– Не справились бы, это точно… – проворчал Фесс, уплетая горячее варево прямо из горшка. – Расскажи мне, Сотворяющая, что за новая напасть?..
…Собственно говоря, ничего нового Эйтери не рассказала. Кто и почему наслал на гномов неупокоенных, она не знала. Однако это были совершенно новые, невиданные раньше неупокоенные. Они умели разговаривать, умели координировать свои атаки. Разнообразно вооружённые и хитрые, почти неуязвимые для обычного оружия, они быстро загнали гномов в самую глубь Пика Судеб. Подземным жителям пришлось завалить или обрушить не один коридор, прежде чем они сумели остановить напор мертвяков. Охотники за нежитью сражались не покладая рук, и сперва их фальчионы вроде бы приостановили врага, но затем появились разупокоенные тролли и огры, быстро отбросившие гномов на последнюю линию укреплений. Там гномы встали, понимая, что дальше отступать некуда, только если бросать Пик Судеб, обжитые за столетие пещеры и топать куда-то во тьму внешнюю.
На последнем рубеже они и держались, когда здесь очутились Фесс и Рысь.
– Я с ног сбилась, эликсиры составляя, – тихонько, словно жалуясь, говорила гномья чародейка. – Скоро все запасы кончатся, наверх надо посылать, а почти все пути перерезаны. Сколько наших уже погибло… хорошо, если из пяти двое туда прорвутся да один из десяти назад вернётся. Фальчионы уже не помогают – шкура у зомби словно стальная сделалась. Сильнеет Западная Тьма, сильнеет, времени всё меньше остаётся.
– Всё меньше… – эхом откликнулся некромант. – Что ж, Эйтери, один раз ты мне помогла. Не скрою, очень сильно. Кабы не ты…
– Не жить бы тебе, – спокойно и без самоумаления кивнула гнома.
– Именно так. И потому я отсюда и шагу не сделаю, пока гномы в осаде. Какой смысл «спасать миры», – не без сарказма произнёс он, – если потом на месте жилища друзей находишь лишь пепел? Сфайрат, конечно, очень мудр. По-своему мудр, по-драконьему. А я так полагаю, что здесь рассуждать надо по-нашему. Иначе и спасать ничего не стоит.
– Кто знает, – вздохнула Эйтери, вновь склоняясь над Рысей. – Может, ты и прав, некромансер. А может, потом мы из-за задержки все локти изгрызём, да поздно будет. Как бы то ни было, я рада, что ты здесь. Просто… рада, и всё.
И Эйтери, Сотворяющая, шагнув к Фессу, крепко обняла некроманта. И заплакала.
* * *
…Север примчался тотчас, едва получив весть.
– Неясыть! А я уз думал, цто забыл ты нас совсем!..
– Как же, вас забудешь, – Фесс тщетно пытался сомкнуть руки на спине по-медвежьи облапившего его гнома.
– А это кто? – Север уставился на мирно спящую Рысю.
– Не приставай, языкастый, – пристыдила его Эйтери, в двух словах пересказывая версию «для остальных», и, само собой, не упоминая о происхождении Рыси.
– Ну так цто, цародей Неясыть, спустисся с нами, лепестками взмахнём? – мигом переменил тему Север.
– Спущусь, Север, – кивнул Фесс. – Пусть им мало не покажется!
– Пусть не показется! – гаркнул гном так, что Эйтери поморщилась и зажала уши, укоризненно кивая на спящую Рысь. Север поспешно зажал рот широченной ладонью, но драконица даже и не думала просыпаться.
…Прошло четыре дня. Фесс оправился. Рысь вышла из тяжкого забытья и теперь сладко спала, не просыпаясь ни на миг и только изредка ворочаясь. Эйтери только качала головой, лишний раз поражаясь драконьей выносливости и живучести.
…Некромант шёл вниз в компании примерно тридцати гномов в полном вооружении. Отрядом вновь командовал Скадар. Все, даже Север, относились к рыжебородому воителю с изрядным уважением; на плече Скадар нёс громадный фальчион, такой, что едва ли приподнял бы даже самый сильный из людей. По клинку ровной ниткой тянулись руны, не обычные гномьи, Фесс впервые видел такие. Даже на расстоянии, безо всякого чародейства, чувствовалась напитавшая их магия.
Всюду в подгорном царстве ощущалось дыхание близкой войны. Осада отрезала гномов от привычных дорог, и держались они только благодаря своей всегдашней запасливости – кладовые пока ещё не опустели, но каждый прорыв каравана с припасами стоил гномам немалых потерь. Пока ещё работали эликсиры Эйтери, но для того, чтобы теперь изрубить мервяка на куски, приходилось обливать его снадобьем, да случалось, что не одним.
– Как бабки-засольщицы ходим, – ворчал Скадар, и впрямь с головы до ног поверх брони увешанный склянками с какими-то эликсирами.
В гномьем царстве стало куда меньше факелов. Почти не попадались дети – их, как вполголоса объяснил Север, в самом начале осады удалось отправить к родичам, в другие гномьи поселения Железного Хребта.
По пути некромант расспрашивал попутчиков. Зомби теперь вели войну по всем правилам, маневрировали, старались выманить гномов из-за неприступных стен, с муравьиным упорством отыскивали и перенимали ведущие наверх тайные тропы. Нападали они и на тех немногих людей, что, рискуя жизнью, пытались помочь подгорным обитателям.
А вот эльфы как Нарна, так и Вечного леса остались совершенно безучастны. Несмотря на отправленные к ним (и дошедшие) посольства. Наступив на горло собственной гордости, гномы просили о помощи. Особенно тёмных эльфов, нарнийцев – те, по слухам, умели справляться и с неупокоенными.
– И что, все отказали? Даже Вейде? Нарн меня не удивляет, но она?..
– Даже Вейде, цародей. Даже она. Ницего слусать не захотела. Мол, васа беда, вы и справляйтесь. Вот если б они на Вецный лес полезли, тогда, мол, другое дело. У меня, мол, своя война, половинцики совсем обнаглели, цуть ли не каздый день эльфиек похисают, умыкают и в Салладор продают. И за каздую эльфку якобы откатывается им красного золота ровно столько, сколько та эльфка весит.
«Салладорец, – мелькнуло в голове Фесса. – Наверняка для него. Хотят-таки воскресить, хотят вырвать из могилы… Сфайрат и Эйтери, как всегда, не лгали. Что ж, поспешим и туда. Только сперва сделаем свою работу здесь. Я надеюсь, на сей раз безо всяких неожиданностей и побочных эффектов».
Он заставил себя забыть на время о Салладорце, Сфайрате и даже о Рыси. Перед мысленным взором стоял Сугутор, с кривой ухмылкой покачивавший головою. Прости, дружище, если сможешь, мысленно взмолился Фесс. Я виноват, страшно виноват. Моя вина неискупима. Всё, что я могу, – это довершить до конца начатое. Сущность оказалась хитрее. Она поставила не на одного меня, и беда в том, что я даже не знаю точно, на скольких именно. Но, пока я жив, Разрушителю не воплотиться. По крайней мере, я в это верю. Потому что иначе и бороться уже становится как бы незачем.
Гномы спускались всё глубже. Север и Скадар, попеременно и вполголоса, рассказывали Фессу о новых неупокоенных. Гномы постарались завалить все мыслимые и немыслимые проходы, потому что эти зомби, похоже, обладали способностью протискиваться в такие щели, куда никогда не влез бы даже человек, не говоря уж о широкоплечем гноме.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
