class="p1">– А ну, руки убрала, женщина! – Демоница щелкнула зубами, ведя себя довольно грубо и опрометчиво по отношению к Смертному Греху. Но, похоже, смущало это только меня. – Тебе бы стоило меньше общаться с Алчностью, он плохо на тебя влияет.
– Аварус? При чем здесь мой жадный братец? Он такой же скучный, как и все остальные. Ты ведь понимаешь, о чем я говорю, милая Лис?
Лурия подмигнула ей и вернулась обратно на кушетку. Удобно устроилась на подушках и протянула ногу демону-прислужнику, который тут же с подозрительным блеском в глазах стал массировать ее ступни. Полы одежды разъехались, демонстрируя всем округлые бедра.
– Запахнула бы ты свой халат, Похоть. Скоро всех демонов своими чарами загубишь, а у них даже душ нет. Пожалей бедняг. – Лис скрестила руки на груди и недовольно наблюдала за происходящим.
– Это на тебе халат, моя милая. Мы же пытаемся не отставать от новых веяний из Тинсингуо. На мне праздничное одеяние, кропотливо расшитое вручную сотнями душ. – Похоть взмахнула широким рукавом и безумно расхохоталась, теряя прежнее очарование. – Они надеялись, что потом я удостою их своим вниманием, но кто же мог знать, что нити ткутся из них самих…
– Ты ненормальная! – воскликнула Лис.
– Не смей меня осуждать, – прикрикнула Похоть и яростно отпихнула ногой демона. – Никто не заставляет их покупать пропуск шэнъмин и ставить на кон все, что имеют. Меня можно обвинить только в благородстве, ведь прошлый градоначальник не гнушался принимать ставки в виде чужих жизней.
– Но…
– Лис, тебе стоит успокоиться. И тебе тоже, Лурия. Души уже не вернуть.
Шеол говорил спокойно и равнодушно, но от его слов мне стало противно, ведь они говорили о загубленных жизнях экнорианцев. Да, их никто не заставлял искать Предрассветный город и отдавать свои души за эфемерные богатства, но предупреждать о лишающей рассудка демонической дымке их тоже не стали. Однако слова жнеца все равно расстраивали. Возможно, мне наивно хотелось поверить, что в Шеоле было больше от человека, чем от демона.
– Не ворчи, я все еще зла на тебя, лжец, – пробурчала Лис. – Так зачем мы тебе понадобились, Лурия?
Похоть расслабленно опустилась на подушки и махнула рукой, прогоняя всех демонов-прислужников. И только когда мы остались вшестером, она щелкнула пальцами, и на ее ладони возник небольшой светящийся шар, внутри которого висели мои серьги, подаренные Альдо.
– Ваша вещица, принц Экнора?
По ее интонации сразу стало ясно, что шутки и ложь будут явно неуместны.
– Все верно, госпожа Лурия. – Голос чуть дрогнул на последнем слове. – Я отдал их в счет долга за леди Лис.
– Какой воспитанный и смелый юноша, – одобрительно улыбнулась Похоть. – Десятая жертва Сумеречной войны, не подозревающая о своей участи.
– Лурия, – предостерегающе сказал Шеол.
– Не бойся, мой дорогой, я не привыкла вмешиваться в то, что меня не касается. Однако этой безделушкой, – она подкинула шар, и серьги в нем затряслись, ударяясь о стенки, – вы нарушили баланс в моих владениях.
– Как могут что-то нарушить человеческие побрякушки? Не смеши. – Лис фыркнула и, сев прямо на пол, скрестила лодыжки.
Но Похоть не обратила на демоницу никакого внимания, ее пронзительный взгляд был направлен только на Шеола.
– Возможно, что серьги – это артефакт: Последняя слеза короля.
Лицо жнеца побледнело, как будто вся кровь разом отхлынула, оставляя после себя безжизненную серость.
– Его не существует, – прошептал он.
– Что за «Последняя слеза короля»? – Мой взгляд метался между Похотью и жнецом, но они оба молчали, отдавая меня на растерзание негодованию. – Я хочу знать, даже если мне придется использовать право на свои четыре вопроса.
– Тебе не придется ничего использовать, принц Экнора. – Похоть сжала кулак, и шар превратился в дымку.
Каждый из фонарей стал поочередно гаснуть, пока зала не погрузилась во тьму. Вуали и пологи на стенах неожиданно вспыхнули алым светом. По ним заплясали искривленные тени, пытаясь найти свое место на тканом полотне внезапного театра. Они сложились в силуэты величественных гор, увенчанных облаками, вокруг которых парили люди с распахнутыми крыльями. Затем тени изменились, и на пологах появился второй мир – Мир Тьмы. Образы монстров и рогатых демонов скользили по вуалям, их движения были резкими и угрожающими. Пришло время третьего мира, пронизанного лучами солнца и утопающего в буйстве природы. Тени людей, взявшись за руки, кружились в танцах, возделывали поля и строили замки. Именно здесь столкнулись две силы, люди и демоны, переплетаясь в хаотичной битве под Кровавым Дождем. Сумеречная война началась с беспощадных убийств, на смену им пришел огонь, выжигая все на своем пути.
– Когда ваш король Энделлион заключил сделку с Верховным Жнецом, он отдал себя, чтобы защитить Экнориан, и обрек свое потомство на такую же жертву. – Голос Похоти приобрел теплые нотки, обволакивающие, словно бархатное покрывало. – Но многие верховные демоны уверены, что ваш король сам послужил причиной тому, что началась Сумеречная война. Все, что осталось после Энделлиона, – это две кровавых слезы, упавших на белый цветок перед его смертью. По легенде, они превратились в драгоценный камень-артефакт, за которым охотятся многие демоны. Считается, что если камни вновь обратить в слезы и пролить их на пограничные земли, то Лимбус возродится. Но существует другое толкование:
Когда слеза причины бед омоет губы принявшего клятву,
Война уйдет в небытие с последним лучом света на закате.
После огня из потрескавшейся земли выросла хризантема и, склонив бутон к выжженной почве, проронила две капли. Свет снова ненадолго погас, чтобы после один за другим зажглись демонические фонари.
– Почему ты решила, что именно они – Последняя слеза короля? Я ничего не почувствовал, находясь вблизи. – Шеол говорил спокойно, но я все равно ощущал исходящее от него волнение.
– Все драгоценности и прочие товары проверяются на подлинность одной из пяти демонических сфер Истинного отражения. Подделки не редкость в наши дни. Мелкие торговцы имеют при себе малую сферу, способную распознать наличие магии в предмете, но не более. Предполагаю, именно так серьги и оказались у того пройдохи. Выгоду увидел, но вот какую – не догадался. – Похоть печально развела руками. – Ты знаешь, что сфера не лжет. Она не смогла определить ценность украшения, а вот магический потенциал, свойственный артефактам, – да. На серьгах стоит печать наваждения, скрывающая их настоящий вид. Поэтому можно лишь гадать и надеяться, что это тот самый артефакт. Но напомню вам: серьги прибыли из Экнориана. Возможно, поэтому их и не могли найти тысячу лет.
– Но ты не отдашь их нам просто так, Лурия. – Лис прищурилась и подперла рукой подбородок.
– Ты слишком плохого обо мне мнения,
