спросил:
— Могут появиться кочевники, они любят женщин, а у тебя их четыре. Что думаешь делать?
