полыхающими глазами, выползающая из разлома в земле, юная девушка, бредущая по лесу, молния, расчертившая темное небо…
Как зачарованная, я шагнула в комнату и приблизилась к книге. Страницы тут же перестали мельтешить – замерли на секунду, а потом книга вдруг с грохотом захлопнулась, втянув в себя не только свет, но и все, что летало и мерцало вокруг.
Впрочем, даже закрытй, огромный фолиант по-прежнему притягивал, от него буквально невозможно было отвести взгляда. Темно-коричневый кожаный переплет со сложной вязью тиснения, тускло мерцающий зеленый камень в центре, кованые уголки, отливающие медью. Было чувство, что там, под этим переплетом, скрываются едва ли не все тайны мира. Тайны, которые мне непременно нужно узнать.
Не удержавшись, я протянула руку, чтобы провести по потертой коже – и тут же отдернула ее, порезавшись о край кованого уголка. С пальца сорвалась капля крови, упавшая на переплет и тотчас будто испарившаяся. Или… впитавшаяся?
Решившись, я потянула за уголок, надеясь увидеть под обложкой титульный лист. Однако, стоило приподнять ее, как книга снова распахнулась и принялась перебирать страницы самостоятельно.
Не успевая ничего не то что прочитать, а даже разглядеть, я в конце концов разочарованно застонала.
– Ты можешь замереть на какой-нибудь одной странице? – буркнула тихонько в никуда.
Однако меня услышали. Мельтешение страниц замедлилось, вьющиеся в воздухе руны сложились в незнакомый знак. Повисев секунду, он расплылся – чтобы превратиться в знак вопроса!
– Что? То есть… на какой конкретно странице? Ну… например, на содержании.
Вопрос еще мгновение повисел, а потом качнулся из стороны в сторону. Примерно как человек бы качнул головой.
– Нет? Ну… а… а это… то есть ты – что-то вроде гримуара, да?
Было странно вот так стоять и разговаривать с магической книгой. Но в ответ на вопрос мне в лицо резко дохнуло воздухом – при этом у меня создалось отчетливое ощущение, что на меня фыркнули.
А книга, еще раз пролистнувшись от конца к началу и от начала к концу, замерла, раскрывшись на одной из страниц. Пустой – на первый взгляд.
А потом к ней роем устремились мелькающие в воздухе руны – чтобы осесть на желтоватой бумаге.
Ну и чего я добилась? Все равно не смогу ничего прочитать…
Стоило только об этом подумать – и руны… нет, не изменились. Но почему-то стали понятны. Только сейчас я вдруг подумала о том, что с легкостью общалась с местными жителями – а ведь вряд ли они говорили по-русски!
Заголовок страницы состоял всего из одного слова – “Гримуары”.
“Каждая ведьма на протяжении всей жизни с момента начала своего ученичества ведет малый личный гримуар. В него записываются рецепты зелий, найденные и созданные ритуалы…”
Я быстро просмотрела первые абзацы. Да, было бы здорово найти такой “малый гримуар” прежней хозяйки дома – наверняка пригодится, там ведь должны быть практические советы и рецепты. Но передо мной определенно не он.
“Также существует несколько Больших гримуаров – хранителей знаний”.
А вот это уже ближе к делу. Кажется, передо мной именно такая диковинка. Как я поняла из дальнейших объяснений, в мире таких книг очень мало, и любая ведьма за него глотку перегрызет, не задумываясь. Их хранят, как драгоценности, никому не показывают и передают только самым доверенным ученицам.
– Ладно, – произнесла я вслух. Сведения, конечно, интересные, но не самые срочные. На секунду задумалась и, облизнув губы, решилась задать главный вопрос, – почему я здесь?
На несколько секунд книга как будто “зависла”, а потом, зашуршав страницами – над ними снова взметнулись руны и замелькали картины – открылась на новой странице.
На этот раз руны сложились в заголовок “Дом ведьмы”.
“В дом ведьмы не войдет без дозволения хозяйки ни один маг или иная ведьма. Простому люду препятстсвий не будет, ибо человек без дара вреда ведьме не причинит.
Владеть домом после ее смерти сможет только ученица, которую прежняя хозяйка сама наследницей назначила – в ином случае дом сгинет, как не было…”
Я нахмурилась, пробегая строчки глазами.
“Когда появляется новая хозяйка, дом подстраивается под нее – изнутри и снаружи…”
И как это все должно помочь понять, как меня забросило в другой мир?
Хотя любопытно получается, конечно… я уж точно не ученица покойной Магиры. Так почему дом не сгинул?
И еще… когда я только здесь оказалась, электричество и водоснабжение в “земной” части дома не работали – что совершенно логично и естественно, учитывая, что трубы и провода остались в другом мире.
Но потом они заработали. Как? То, что дом постепенно “подстраивается” под хозяйку, могло бы это объяснить. Что если лампы работают теперь не от электричества, а от магии, которой пропитаны сами стены? Только магия эта приняла привычную для меня форму.
Но как дом мог признать меня хозяйкой, если я даже не знала Магиру?
Задумалась, пытаясь сформулировать вопрос.
– Как ведьма выбирает преемницу? – спросила наконец.
На сей раз книга “думала” меньше – и раскрылась на странице, кратко озаглавленной “Ведьмы”.
“Ведьма, сиречь ведающая – женщина, владеющая знанием.
Среди мужчин встречаются маги – их дар по своей природе разрушителен, а силы свои маг черпает из собственного резерва.
Дар ведьмы – иной природы. Ведьма берет силу у мира, просит его – и получает. Магом можно лишь родиться. Ведьмами же не рождаются, а становятся…”
Как я поняла из дальнейших объяснений, ведьмой в этом мире может стать, собственно, любая женщина, если того пожелает. Ритуалы, зелья, заклятия – все это способы призывать силы мира и направлять их. Сила ведьмы – именно в знании, как это сделать. Для этого годами учатся у старших коллег, ищут книги, создают собственные ритуалы. И по мере обучения растет и связь ведьмы с силами мира, магическими потоками, разлитыми в воздухе, – а значит, растут и ее возможности. Сильная ведьма – та, что много знает. Со временем она может развить в себе и магическое зрение, и много других способностей, которые считаются свойственными только магам.
Почему все это не может делать мужчина, я так толком и не поняла. Как и того, почему в этом мире в таком случае не магичит понемногу каждая женщина.
Впрочем, ответ на последний вопрос я все-таки поняла по кое-каким оговоркам. Похоже, мир здесь достаточно патриархальный – девушек рано выдают замуж, не всегда даже спрашивая их согласия, и они обязаны слушаться сначала отца, потом – мужа. Излишне вольное поведение для девушки считается пороком, и слишком умная жена мало кому нужна. Никто в этом не видит какой-то особой драмы, да
