В корейских частях, расквартированных в Русской Америке, усиленно внедряется, совсем как кукуруза на Крайнем Севере при Хрущёве, новая азбука, на основе русского алфавита составленная. Разработали её наши лингвисты-филологи, сперва офицеры Разведывательного Отделения Генштаба «начудесили», потом и учёные мужи подключились. Косяков по первости хватало, ругались вояки с филологами страшно, причём матом и русским и корейским друг друга обкладывали, что особенно радовало — переживают за дело, не равнодушные пофигисты! Пока бастард, ставший графом Востоковым, обучался в Калифорнийском Университете, вообще никаких проблем не было. Отличившиеся и раненые корейцы откомандировывались в батальон охраны при Университете, там их пичкали новой «русско-корейской» азбукой, кто не мог освоить, выпинывали снова на войну, а соображалистых оставляли для исполнения более тонких миссий и как учителей готовили тоже. Но основная масса азиатов геройски воевала, строила укрепления и погибала от пуль шаек наёмников, направляемых для выдавливания русских на Запад, к Тихому океану, дабы затем сподручнее в том океан их и сбросить.
Только пока ни хрена не выходило у САСШ, поддерживаемых втихушку поганцами британцами. Много желающих лезть под пули навербовать не получалось, а вояк из Европы зашанхаить также оказалось проблемой. В Берлине ясно поняли намёк Петербурга — если мигранты из Германии проявят себя, воюя против России в Северной Америке, Германия останется без Кенигсберга, который тут же переименуют в Константиновград. И не дай господь хоть один «отставник» или «волонтёр» в САСШ «засветится»…
Мольтке и Бисмарк после того заявления спешно прибыли на брега Невы, где удостоились беседы с начальником Генерального Штаба Легостаевым, покорно выслушали нотации российского стратега и отбыли в Берлин, так и не получив высочайшую аудиенцию. Ибо государь-император занят — очередной стих гениальный сочиняет, Музой осиянный.
Представляю, как немчура зубами скрипела, но против не разгромленной Франции и могучей России не выстоит новообразованная Германия. Не выстоит без сильных союзников на континенте. А Австрии то уже как империи нетути! А островная Великобритания помощник в сухопутной войне никакущий…
В итоге Германия начала переключать поток желающих уехать из голодной Европы в Южную Америку, в Аргентину и в Иерусалим!
Евреев в старушке Европе хватало, помню как развеселил своими рассказами Никита, организовывавший перевозку в Святую Землю сионистов из Италии, Испании, Польши, Германии. Правительства европейских держав были неприятно удивлены, когда узнали, что большое количество именитых сограждан «вдруг» оказались иудеями, исповедующими веру предков тайно, а для блезиру мимикрирующие что твой хамелеон. В Испании числились граждане сионисты ярыми католиками, в германских землях и протестантами и католиками притворялись. Гении конспирации! Я то это знал, немало книжек умных прочитав до переброса, а для европейских монархов удар был ого какой.
Никита в лицах пересказывал историю об исходе марранов, переселяющихся в Палестину и как охреневали испанские власти, не ожидавшие такого «удара в спину». Ещё бы — несколько серьёзных банковских домов вывело деньги в новообразованный под гарантии Петербурга и Константинополя (не Тихоокеанского, а Византийско-Османского) Иерусалимский банк. Случилась в Европе даже биржевая паника и череда банкротств, по счастью наши интересы не затронувшая и потому малоинтересная. Но Сыромятов тогда изрядно порезвился. Пора забирать Никитоса, вернуть бравого полковника к семье, в места родными ставшими, в Сакраменто, оно же русское Беловодье — золотые места! Хотя уже и не полковника, догнал Никита в звании дружка, Митьку Кустова. Оба они теперь генерал-майоры, кержацкая шпана из первого состава первой золотой артели…
Новость о кругосветном путешествии императора Константина стала главной сенсацией даже не мая 1875 года, а наверное, сразу всего года календарного. Французы предсказуемо заявили, что выведут Средиземноморскую эскадру хоть к Скагерраку для встречи «дорогого брата Константина». Пришлось телеграфировать «брату Наполеону», что нет в том нужды, Российский флот силён как никогда и защитить верховного вождя сумеет, но при прохождении русских эскадр у французского побережья, взаимодействие с союзниками крайне необходимо.
