недооценила вот этого. — Она хлопнула Морта по плечу. Тот поморщился. — Я тебя ранила?
— Я буду весь в синяках, как, впрочем, и ты.
— Нет, я излечусь прежде, чем появятся синяки.
— Круто, наверное, — скривился он.
— Да, так и есть, — подтвердила она.
— Я еще не встречал того, кто был бы настолько быстрее меня, — заметил он.
— Ты очень быстр для человека.
Он принял комплимент, и я поняла, что в том таинственном мужском боевом смысле Морт и Магда теперь стали друзьями. Наша связь с Эдуардом была похожей, так что я понимала, как именно это работает, но была слишком девчонкой, чтобы не понимать, что все это слегка безумно.
Эдуард встал рядом с Ноланом.
— Ты думал, что твоя клетка выдержит.
— Да.
— Ты решил, что твои люди могут совладать с оборотнем.
— Да, — повторил Нолан.
— Не отыгрывайся за это на Аните и ее людях.
— Он только что отыгрался, — встряла я.
Эдуард улыбнулся:
— Ага, но мне хотелось посмотреть, кто из вас закипит сильнее.
— Ты хотел узнать, кто из нас сорвется? — уточнила я, приподняв бровь.
Он улыбнулся мне, и это было обаяние Теда, но блеск в его глазах стоял эдуардовский — той его части, которая хотела знать слабости каждого, вроде неконтролируемой вспышки гнева, которая прилетела не по адресу. Я поняла, почему к сорока годам Нолан оставался всего лишь капитаном. Удивительно, как он с таким темпераментом и до капитана-то дослужился. Очевидно, мы только что ему доказали, что его люди и близко не готовы иметь дело с монстрами. Это стоило одной или двух истерик, но не на публике.
— Когда вампиры проснутся, они будут так же сильны и быстры? — спросила Донни, кивнув в сторону клетки, куда они уложили мешки на время проверки второй камеры.
Нолан посмотрел на меня:
— Есть что сказать, Блейк?
Я оценила, что он спросил меня, а не Эдуарда. Думаю, он хотел реабилитироваться после стычки.
— Не настолько быстры, к тому же, новообращенные еще не просекли, как использовать свою силу. У Магды были годы тренировок и практики. Она не только сильнее и быстрее обычного человека — она знает, как это использовать. У вас же тут провинциальная мамочка с двумя дочерьми. Тот факт, что они теперь вампиры, не делает их мастерами боевых искусств, не дарит им кубики пресса — для этого нужны усилия независимо от того, жив ты или немертв.
— Так удержит ли вторая камера новообращенных вампиров? — уточнил он.
Я посмотрела на Магду:
— Удержит?
Она кивнула:
— На пару ночей — да, но они поймут, насколько теперь сильны, и начнут этим пользоваться. Все вампирские фишки они тоже прознают со временем.
— Ты имеешь в виду фокусы с разумом, — догадался Нолан.
— Они способны захватывать взглядом и превращать тебя в своего раба. Это может обернуть человека против его друзей и семьи.
— Через камеру это не работает. Пока мы не открываем дверь и не смотрим им в глаза, все будет в порядке.
— Вам нужно будет кормить их, — напомнила я.
— Мы подсунем им пару пакетов с плазмой, — ответил он.
Я покачала головой:
— Они не могут питаться старой кровью, только свежей.
— Мы можем достать крыс и запустить их в камеру.
— Во-первых, сейчас они все еще те, кем были при жизни, поэтому не думаю, что поместить живых крыс в камеру с матерью и двумя детьми — это хорошая идея.
— Хочешь сказать, они испугаются крыс? — уточнила Донни.
Я кивнула.
— Я знаю где можно купить кроликов, — предложил Фланнери.
— Они выпьют кровь животных, но это не поддержит их.
— Что значит «не поддержит»?
— Это значит, что кровь животных заполнит их желудки, но в ней отсутствует то, что предотвращает гниение. Мозг продолжит функционировать, но тело начнет разлагаться, как у зомби. Они будут жить вечно, но выглядеть при этом станут как свежеразложившиеся покойники.
— Откуда такие познания? — спросила Донни.
— Я видела Мастера вампиров, который пытался слезть с человеческой крови. Жуткое зрелище.
— Этот процесс обратим? — поинтересовался Фланнери.
— Да, но не без человеческих жертв — буквально, они нужны, чтобы восполнить энергию, которую вампир потерял, пытаясь стать «вегетарианцем».
— Хочешь сказать, они должны выпить человека досуха?
— Нет, я о том, что ритуал, который мог бы возместить подобный ущерб, требует человеческого жертвоприношения. Ни разу не слышала, чтобы он увенчался успехом, но ко мне обращались желающие его провернуть.
— Они хотели, чтобы ты провела ритуал? — уточнил Фланнери.
— Нет, они хотели, чтобы я стала одной из человеческих жертв.
Он округлил глаза.
— Обнаглевшие засранцы.
— Согласна.
— Как ты их остановила? — поинтересовался Нолан.
— Я уже говорила, что для меня значит «остановить», Нолан.
Мы пялились друг на друга с минуту, затем он кивнул:
— Да, говорила.
Я ощутила, как рядом со мной шевельнулась Магда, и что-то в этом было такое, что заставило меня обернуться. Она наблюдала, по коридору как к нам направлялся Бреннан. Мы столпились так, что почти перекрыли единственный выход из тюремного блока, и для того, чтобы покинуть помещение, ему в любом случае пришлось бы пройти мимо нас, но Магда оставалась настороже. И я ее не винила.
Морт встал немного впереди нее, чтобы Бреннану пришлось миновать его, а не Магду. Я вдруг поняла, насколько Морт был ниже верльвицы. И не только ниже — он был одним из тех людей, которые с трудом набирают массу, так что на фоне Магды он казался почти хрупким. Поскольку Морт был на три дюйма (7 см. — прим. редактора) выше меня, я поняла, насколько крошечной могла казаться для всех остальных.
Смуглый красавец Бреннан остановился перед Мортом, нависая над ним с высоты своих шести футов (182 см. — прим. редактора).
— Ты и правда решил защищать ее от меня?
— Магда сделала только то, о чем мы ее просили: указала на слабые места в нашей системе.
— И ты бы пошел против меня вместе с ней?
— Не она в меня пушкой тыкала, Бреннан. Это сделал ты.
— Я целился не в тебя. Я целился в нее. — Он ткнул пальцем в Магду.
— Ты реально думаешь, что мог бы застрелить ее, не задев при этом меня?
— Да, — ответил Бреннан, но прозвучало это с вызовом. Магда напугала его, и он позволил своему страху выставить себя дураком.
Она шагнула вперед, а Бреннан отступил назад. Даже при том, что Морт стоял между ними, он не хотел приближаться к верльвице. Вот дерьмо — по ходу, мы вывели его из строя. Если он не переборет свой страх перед верживотными, то не только не сможет помочь нам, его и с другими сверхъестественными существами
