домами Дорна и Железных островов никогда не было какой-либо серьёзной вражды или недопонимания. Откровенно говоря, двум столь разным частям одного королевства было глубоко плевать друг на друга, поскольку их интересы нигде особо не пересекались и не сталкивались. Объединять их могла разве что общая глубокая нелюбовь к Ланнистерам. Да что там… даже в своих рейдах железнорождённые редко встречают дорнийцев, пусть это и по причине крайней малочисленности флота Дорна, властители и дельцы которого активно пользуются услугами заморских купцов, одновременно решая и усиливая свою «флотскую проблему».
К Бейлону и, соответственно, к Аше, приблизиться никто так и не осмелился. Отец возвышался угрюмой скалой, провожая каждого равнодушным и морозным взглядом, но в какой-то момент нашёлся отчаянный смельчак, не побоявшийся человека со столь мрачным обликом и ещё более мрачной репутацией. Перед отцом и дочерью плавно появился мужчина в компании женщины. Да, встречать их вышел лично Оберин Мартелл. Красный Змей. Аша непроизвольно нервно сглотнула, вспоминая все дошедшие до неё рассказы и байки об Оберине Гадюке.
Однако… его внешность несколько отличалась от того образа, что рисуется слухами и россказнями, цветущими в портах и борделях вольных городов. Высокий, прекрасно сложенный, смуглый и привлекательный мужчина с обсидиановыми волосами по плечи, орлиным носом и чёрными блестящими глазами, что с большим интересом рассматривали званых гостей. Принца сопровождала женщина, чьи волосы ниспадали чёрным водопадом вплоть до поясницы. Приятные черты лица, чувственные губы и пылающие интересом и страстью глаза, обращённые на Ашу. Одета женщина была в невесомое шёлковое одеяние, явно легко снимаемое при необходимости. Последнюю деталь, как и взгляд и милую улыбку незнакомки, Аша сразу оценила… и оценка была высока. Румянцем щёчки капитанши не зальются, но глазами в ответ она стрельнёт обязательно.
— Лорд Бейлон, — голос Оберина был глубок и полон хорошо читаемым весельем и задором, — леди Аша, позвольте приветствовать вас в нашем уютном семейном гнёздышке…
«Ага… змеиное кодло.»
— … позвольте представить мою любовницу, Элларию Сэнд.
Сэнд низко поклонилась, бросая на Бейлона красноречивые взгляды, к которым отец остался равнодушен.
— Принц Оберин, миледи. — Проскрежетал отец своим холодным ровным голосом, в котором не было и намёка на заинтересованность, но не было и насмешки или неуважения. — Благодарю за Ваше гостеприимство.
— Однако, вижу оно Вам не по нраву, — Красный Змей ядовито ухмыльнулся, бросив невзначай свой взор за спину Бейлона, — в отличие от Ваших вассалов.
В позе отца ничего не изменилось, как и в выражении лица или взгляде, но Аша с уверенностью могла сказать, что в округе стало заметно прохладней.
— Не стоит утруждать себя попытками угодить мне, принц. — От следующих слов отца у Аши остановилось на миг сердце, а Оберин раздражённо дёрнул щекой, тогда как Эллария, стремясь сделать это максимально незаметней, крепче сжала локоть своего возлюбленного. — Меня тяжело впечатлить полосками яркой ткани и доступными женщинами.
Бейлон легко и непринужденно сравнил Водные Сады с перинным домом.
— Ха-ха-ха-ха! — Спустя несколько томительных секунд Красный Змей заразительно рассмеялся, словно ему было действительно смешно, поддержанный своей любовницей. — Лорд Бейлон, Вы мне нравитесь! И я нахожу нас очень похожими. Благо, к нашему и общему счастью, Боги милостивы, и я всего лишь младший брат.
Аша покосилась на отца, настороженно отслеживая его реакцию на тонкую провокацию.
— Действительно, — как ни в чем не бывало парировал Бейлон, — Дорну повезло.
Оберин ещё немного побуравил взглядом лорда Грейджоя с тёплой, хоть и «приклеенной» улыбкой, прежде чем обратить внимание уже на Ашу… но тут Эллария ловко перехватила нить разговора.
— А Вам, миледи, по нраву ли Дорн? — Сэнд мило улыбнулась гостям, слегка наклонив голову.
— Дорн прекрасен, леди Эллария. — Аша переняла чужой приветливый тон и ответила любовнице Красного Змея, открыто и добродушно улыбаясь. — Яркие цвета, вкусная еда, добродушные и гостеприимные люди.
— Признаться, немного странно это слышать. — В разговор непринуждённо встроился Оберин, в словах которого был ныне не явный злой умысел, а интерес. — Особенно от будущей хозяйки Штормового Предела. Ведь вскоре Вы станете леди Баратеон. Не так ли?
И всё-таки змей не смог совсем отказаться от яда. Последние слова Оберин говорил уже смотря в глаза Бейлона, но… Кракен от подобного пассажа лишь вопросительно приподнял правую бровь, сохраняя абсолютную невозмутимость. Аша могла лишь похихикивать про себя — Мартелл стал задирать совсем не того человека.
— Но мы немного заговорились. — Осознав, что желаемой ответной реакции Оберин не дождется, он тут же переключился. — Мой брат и наши родственники уже заждались нас. Прошу, следуйте за нами.
Дуэт последовал за Оберином с его спутницей, скрашивая переход между залами и парками непринуждённым разговором. Ну, как «непринуждённым»… в основном слово держали Аша и Эллария, а перчинкой становились едкие, но забавные и даже смешные комментарии Оберина. Угрюмая молчаливость явно раздражала Красного Змея, но ничего поделать он не мог, как бы ни старался вытянуть лорда-жнеца своими речевыми провокациями из подобного состояния. Не было при этом сомнений, что Бейлон мог бы «ответить», но надежды на то таяли стремительно. В конце концов, он просто другой.
Аша тем временем продолжала улыбаться, смеяться и разговаривать, легко шутя в ответ, но её разум продолжал оставаться внимательным и сосредоточенным. Оберин был предельно прав, когда сказал, что Аша вскоре сменит фамилию, став полновластной хозяйкой Штормового Предела. И девушка, дочь великого лорда, прекрасно понимала и часто задумывалась не только о привилегиях и возможностях, но и о риске и новых проблемах, что может сулить этот союз и её новое положение. Особенно, если в это уравнение добавить Дорн, ибо Роберт Баратеон убил немало Мартеллов, прежде чем занять престол. Чего только стоят Элия Мартелл и её дети. Любимая сестра и драгоценное сокровище обоих братьев Мартеллов.
Из-за этого, рассуждая понятиями Железных островов, Аша и представить не могла, чтобы Мартеллы с такой помпой и гостеприимством могли встречать невесту, по сути, члена семьи своего кровника. Нет, всё-таки с уверенностью можно утверждать, что Мартеллы никого не убьют и не отравят… не от хорошего отношения или попытки оставить прошлое в прошлом, конечно же. Просто в противном случае дорнийцы навлекут на себя слишком много несчастий, и всё на радость их общим врагам. Но какой всё-таки смысл подобного гостеприимства, вежливости, улыбок? Мартеллы явно чего-то хотят от них, но чего? Расстроить свадьбу или неким иным образом навредить будущему браку? Каким образом?
Пока Аша вела внутреннюю беседу, попутно улыбаясь Мартеллу и Сэнд,
