— Посмотри на меня, дорогая. Ты красивая и ничего не толстая, а очень даже худая с тонкой талией. И грудь у тебя хорошая. Многие о такой бы только мечтали. Поверь мне, ты понравилась государю, я уж точно знаю, он наверняка посчитал тебя отличной парой для своего сына.
— Если бы… — пробормотала она, после чего медленно встала. — Я в душ, мама…
— Да, дорогая, иди.
Финисия испытывала смешанные чувства.
С одной стороны, она была ряда оказаться во дворце и вновь увидеться с Вальцелавом, которого не видела долгие годы. Он сильно изменился. Раньше был таким весёлым, непосредственным и активным, постоянно смеялся и шутил. Сейчас он изменился, стал серьёзным, крепким и внимательным, но ей хотелось верить, что в душе Вальцелав всё такой же.
А с другой, её так допрашивали на ужине… Именно ведь её, и она, в отличие от остальных, даже не смогла ничего ответить толком. Словно слабохарактерная девчонка, которая будет делать то, что ей скажут, и это Финисию расстраивало. Какой она предстала перед отцом Вальцелава? Наверное, дурой с огромными мешками жира вместо мозгов…
Из-за чего-то именно груди своей Финисия и стеснялась. И, стоя под потоками воды в душевой, окинула их взглядом, вновь взвесив на руках. Большие. И соски большие. Ужас… Кому такое нужно?..
* * *
Мне было интересно, если комната прослушивается, значит ли это, что камеры здесь тоже установлены? По идее, не должны, так как это будет совсем неуважение, однако и исключить я этого не мог, так как мы находились на территории дворца, а значит, здесь всё во имя безопасности государя, и все меры оправданы.
Как бы то ни было, мне нужно было связаться с Зигфридом и предупредить, что у нас несколько поменялись планы.
— Грант… — похлопала рядом с собой Катэрия.
— Да-да, сейчас… — пробормотал я, глядя на сад, на который открывался вид из нашего окна.
— О чём думаешь?
— Хочешь завтра куда-нибудь сходить? — спросил я, обернувшись к ней.
— Завтра?
— Да. Скоро турнир, и хотелось бы немного прогуляться, развеяться перед ним, — кивнул я.
— Нет, ну если ты предлагаешь, то отказываться я, естественно, не буду, — слабо улыбнулась она.
Несмотря на выходки государя, ей ужин явно понравился. Да и Катэрия в грязь лицом не ударила, поэтому ей беспокоиться было нечего. Это на Финисию начали давить, и та попросту не знала, куда деться, а нас эта участь обошла стороной.
— Давай, иди сюда, посмотри, какая тут кровать. Нам нужно заказать такую же.
— У нас уже есть кровать, — заметил я, подходя к ней.
— Да, но купим новую, более удобную.
— А ту куда? — сел я рядом с ней.
— Грант, мне кажется, ты совсем не о том думаешь, — вздохнула она, после чего легла, утянув меня за собой. — Надо думать о том, как ты можешь улучшить свою жизнь, а не о том, куда ты денешь потом вещи.
Как я могу улучшить свою жизнь? Ну… я могу купить самоходную зенитную установку «Купол» с четырьмя спаренными тридцатимиллиметровыми пушками и шестью ракетами земля-воздух, чтобы расстреливать пехоту противника и сбивать воздушные цели.
— Ты о чём-то не о том думаешь? — заметила Катэрия.
— О том.
— Когда ты думаешь не о том, ты начинаешь щуриться, будто мишень увидел, — она перевернулась на бок и поцеловала меня в щёку. Чуть-чуть подтянулась и поцеловала в губы, после чего уже наш поцелуй задержался надолго.
Ещё десять минут, и она уже снимала с моей помощью своё платье, а ещё через десять я почувствовал, как вхожу в неё, тёплую, влажную и мягкую. Катэрия в постели была разной, то податливой, то наоборот — бойкой, пытающейся взять всё в свои руки, хотя куда чаще последнее. И сейчас она сначала просто лежала подо мной, наслаждаясь ощущениями, после чего уже стояла на четвереньках, тихо постанывая и дёргаясь от каждого нашего шлепка. А под конец уже была сверху, словно пыталась оседлать какое-то животное.
Вечер закончился хорошо, и мы уснули в обнимку друг с другом, чтобы проснуться на следующий день опять от того, что нам дети глаза открывают.
— Значит, гулять? — зевая, спросила она.
— Да, попросим Марианетту присмотреть за детьми, — кивнул я.
— Да, хорошо.
Мы оделись, после чего получили приглашение на завтрак, только в этот раз мы ели в гостином доме все вместе.
Я почти сразу обратил внимание на то, как понуро сидит Финисия. Она бесцельно ковырялась в тарелке, находясь не здесь, а где-то глубоко в собственных мыслях. Видимо, вчерашний разговор с государем сильно на неё повлиял.
— Марианетта, я могу попросить вас последить за детьми сегодня? — попросил я между делом, пока мы ели.
— Конечно. А вы в город?
— Да, прогуляться.
— А турнир? — задала она другой вопрос.
— Он же не сегодня, — пожал я плечами. — И сильнее за эти несколько дней я точно не стану.
После завтрака мы практически сразу собрались и покинули территорию государственного дворца. На входе нас остановила охрана, попросив подождать, после чего ушла в небольшую охранную будку, оставив под надзором десяток камер, которые следили за нами с разных ракурсов.
Минуты через три охранник вернулся, кивнув и сказав, что всё в порядке, и мы можем вернуться в любое удобное нам время. Никаких пропусков нам не выдали, и это подразумевало, что нас и так узнают.
И честно сказать, что когда я покинул территорию государственного дворца, почувствовал себя намного свободнее. Прямо через дорогу сразу начинался город, который встретил нас старыми зданиями и бесконечным потоком машин, которые куда-то спешили.
Мы нашли, где перейти дорогу, и прошли немного, прежде чем вызвать такси. Первым делом мне нужен был телефон, так как у меня подозрения, что мой номер уже давно
