на вкус?
Деррик без колебаний шагнул вперёд:
— Ваше превосходительство, я.
Он отвечал за «ввоз» грибов, поэтому, конечно, должен был лично убедиться в их безопасности.
Колин Илиад слегка кивнул:
— Хорошо.
Затем он повернул голову к другому жителю Города Серебра:
— Позовите старейшину Ловию, на случай непредвиденных обстоятельств.
Как Потусторонняя, контролирующая плоть, Ловия могла справиться с большинством мутаций, происходящих в человеческом теле. Конечно, выживет ли мутант — это уже другой вопрос.
Прождав несколько минут, в комнату вождя вошла Пастырь Ловия в тёмно-фиолетовой мантии. Едва войдя в дверь, её светло-серые глаза вдруг сузились, а взгляд инстинктивно устремился на грибы, занимавшие большую часть пространства. Пристально посмотрев на них некоторое время, Ловия взглянула на Колина Илиада и едва заметно кивнула, давая понять, что готова.
Деррик Берг больше не колебался. Он выбрал гриб высотой в половину его роста, чёрный с алыми прожилками и жировыми вкраплениями, оторвал его от скелета, развёл на месте костёр и начал жарить.
Постепенно по комнате распространился аромат, который, казалось, проникал прямо в желудок. Это был запах, которого жители Города Серебра никогда раньше не чувствовали. Их кадыки задвигались, и они инстинктивно сглотнули слюну.
От костра доносилось шипение, и аромат становился всё сильнее. Это был не тот необычный, зловещий запах, который, казалось, мог заставить душу желать его. Это был знакомый тип аромата, тоска по которому возникала у них естественным образом, когда они долго не ели пищу из чёрной травы.
По мере того как шипение становилось всё чаще, а пламя разгоралось ярче, им казалось, что из их желудков протянулась рука, желая схватить всю еду. Незаметно для себя другие жители Города Серебра, занимавшиеся своими делами в круглой башне, пошли на запах и собрались у двери.
Деррик с большим трудом сдержался, чтобы не попробовать гриб на полпути, и дождался, пока его внешняя оболочка полностью не подрумянится. Затем он взял его, дунул и откусил.
В этот момент все взгляды устремились на него, включая Колина Илиада и Пастыря Ловию. Полагаясь на веру в мистера Мира и мистера Шута, Деррик молча склонил голову и откусил кусок гриба.
— С-с-с… — он издал звук обожжённого, а затем начал с шумом и аппетитом жевать.
Съев почти половину гриба, Деррик, слегка покраснев, поднял голову и, с блестящими от жира губами, невнятно произнёс:
— Странный… вкус… заставляет… хотеть есть ещё и ещё…
Колин Илиад пристально посмотрел на Деррика несколько секунд, затем повернул голову к Пастырю Ловии.
Ловия медленно покачала головой:
— Проблем нет.
Окружающие жители Города Серебра разразились радостными криками, бросились к Деррику, кто-то хотел поделиться куском, кто-то спрашивал, как готовить другие грибы.
Охотник на Демонов Колин, увидев это, постепенно расслабился, медленно закрыл глаза и слегка приподнял подбородок. Он глубоко, глубоко вдохнул аромат, наполнивший комнату.
Город Серебра устроил фестиваль грибов? Не странно ли это... И что такое «Камень Жизни»? Хм-м, люди из Церкви Матери-Земли наверняка знают, и Фрай не исключение…
Над серым туманом Клейн слушал последний отчёт маленького Солнца и одновременно открыл пергамент, который получил ранее, но не успел внимательно прочитать. Причина, по которой он так спешно вернулся в реальный мир после ритуала, заключалась в том, что ужасная легенда о больнице Баклунда, публиковавшаяся в нескольких газетах, достигла своего апогея. В последние несколько дней он получил огромное количество обратной связи и как раз находился в ключевом моменте перед усвоением зелья Причудливого Колдуна.
И теперь он завершил этот шаг. Он был готов к продвижению на Древнего Учёного.
Глава 1137: Слухи из древних времён
Отложив формулу зелья Классического Алхимика, Клейн перевёл взгляд на две пробирки с кровью, пожертвованные маленьким Солнцем. Затем он жестом призвал к себе керамический сосуд, плотно обёрнутый бумажными человечками.
В нём хранилась кровь Потусторонних разных путей, которую он собирал ранее. Она всё это время находилась над серым туманом, запечатанная «бумажным ангелом», чтобы постепенно пропитаться аурой этого таинственного пространства и разорвать связь с её владельцами, предотвращая несчастные случаи. Для Клейна обратный удар по себе был приемлем, в конце концов, у него была как минимум одна, а скорее всего, две возможности воскреснуть. Но если бы это могло повлиять на тех, кто доверял ему и дал свою кровь, он бы предпочёл отказаться от этой затеи.
Сняв бумажного человечка, запечатывавшего горлышко сосуда, и вылив туда кровь из двух пробирок, Клейн материализовал стеклянную палочку и несколько раз перемешал содержимое. Затем, используя «бумажного ангела», он снова герметично запечатал сосуд.
Осталась только кровь Заключённого, Демона и Ведьмы... Когда я завершу ритуал, лично навещу мисс Шаррон. О таких вещах лучше просить лично, писать письма с просьбой о крови — это слишком невежливо... Только с мисс Маг всё по-особому, очевидно, она предпочла бы, чтобы я написал ей, а не встречался с Германом Спэрроу. Хех, ссылаться на то, что чернила замёрзли из-за низкой температуры, чтобы отложить сдачу рукописи, неужели все её фокусы — обман? К счастью, моё зелье уже усвоилось, больше не нужно её торопить…
Бормоча себе под нос, Клейн бросил обёрнутый бумажными человечками керамический сосуд обратно в кучу хлама.
Покинув пространство над серым туманом, он не стал сразу готовиться к продвижению на Древнего Учёного, а достал бумагу и перо и нарисовал сложный символ, сочетающий в себе Тайну и Подглядывание. Это было то, что он планировал сделать ещё до принятия зелья — спросить у Волшебного Зеркала Ародеса информацию о Замке Сефиры.
По мере того как символ обретал форму, и без того плохо освещённая комната стала ещё темнее. Через десять с лишним секунд на поверхности покрытого трещинами зеркала заиграли водяные блики, из которых быстро выступили серебряные слова:
«Великий, высочайший, вечный господин, ваш благочестивый, верный, смиренный слуга Ародес явился на ваш зов».
«Я, я всё ещё ваш самый доверенный, самый близкий, самый любимый слуга?»
Этот вопрос... кажется, я уловил в нём панику и нетерпение Волшебного Зеркала... Оно почувствовало угрозу?
Клейн задумчиво и с лёгкой усмешкой кивнул:
— Да.
На самом деле никогда им не был... я просто тебя утешаю… — мысленно добавил он.
На поверхности зеркала водяные блики внезапно стали намного ярче, а серебряные слова окрасились в золотистый оттенок. Они задвигались, образуя новое предложение:
«Великий господин, у вас есть вопрос, чтобы испытать меня?»
— Да, — Клейн внутренне напрягся. — Что тебе известно о Замке Сефиры?
Волшебное Зеркало Ародес молчало несколько секунд, прежде чем золотистые слова изменились:
«Мне мало что
