берегу подошла Мерцана, с большим куском хлеба в одной руке и кружкой в другой, – держи, Ружана велела передать. Говорит, ты, итак, на заморыша похожа.
– Спасибо ей, – улыбнулась я, взяв снедь, – за заморыша отдельно.
– Почему не пришла на обед? Мы тебя ждали, – девушка села рядом.
– Не заметила, как время пролетело. Всё пыталась цветок оживить.
– Горан сказал, что у тебя получилось, – Мерцана погладила меня по плечу, – я верю, мы обе сможем выучиться. Не придётся домой с позором возвращаться. Ещё приданое с собой привезём.
– О чём речь? – Прошамкала я с набитым ртом.
– Да ты разве не знаешь? – Удивилась девушка, – кто себя на службе у колдунов хорошо показал и обучение достойно закончил, волшебник дарит сундук с самоцветами или золотом. И поселиться дозволяется, там, где захочешь. Все, правда, в свои деревни возвращаются. Там людям помогают. Не каждому ведь в преемниках ходить.
– И сколько учатся?
– Ты странная, – Мерцана поглядела на меня, точно впервые увидела, – ничего не знаешь, словно нездешняя.
– Меня неродной отец воспитывал. Ничего не рассказывал и матери запрещал. Может, слыхала о таком, Стужайло зовут.
– Ох, точно, я и запамятовала, что из его дома вас забрали, – девушка даже инстинктивно попыталась отодвинуться, – тогда понятно.
– Вот лично мне ничего не понятно, может, объяснишь.
Мерцана странно усмехнулась, точно булькнула:
– Известный он колдун. У самого Люта учился, все прочили его в преемники, да только изгнал его волшебник, чуть было силы не лишил. И потом он людям лишь за деньги помогал, а ведь сила она даром не просто так называется. А потому как даром, то есть просто так дана. Ей торговать не годится. Потом только люди заметили, кто к Стужайло за помощью обратится, у того всё наперекосяк идёт. Точно шиворот-навыворот. Перестал к нему народ ходить. Даже побаиваться начали.
– Вот и дома у нас так, – кивнула ей, – все боятся. Кроме сестрицы моей, родной его дочери.
– Ничего. С Цветаной ты всему обучишься. Не придётся в отчий дом возвращаться. А насчёт сегодняшнего цветка не переживай. Сила у всех по-разному просыпается, – девушка зевнула и потянулась, – пошли спать, Тайя, завтра чуть свет у Цветаны быть надо.
– Ты иди, – улыбнулась я девушке, – посижу ещё немного. Спокойно здесь, хорошо.
– Ну как знаешь, – пожала та плечами и ушла к избам.
Так и потянулись наши будни. С утра занятия, потом помощь по дому, если время было. Мерцана с каждым днём становилась сильнее. Мне же приходилось нелегко. Ледяная волшба моя прорывалась иной раз спонтанно, отчего Цветана недовольно поджимала губы и качала головой. Но не гнала от себя и на том спасибо.
Полюбила я по вечерам ходить к озеру. Отдыхала там душой и телом. Вот и сегодня пришла на любимую лужайку, что спускалась к самой воде. На улице стемнело, месяц тонкими полупрозрачными лучами ласкал гладь водоёма, тихо плескалась у берега вода. Где-то завёл свою песню сверчок.
– Поздорову девица красная, – из темноты выступил мужчина в чёрном. Я даже испугаться не успела, как он оказался рядом со мной, – одна возле озера. Не боязно?
– А ты кто? Леший, Болотник или ещё кто? – Я поднялась, отступив ближе к видневшимся избам.
– Не бойся меня. Не причиню тебе зла. Колдун я. Такой же ученик, как и ты.
– Что-то раньше тебя у Цветаны не встречала.
– А кто сказал, что я ученик Цветаны, – рассмеялся он.
– Чей же ты? – Ещё шаг назад.
– Люта, – мужчина не двигался, – не уходи. Поговорить с тобой хочу.
– Зачем это?
– Слыхал краем уха, что волшба у тебя больно странная. Точно и не весенняя вовсе.
– Даже если так, тебе что с того?
– Помочь хочу, – мужчина сделал шаг из тени деревьев. Теперь удалось разглядеть его получше. Чёрные как смоль, длинные волосы спадали ниже плеч, короткая бородка. Резкие черты лица, высокий лоб. Бледная кожа. Фигура немного субтильная, но это было обманчивое впечатление. Широкие плечи и хорошо развитые мышцы рук говорили о силе незнакомца.
– С чего бы тебе мне помогать? И откуда вообще обо мне узнал? Далеко отсюда Лют живёт. Не мимо же ты проходил.
– Птичка на хвосте принесла, – усмехнулся мужчина.
– Не тот ли ворон, что каждый день возле нас крутится?
Едва стоило Цветане начать занятие, как на ветке ближайшего дерева появлялась чёрная птица. И смотрела так внимательно, будто всё понимала. Давно я приметила нашего странного соседа. Даже подманить пыталась. Только ворон каркнул, будто рассмеялся и был таков.
– А ты приметливая, – улыбнулся незнакомец, – точно наша это птичка.
– Зачем же вы за нами подглядываете? Неужели Люту так интересно, что у Цветаны происходит?
– Не так всё, – шаг ко мне, – колдуны все владения обозревают. Вдруг кому помощь надобна.
– Темнишь ты что-то, – покачала я головой, – Цветана тут сама всем заправляет.
– Речь ведь не о ней, – улыбнулся он.
– Правду говори, – нахмурилась я, – или уйду. Ходишь вокруг да около, точно змей.
– Добро, раскусила меня. Вижу, что тебе помощь нужна. Вот и решился подойти. А тебя и вправду случайно приметил, когда за вороном наблюдал. Можем мы его глазами смотреть, когда надобно.
– Кто это мы?
– Я и Лют.
– Выходит, ты его преемник?
– Не совсем, – махнул головой незнакомец, – просто дольше всех у него задержался.
– Второгодник, что ли?
– Как это? – удивился мужчина.
Я поняла, что ляпнула лишнее:
– В смысле, плохо учишься?
– Почему? – Брови незнакомца поползли вверх, – странная ты, плохо бы волшбу усваивал, так давно дома оказался.
Чертыхнулась про себя, здесь-то непривычная мне система образования и не родной институт.
– Устала я. Плохо соображаю. Да и спать уже пора, – странная эта встреча меня нервировала, а предложение о помощи и того больше. Не верилось в бескорыстность незнакомца.
– Приходи завтра на закате, – мужчина отступил, точно понял мои чувства, – я ведь и правда могу помочь. Ну или хотя бы попытаюсь.
Замешкалась, раздумывая над его предложением. Если он от Люта, можно попросить Веснушку рассказать о том, что со мной произошло.
– Хорошо, – кивнула ему, – приду.
– До завтра, – мужчина отступил глубже в тень и пропал, точно растворился в ночной тьме.
Глава 10
Лют
Мороз, как прозвали зимнего колдуна люди, бродил по своей спальне, не находя себе места.
– Диковинные девицы. Что делать с ними, ума не приложу, – бормотал он под нос.
Когда забирали новых учеников, не придал значения Лют странной силе двух сестёр. Теперь же он усомнился в правильности выбора. И сам не знал почему. Вроде Зорица с первыми заданиями
