— Вы очаровательны, Маврин, — сказала она и заставила себя посмотреть сначала на слегка покатые плечи, а затем на полную грудь девушки. Она обратила внимание на ее красивую узкую талию. «Несомненное достоинство», — мимоходом отметила она.
— О, благодарю вас, милорд, — сказала жалким полушепотом трепещущая от страха Маврин. Она с облегчением вздохнула, не решаясь думать о том, что было бы с ней, не угоди она лорду Монтейту. — Вы хотите, чтобы я теперь сняла платье?
Хэтти сделала вид, что обдумывает ее вопрос. Меньше всего на свете ей хотелось в тот момент иметь перед глазами раздетую донага девушку, и она попыталась представить себе, что при таких обстоятельствах мог сказать и сделать мужчина. Поскольку в отношении поведения сильного пола у нее не возникло ни малейших сомнений, пришлось срочно выкручиваться.
— Нет, не сейчас, Маврин, — сказала она нарочито небрежным тоном. — Я думаю, с этим можно немного повременить. Сейчас мне хотелось бы немного больше узнать о вас. Скажите, почему вы так боитесь леди Бакстел?
В голове у Маврин мелькнула догадка, от которой ее обуял дикий страх. «Лорд Монтейт не клиент леди Бакстел, — подумала она. — Должно быть, он ее осведомитель».
— Что вы, милорд! Я совсем не боюсь ее. Она очень добрая хозяйка. И так благородно поступила со мной. Если бы не она, я бы умерла с голоду на улице.
— Сомневаюсь. Она просто запугала вас. Но вам не следует бояться меня. Доверьтесь мне.
— Я не понимаю, о чем вы говорите, милорд, — уверяла девушка. Заметив, как сузились и засверкали гневом синие глаза лорда Монтейта, она поспешила переменить разговор: — Простите мне мою недогадливость, милорд. Позвольте мне снять с вас одежду. Теперь я знаю, что вы хотите. Вы, должно быть, предпочитаете, чтобы не вы сами, а я… то есть чтобы вас… ласкали? Скажите, вам так больше нравится? Или, если хотите, я могу…
— Довольно, — отрезала Хэтти. — Я не этого хочу от вас. Можете вы рассказать мне, как все это произошло? Она что, подобрала вас как уличную девку?
— Клянусь Богом, нет. Верно только то, что она нашла меня на улице. Но тогда я была невинной, милорд. Я попала сюда не по доброй воле. Когда пришло известие о гибели дяди Боба, в наш шляпный магазинчик нагрянули кредиторы. Они забрали у меня все деньги и вышвырнули на улицу. У меня не было больше никого из родственников, и я не знала, что мне делать дальше. Поэтому я оказалась здесь… Леди Бакстел сказала, что мне повезло. Она обещала оставить меня для одного очень порядочного лорда, который должен был лишить меня девственности. Им оказался сэр Уильям Файли.
Девушка беспомощно посмотрела на лорда Монтейта.
— Это ужасный человек, — сказала Хэтти.
— То, что он вытворял надо мной, просто отвратительно. Он намного хуже других. Среди джентльменов иногда бывают такие, которые чересчур ласковы. Некоторые мужчины гладили меня, когда получали удовольствие, словно я была их комнатной собачкой или чем-то в этом роде.
Слезы пеленой застилали ей глаза, но она была не в состоянии остановить их. Она была уверена, что теперь уж точно попадет в немилость к леди Бакстел. Когда ее хозяйке доложат об этих недостойных откровениях, та немедленно выставит ее из своего заведения. И она снова останется одна как перст. Как и прежде, придется скитаться по улицам и голодать.
Она резко вырвала руку у лорда и закрыла лицо. Потом опустилась на колени и зарыдала:
— Я не хочу на улицу. Не хочу умирать с голоду. Не хочу. Я еще слишком молода.
Хэтти в растерянности смотрела на девушку, валяющуюся у нее в ногах. Внезапно в ней проснулось бешенство. Это слабое, беззащитное существо, почти ребенок, было вынуждено торговать собой, чтобы выжить. Какая чудовищная несправедливость!
Словно под влиянием какого-то мощного внутреннего толчка она внезапно оживилась.
— Встаньте, Маврин. Довольно слез. У нас с вами есть дела поважнее, — сказала она, вынимая носовой платок из кармана жилета. — Вытрите слезы. Я полагаю, что нам с вами предстоит длинный разговор.
— Вы не станете рассказывать обо мне леди Бакстел? Вы не скажете ей, что я обманула ваши желания?
— Нет, Маврин, нет, — успокоила ее Хэтти. — Разумеется, не скажу, потому что собираюсь спасти вас.
Глава 7
В темном ночном небе уже обозначились серые полосы приближающегося рассвета, когда Потсон наконец встретил Хэтти. Он провел ее в дом через черный ход и с рук на руки передал Милли. Он попытался было пожурить свою госпожу, но, видя ее глаза, горящие гневом, тотчас прикусил язык.
Узнав о ее новых планах, он вздохнул и только покачал головой. Ничего не поделаешь, теперь ему предстояло отправляться обратно, с Гросвенор-сквер, из городского дома сэра Арчибальда, на Томпсон-стрит. Последний подвиг мисс Хэтти, как бы она ни подшучивала над его любимым выражением, должно быть, еще больше, чем в прошлый раз, прибавил ему седины. Кто бы мог вообразить, что молоденькая, порядочная, хорошо воспитанная барышня окажется в борделе? Он нагнул голову, ежась под завывающим февральским ветром. Ноги у него дрожали. Сказывалась усталость минувшей долгой ночи, которую он провел на улице в ожидании мисс Хэтти. Интересно, что скажет Милли, узнав об этом сюрпризе их госпожи?
Между тем горничная вела себя так, будто этой ночью не произошло ничего необычного.
— У вас очень мало времени. Идите спать, мисс Хэтти, — сказала она как ни в чем не бывало. — Сами знаете, сэр Арчибальд и его расписание — святое дело. Я разбужу вас перед ленчем.
Не успела Милли тихо закрыть за собой дверь спальни, как Хэтти уже заснула.
К удивлению и радости горничной, наступивший день принес с собой потрясающую новость. Около одиннадцати часов сэр Арчибальд уведомил экономку, что договорился о встрече с мистером Мортимером Мелбери и проведет ленч вместе с ним. Та, в свою очередь, сообщила об этом Милли.
Такое неслыханное отступление сэра Арчибальда от собственного незыблемого распорядка произвело ошеломляющее впечатление на всю прислугу в доме.
— Как же так, миссис Миллер? Ведь вы можете заблаговременно узнавать о планах сэра Арчибальда! — воскликнул Гримпстон, всплеснув руками.
— Вот уж чего никогда не делаю и делать не собираюсь, — невозмутимо ответила экономка, усевшись на кухне вместе с Милли выпить чашку горячего чая.
— Лично мне, конечно, грех жаловаться на хозяина, — сказала Милли, — но вообще-то жаль, что сэр Арчибальд не удосужился сообщить об этом мисс Хэтти. Я так считаю, Флоренс, если бы хозяин уделял ей, своей плоти и крови, такое же внимание, как этим проклятым тори, может быть, тогда она не моталась бы взад-вперед как неприкаянная.