В Лондоне решили сделать ход конём и «сестра» Виктория пригласила меня на чашечку чая, всё равно мимо следую. Тут уже переполошились галлы и заявили, что первыми отправили приглашение посетить Париж. Телеграфировал «брату» согласие прогуляться по «брегам Сены»…
Франция, по донесениям дипломатов действительно «сошла с ума», организуя приём русского царя по высшему разряду, все силы и гигантские суммы бросив на безопасность визитёра и обустройство с максимальными удобствами делегации в которую кроме императора входит и великий князь Владимир Константинович, третий по значимости человек в Российской империи. Для шалопая Володьки даже начали подбирать «чистых» девиц, чтоб ни дай Бог бацилла какая не перескочила с дочерей Франции на хрен генерал-адмирала Российского флота. Про меня по умолчанию и так было ясно — еду со своими «самоварами» (две дамы сердца из «гарема» сопроводят Константина в кругосветке) и на прелестных француженок вряд ли внимание обращу. Очень уж «царские опричники» переживают за жизнь государя и в «сторонних» бабах видят страшное оружие, то ли бактериологическое, то ли библейски космы состригающее…
Александр, оставив семью в литерном поезде, «прилетел» в столицу «меняя паровозы». На три часа позже цесаревича также на паровозе примчал Сыромятов, сопровождаемый чёрными от пыли угольной головорезами.
— Ой, Никита, не подходи. Аки негр чернющий, а твои разбойники у крыльца вовсе черти адские, шарахается от них и народ и лошади. Чего жилы то рвал, ведь уже в Севастополе ясно было — успеваешь, выход через трое суток от дня сегодняшнего.
— Даже не знаю, прочитал в донесении, как его высочество поспешает в Петербург и тоже решил.
— Ладно, иди отмывайся со своими архаровцами, поблагодари их за службу от моего имени, завтра приму, определимся кого куда пристроить.
— Вот сумка, государь, там подарки еврейские тебе. Как узнали, что сдаю дела к тебе еду, собрали всякие кольца да броши да каменья в знак уважения и за обретение Иерусалима.
— Хорошо, положи на ту вон полку, а насчёт Иерусалима, не решён пока вопрос, султан просто так с такой «дойной коровой» не расстанется…
С наследником разговор получился содержательным. Александру уже 26 годочков стукнуло, трое детей, жизнь семейную начал вдали от родителей, что во многом определило характер великого князя, — «самостоятелен и обстоятелен». Так цесаревича охарактеризовал Тургенев, год проживший в Томске, читавший лекции в Университете и собирающий материалы для очередного романа…
— Что семью отправил отдельно, не устроил гонку с детьми, молодец. Но сам чего понёсся как настропалённый? Успевал же по времени!
— Не знаю, спешил.
— Значит так, Сашка. Решил я встряхнуться, пожить в удовольствие. Нет сил больше тянуть державный воз. А спустя рукава работать не умею. Потому и беру отпуск, в два года. Это время тебе придётся рулить европейской и азиатской Россией, посмотрим, насколько хорошо машина, мною созданная, в моё отсутствие работать станет…
— Отец, — наследник замялся, — путешествовать сейчас, да ещё в Техас через Атлантику, когда Великобритания подзуживает Северо-Американские Соединённые Штаты к нападению на наши заокеанские губернии. А если с тобой что случится?
— Сашка, вы уже все выросли, все три оболтуса. Сами знаете, как жизнь строить. О сёстрах позаботьтесь, если вдруг приберёт меня господь, выдайте Наталью и Марию за тех, за кого они сами пожелают. Не неволить девчонок ни в коем случае! Но! Разумеется, как старшим братьям, отводя наивных барышень от знакомств с аферистами и непонятными персонажами.
— Отец!
— Не перебивай! Погибать на радость врагам я не собираюсь, равно как и очертя голову лезть в авантюры и в приключенческий раж впадать. Поездка хоть и большей частью «лечебная», должная дать отдых растрёпанным нервам, в то же время инспекционная. Три миллиона подданных живёт за океаном — шутка ли! А граф Толстой не зря пишет о особости «русских американцев», о «характере калифорнийском». Хочу посмотреть самолично — не пора ли садить на Русскую Америку Володьку или Кольку, а то бац — и отделятся губернии как от Великобритании в своё время отделились.
