Хэтти считала, что здесь она неплохо выдерживает свою роль. Она даже попыталась перенять их пошловатые манеры и пару раз позволила себе вставить несколько не очень пристойных, позаимствованных у них выражений.
Теперь она думала о том, как ей вести себя дальше, с учетом их дьявольского плана. Для начала она пожала плечами и постаралась принять скучающий вид.
— Вы это серьезно, Гарри? Вы в самом деле предлагаете отправиться в бордель? Лично я предпочел бы пользоваться тем, что не бывает в столь частом употреблении.
— Нет, вы только послушайте его! Ну и запросы у вас, лорд Гарри! Однако я хочу вам сказать, что этот дом не такой, как все. Это заведение для избранных. Не бойтесь, там вы не подхватите заразы. — Сэр Гарри повернулся к мистеру Скаддимору, желая услышать от него подтверждение: — Скажите, что я прав, Скадди. Что вы молчите как воды в рот набрали? Не хотите идти? Я точно знаю, что у вас не было ни одной девушки с тех пор, как вы стали жить отдельно от отца и перестали якшаться со служанкой. Помните, вы хвалились, что она показала вам высший класс? Самое подходящее время пополнить свои знания.
От неожиданности Скадди поперхнулся и выплеснул портвейн из рюмки.
— А вам нужно трезвонить об этом на весь мир, Гарри. Если хотите знать правду, то дело вовсе не в этом — у меня не слишком густо в кошельке. А сейчас только середина месяца. Отец устроит мне любезный прием, если я опять раньше времени появлюсь на пороге с протянутой рукой.
— Какого черта вы прибедняетесь, Скадди? Можно подумать, что из-за одного визита в бордель вам придется бежать к папаше на Ривер-Тик. Что до вас, лорд Гарри, то я подозреваю, что вы вообще никогда не были в доме свиданий. Интересно, как в ваших северных краях юноши выходят из положения?
— Полагаю, что в наших северных краях юноши делают примерно то же, что и вы, — сказала Хэтти, все еще ломая голову над тем, как на самом деле ей выпутываться из ловушки. — Вообще-то в наших краях мужчины склонны жениться раньше, чем у вас. Обычно они делают это, не дожидаясь, пока превратятся в стариков. А брак, как известно, избавляет от многих трудностей.
Скадди с недоверием посмотрел на нее и сказал:
— Что за глупости! Мой отец постоянно говорит мне, что женитьба и удовольствие не имеют между собой ничего общего. Мудрая истина! Что вы скажете на это?
— Лорд Гарри, согласитесь, что Скадди прав, — сказал сэр Гарри. — Во всяком случае, в том, что мужчина должен получать удовольствие. Независимо от женитьбы: и до нее, и после. Ну хорошо, а все-таки как насчет моего предложения? Лично я немедленно отправляюсь к леди Бакстел. Ну, у кого еще в жилах течет настоящая кровь? Идете вы наконец или будете дальше морочить мне голову своими отговорками?
Скадди принялся усердно подсчитывать свои финансы, прикидывая, хватит ли ему их до первых чисел следующего месяца. Вскоре его сосредоточенное лицо просветлело.
— Я иду с вами, Гарри, — сказал он и, допив портвейн, осовелыми глазами уставился на Хэтти.
Было ясно, что отказываться нельзя, иначе она даст им повод для подозрений. Чего доброго, они еще подумают, что интерес к подобным делам у лорда Гарри чисто напускной — не более чем бравада неопытного юнца. Поэтому ей надлежало вести себя по-мужски, а это значило: не ссылаться на тянущие мышцы и безоговорочно отправляться с ними в бордель. По примеру Скадди она лихо разделалась со своим вином и, стукнув пустой рюмкой об стол, с развязным видом поднялась из-за стола:
— Ну, друзья, чего же мы ждем? Уже скоро ночь. Вперед, Гарри. Что до меня, то я давно созрел. Посмотрим, что за товар у вашей леди Бакстел.
Хэтти повернулась спиной к услужливому лакею, подскочившему помочь ей надеть сюртук.
Сэр Гарри насупился: «Хорошенькое дело!» Ему первому пришла в голову эта идея, а теперь лорд Гарри хочет перехватить у него инициативу. Однако он решил не вдаваться в подробности и, обхватив Скадди за плечо и утешая себя мыслью о том, что очень скоро какая-нибудь красотка доставит ему большое удовольствие, сказал насмешливо:
— Коль так, ведите нас, лорд Гарри. Мы готовы следовать за вами.
Они проходили одну улицу за другой, постепенно приближаясь к Милсом-стрит. Глядя на мелькавшие под сапогами булыжники, Хэтти буквально выворачивала мозги наизнанку, но так и не могла придумать ничего путного. В конце концов, она решила, что не бывает худа без добра и нужно положиться на случай, который может повлечь за собой неожиданную развязку этой нелепой и в то же время забавной истории.
Представшее перед ними мрачного вида заведение леди Бакстел поначалу неприятно поразило ее. Это огромное трехэтажное кирпичное сооружение, стоящее на пересечении нескольких улиц, возвышалось над всеми другими домами в округе. У парадного входа здания располагалось несколько предельно скромных, на грани аскетизма, георгианских колонн. Из плотно зашторенных окон по фасаду сквозь закрытые ставни пробивались едва заметные полоски света. Поэтому в первую секунду Хэтти даже обрадовалась, подумав, что Гарри по ошибке привел их в какое-то другое место. Или, предположила она, заведение уже закрылось в связи с поздним временем. Однако вскоре она поняла, что оба предположения не оправдались.
Сэр Гарри легко взбежал по ступенькам и забарабанил по тяжелому медному кольцу на входной двери. Звонкое эхо в вестибюле сменилось глухой тишиной, и снова Хэтти попыталась утешить себя надеждой на то, что леди Бакстел не принимает джентльменов в этот вечер. Но спустя пару минут до нее донесся слабый скрипучий звук, и ей показалось, что изнутри кто-то разглядывает их. Прошло еще несколько минут, после чего тяжелая дубовая дверь плавно отворилась. Перед ними стоял, высокий, угрюмого вида человек в строгом черном одеянии. Он молча посмотрел на трех джентльменов. Когда его глаза ненадолго остановились на Хэтти, она почувствовала, как бешено заколотилось ее сердце. Ею овладело жуткое чувство, что этот человек каким-то образом может раскрыть ее обман, но он отступил на несколько шагов назад и, небрежно поклонившись, жестом предложил им войти. «Как странно, — подумала Хэтти, — я испытываю облегчение оттого, что мне позволили войти в бордель». Тем временем к ним подошел другой человек, также одетый во все черное, и взял у них трости и плащи. Хэтти видела, как его слезящиеся старческие глазки хитро и злобно смотрели на них, когда он молча указал им на длинный узкий коридор, ведущий в глубь дома.
— Слишком много предосторожностей, — сказала Хэтти сэру Гарри, пытаясь придать своему голосу оттенок осуждения. «Интересно, — подумала она, — будет ли здесь сегодня маркиз де Оберлон?» Секундой позже она поняла, насколько глупой была эта мысль. Ведь его светлость обзавелся персональной любовницей. Она не сомневалась, что маркиз не отказывал себе в подобных удовольствиях даже в период своего кратковременного брака с Элизабет Спрингвилл.
