тянуло задрать нос, восхищаясь своим искусством.
– Войдите, – отозвался он.
Дверь отворилась, вошел Эрен – совсем такой, как всегда, в простой опрятной одежде, с чернильными пятнами на пальцах, с пером и листом бумаги. Даже теперь, когда уже в течение нескольких месяцев ворд не видели ближе чем на дневной переход от Ривы, Тави чувствовал, что Эрен по-прежнему носит с собой полдюжины ножей, спрятанных от посторонних глаз.
– Доброе утро, правитель, – приветствовал его Эрен, выкладывая на стол стопку бумаг. – Я принес отчеты за сегодня.
– Мне через час жениться, – напомнил Тави. Пройдя через комнату, он сел за свой стол и жестом пригласил Эрена сесть напротив. – В общих чертах – что нового?
– Вот это вам понравится, – сказал Эрен, удобно устраиваясь на стуле. – Не менее трех доменов открыто возражают против атак наших рыцарей на «их» ворд.
У Тави брови поползли на лоб.
– Прошу прощения?
– Эти общины приняли предложенные царицей условия сдачи. Насколько я понимаю, кроч со всех сторон окружил их поля и продвигался ближе. К нему были приставлены воины для охраны и пауки для обслуживания, получившие, видимо, приказ не только сторожить, но и охранять местных жителей, что они и делали, вплоть до того, что после смерти царицы отгоняли мародеров ворда. – Эрен покачал головой. – Жители пометили свой ворд краской, чтобы не перепутать.
Тави нахмурился:
– И хотят оставить их себе?
– Похоже на то. Все они в глубине захваченной территории, но от предложений их вывезти отказываются.
Тави поразмыслил:
– Если ворд получил приказ, он так и будет его исполнять, пока сама царица не отменит.
Эрен захлопал глазами:
– Вы хотите так их и оставить?
– Не хочу. Но и винить людей не могу. Государство не защитило их жизни и имущества. А ворд защитил. Если хотят остаться на прежнем месте, пусть их. Разберемся, когда, уничтожая кроч, подойдем ближе. Пометьте как дело второстепенной важности.
– Хорошо, – сказал Эрен. – Осада Родиса прорвана уже официально, правитель. Воздушный легион и его рыцари прибыли два дня назад и справились очень быстро.
– Превосходно.
Родис был последним из городов, запертых вордом в собственных стенах. Обычно его полчища просто рассеивались по округе, как это свойственно хищным животным. Правда, эти были плохо приспособлены к дикой жизни. За шесть месяцев почти все хищные особи ворда вымерли от голода. Хотя кое-кто нашел способ выживать самостоятельно. Тави полагал, что такие еще долго будут представлять угрозу для путешественников, несмотря на то что легион успешно обнаруживал и уничтожал подземные сады, где вызревали новые воины.
– Для начала разобьем горожан на пожарные команды, – сказал Тави. – Лишние руки позволят вычищать Долину от кроча с удвоенной скоростью – теперь, когда ворд окончательно утратил численное превосходство.
Эрен покивал:
– Без направляющей воли царицы они не слишком отличаются от зверей. О серьезное препятствие разобьются, как те под Гарнизоном.
Тави крякнул:
– Ты о нем редко вспоминаешь.
Эрен отвел глаза, помолчал немного. И сказал:
– Я видел смерть консула Цереруса. Ничего отважнее и печальнее мне видеть не доводилось. Он заслуживал лучшей смерти.
– Если бы не он, гигант ворда пробил бы стены Гарнизона. Тогда ворд, даже неуправляемый, одной массой уничтожил бы там все живое – включая его семью.
– Да, он погиб не зря. И все равно плохая смерть. Он заслуживал лучшей. – Эрен встряхнулся и перевернул страницу. – Гм… Объявлено о строительстве Академии Новус. Магнус сообщает, что возводит лекционные залы с множеством окон и вентиляционных отверстий, чтобы студенты весной и летом не жарились заживо и не спали на занятиях, и еще огораживает руины, чтобы защитить от новых построек. И в связи с этим… – Эрен опять перелистнул страницу. – …Сенатор Валериус заявил формальный протест относительно нового «колледжа романистики» и допуска туда свободных, не имеющих покровителя. Он приводит аргументацию из четырех пунктов, но все они сводятся к: «Никогда такого не бывало».
– Протесты сенатора Валериуса мне пищеварения не испортят, – заметил Тави.
– Мне тоже. Но к нему стягиваются все, кто недоволен вашей политикой.
Тави пожал плечами:
– Даже себе не хотят признаться, что война многое изменила. Если мы откажемся смотреть в будущее, нам с ним не управиться. А недовольные всегда найдутся.
Следующие несколько страниц Эрен пролистнул.
– Добрый сенатор возражает против… запрета рабовладения… признания канимского государства… признания маратского государства… признания государства ледовиков… передачи ледовикам Защитной стены… объединения свободных и, наконец, но не в последнюю очередь, против переноса столицы в Аппию.
– Насчет последнего он прав, – не без грусти заметил Тави. – В старой столице Алеры есть отличный вулкан, который вот-вот погаснет. Мы могли бы бросить туда всех этих идиотов и избавиться от них.
– Я не уверен, что весь Сенат поместится внутри, правитель. Что касается других новостей, то ремонт дамб продвигается достаточно успешно. Мы должны закончить восстановление большинства старых дорог к следующей осени, но…
– Но все они вели в столицу Алеры, – закончил за него Тави. – Как насчет новых направлений?
– Консул Ривы полагает, что кольцевую дорогу, проходящую в сорока милях от старой столицы, можно закончить в три-пять лет – вроде ступицы тележного колеса.
Тави кивнул.
– В любом случае нам не удастся раньше вычистить весь кроч в тех местах. А что с прокладкой более удобных путей сообщения?
– Не менее двадцати пяти лет, – ответил Эрен. – Во что это обойдется, лучше бы вам не знать.
Тави только крякнул:
– Ну что ж, даром ничто не дается, не так ли? Попросите его составить окончательный проект, и посмотрим, нельзя ли совместить строительство этой ступицы с земляными работами для новых.
– Хорошо, сударь, – сказал Эрен. – Я бы предложил в следующем общегосударственном водяном послании упомянуть, что гражданам занятых крочем земель следует продолжать уничтожение пауков. Я бы даже предложил назначить за них премии.
– Любопытно, – насупился Тави. – Зачем?
– Эти пауки, правитель, обеспечивают быстрое распространение кроча. Кроч же, по-видимому, производит достаточно пауков для своего содержания, и чем больше мы их перебьем, тем труднее будет крочу восстанавливать поголовье – и тем медленнее он будет разрастаться. Сами пауки сравнительно слабы, пусть молодые граждане пробуют на них свои силы, а наши ученые-романисты испытывают новые изобретения.
– Ты опять взялся за книги Варга, – упрекнул Тави.
Эрен со слабой улыбкой пожал плечами.
– Что с нами происходит, Эрен? – задумчиво спросил Тави. – Год назад мы шли с легионами спасать государство. А теперь ведем переговоры, прокладываем дороги, заключаем договоры. Это уже не война. Мы заново обживаем старые места.
Эрен поднялся, подровнял, постучав краем о стол, стопку бумаг.
– Мы миновали интересный исторический отрезок, правитель. Хорошо бы больше таких не видеть. Я буду рад, если следующий окажется
