дыры во внешней стене, – починил бы ты его побыстрее, а то скоро тут твои и мои детишки бегать будут, не дай Небо на голову часть стены упадет. Или проводка замкнет, или трубы забьются и все вокруг зальет.
Губы дяди Гены медленно расплылись в улыбке. Мы оба рассмеялись.
– Ладно, умник, – вдоволь посмеявшись, начал дядя Гена. – Возвращайся уже в Эльдер со своими бойцами. Тут мы и сами справимся.
Род Ильяриз, конечно, мог бы помочь с разбором завалов, но для этого хватит и наемников, ибо подобные работы также предусмотрены в их контрактах. Основным же силам стоит начать отдыхать и восстанавливаться, готовясь к следующим битвам. Нашим Свободным родам, между прочим, еще дом Зардеону и Лате возвращать.
Так что, собрав своих, я вернулся домой. Ребят, разумеется, распустил, а сам направился в душ.
«Господин, Госпожа Фостер просила сообщить вам, что хотела бы с вами встретиться. Спрашивает, как это лучше организовать?» – мысленно связался со мной Арнольд. После возвращения он принял у наиболее доверенных наемников командование над охраной особняка. Сегодня была его очередь дежурить. И Дружины Линдера.
«Если Адда, как лечащий врач, одобряет то, что Госпожа Фостер будет лясы точить, то попроси кого-нибудь из девушек принести нашей пациентке халат. Минут через пятнадцать спущусь к ней. И пусть накроют походный ужин у источника на двоих».
«Понял. Сделаю».
Покончив с водными процедурами, я натянул футболку и широкие штаны, запрыгнул в кроссовки и телепортировался в подземный коридор. Из соображений банальной вежливости прямо к источнику прыгать не стал. Хоть я и видел Тину голой, все-таки мы с ней не женаты, нечего совсем уж наглеть. Пусть что-то и подсказывает мне, что Госпожа Фостер будет не против снова показать мне свои прелести… Все же нет. Уважение – штука сложная и многогранная.
– Я вхожу, – громко произнес, двигаясь по коридору. Вскоре увидел девушек – Тина в сером длинном халате сидела прямо в источнике, Адда стояла слева, не прекращая лечить раненную даже через одежду. Справа была Кара, ну а прямо перед Госпожой Фостер две служанки сервировали переносной столик.
– Приветствую хозяина дворца! – подняла руку Тину. Девушка задорно улыбалась и выглядела уже очень даже неплохо. О чем я и поспешил ей сообщить.
– Да, я красавица, – закивала она. – И даже мокрый халат и мокрые волосы этого не изменят. Кара, – повернулась она к Стражу, – оставь нас.
– Адда, может Госпожа Фостер уже принимать пищу? Требуется ли ей безостановочное исцеление?
– Не требуется, – нехотя призналась оборотень. – Однако оставлять источник как минимум до завтрашнего утра строго не рекомендуется. Легкость в вашем теле, Госпожа Фостер, отчасти обманчива и обеспечена моими навыками и источником. Перенапряжетесь, и раны откроются.
– Благодарю, Адда, – кивнула Тина. – Не беспокойся, не стану я перенапрягаться. Я лучше многих понимаю важность правильного восстановительного процесса.
Вскоре мы остались вдвоем. Я протянул Тине тарелку с овощами и нарезанным мясом, вилку, взял свою порцию и уселся на каменный борт источника. Мы приступили к еде.
– Как думаешь, этот прием пищи можно засчитать за дикую трапезу в пещере? – неожиданно спросила Фостер.
– Нет, – строго ответил я. – Даже не думай соскочить.
– Я и не думаю! – возмутилась девушка. – Ведь я все равно выиграю этот спор.
– Ну-ну, – добавив скепсиса в голос, ответил я.
– Сомневаешься в моих силах? – Тина сделала вид, что вспылила.
Я решил не подыгрывать ей и, поставив на пол опустевшую тарелку, строго взглянул в ее единственный глаз (второй был закрыт повязкой с гербом рода Фостер), и ответил:
– Нет. Ты безусловно сильна, и я это признаю. Не хочу обидеть твой род, но я знаю, что ты получаешь немного родового Влияния. Стало быть, ты сама очень гениальна. Более того, твой рост продолжается.
– Хех, – усмехнулась она. – Что это на тебя нашло? Жалеешь моего папеньку?
– Почему это я должен его жалеть? – не понял я.
– Если бы я родилась старшим сыном, была бы уже… наверное Грандмастером… Ну Мастером уж точно. И Грандмастером бы точно стала, когда унаследовала бы род. Отец бы гордился таким наследником.
– Он и так тобой гордится, – заметил я.
– Гордится, – кивнула она, – но много Влияния мне не выделяет. И я его понимаю, нужно братьев поддерживать да остальную родню. А я все-таки девушка, придет время, и мое предназначение нагонит меня: буду сидеть в доме мужа и растить детей с другими его женами, – грустно закончила она, отведя взгляд.
– Эти войны… – не глядя на меня, продолжила Тина, – отсрочили неизбежное. Порой я начинала забывать о том, что меня ждет в дальнейшем. Ведь только во времена потрясений для рода или клана женщины выходят на передовую. То, что мне довелось столько сражаться, мое большое везение, ну и проявление отцовской любви.
Тина… очень странная. Она бунтарка и боец. При этом не покинула род, а состоит в нем до сих пор, тем самым выражая признательность отчему дому. А ведь могла бы вступить в какой-нибудь Орден – иногда девушки так и поступают, если не хотят скорого семейного счастья и счастья материнства. А могла бы и вовсе поступить радикально и выйти из рода, основав свой матрилинейный род. Это безумно рискованно, и тем не менее Тина бы точно справилась с таким вызовом.
Но нет, пойти против воли отца бесчестно. Не столько в глазах общественности, сколько по ощущениям самой Тины.
– Если удачно выйдешь замуж, по-быстрому родишь мужу ребенка, то и воюй во благо рода, сколько хочешь. Ну в перерывах, может, еще парочку родишь. По-быстрому.
– Как же мне найти такого прогрессивного мужа? – хмыкнула она и внимательно уставилась на меня изучающим, но грустным взглядом.
– В смысле «как»? – изобразил я удивление. – Исключительно в твоем стиле: идти к цели, не сдаваться и бороться. Хочешь быть боевой подругой? Будь ей! Но для этого не забывай тренироваться и становиться еще сильнее, чем ты есть, – бодро проговорил я, а затем не удержался и добавил: – Тогда, может быть, у тебя и появится хотя бы крохотный шанс одолеть меня в нашем споре.
– Эй! Я тебя и так одолею! И вообще, я постоянно занимаюсь совершенствованием навыков.
– Вот как? Ну тогда мне не стоит здесь рассиживаться! Выдалась минутка, значит
