— Все в порядке?
Ему никак не удавалось оторвать взгляд от впадинки у основания шеи Энджи, где быстро бился пульс.
— Да. — Энджи покраснела и с видимым усилием отвела глаза. — Извини, я всегда просыпаюсь медленно.
Кейд поспешно сел, чтобы Энджи не заметила его возбуждения. Его раздражало, что выдержка ему изменила. Он пристегнулся сам и отвернулся к иллюминатору. Бесполезно. Кейд отчетливо, как наяву, увидел Энджи в своей постели после бурной ночи любви. Он представил, с каким удовольствием разбудит ее своими ласками…
Боже правый, ужаснулся Кейд, если простое прикосновение к Энджи пробуждает такие эротические фантазии, что же будет дальше?! Он уже сожалел, что отправился с ней в эту поездку, куда безопаснее было бы поручить ее сопровождать кому-нибудь из помощников. Ответ на вопрос, почему он этого не сделал, лежал на поверхности, точнее, сидел рядом с ним в салоне самолета. Кейд не прикасался к Энджи, но остро ощущал ее близость, чувствовал исходящий от ее волос нежный аромат.
Руки Энджи лежали на коленях вроде бы спокойно, но Кейд чувствовал, что она так же напряжена, как и он. Пальцы у Энджи были бледные, тонкие, Кейд представил, как они будут выглядеть на его смуглой коже… Он попытался оценить ситуацию так же беспристрастно, как оценивал положение в бизнесе. Возможно, имеет смысл пойти на поводу у своих желаний и посмотреть, что из этого выйдет. То, что происходит между ним и Энджи, — это всего лишь сексуальная химия, игра гормонов, но Энджи имеет над ним слишком сильную власть. Кейд понимал, что если даст слабину и позволит Энджи воспользоваться этой властью, то она завладеет им полностью.
Однако желание не лишило Кейда наблюдательности, он был достаточно опытен, чтобы понять, что Энджи тоже его хочет. Так почему бы не принять то, что она мне, не отдавая себе в том отчета, предлагает? — спросил он себя и сам же ответил: именно потому, что ее предложение неосознанно, и я не имею права воспользоваться ее невинностью.
Невинностью? В ее-то возрасте? Очень возможно, что ее неопытность — уловка, цинично подумал он. Однако, если ее как следует приодеть, окружить заботой, из нее получится великолепная любовница. Кейд уже строил планы: это будет равноправное партнерство, Энджи сможет посмотреть мир, многому научиться, а когда его увлечение ею пройдет, он позаботится, чтобы она ни в чем не нуждалась и могла вообще не работать, если сама не захочет.
Энджи такой вариант должен понравиться, думал Кейд, в любом случае это лучше, чем та жизнь, которую она ведет сейчас.
— В каком аэропорту мы приземлимся? — бесстрастно спросила Энджи.
Но ее показная невозмутимость не обманула Кейда. Он пристально всмотрелся в ее лицо и заметил, что на бледной коже проступает румянец. Энджи глотнула и облизнула пересохшие губы. Так и есть, понял Кейд, она тоже меня хочет.
— Мы сядем на острове Сент-Мэри, а оттуда на вертолете доберемся до Треско.
Энджи прерывисто вздохнула, отвернулась к иллюминатору и стала смотреть на приближающуюся землю. Она уже знала, что где-то в промежутке между сном и бодрствованием выдала себя. Кейд безошибочно определил ее реакцию, как сексуальное возбуждение, вот почему на его лице застыла маска презрения.
Аллегра рассказывала, что женщины буквально бегают за ним, пускаются на всяческие уловки, чтобы затащить его в постель. С ее слов Энджи знала, что таких Кейд презирает. И вот теперь он, по-видимому, принял ее за очередную легкодоступную любительницу постельных приключений. Вот бы он посмеялся, если бы узнал, что она никогда не занималась любовью! Но он не узнает, решила Энджи, потому что с этой минуты я буду держаться так же холодно и отчужденно, как он.
Но, когда совсем рядом, прямо над ее ухом, прозвучал чуть охрипший голос Кейда, самообладание Энджи испарилось без следа.
— Смотри вон туда, видишь островок? Это Треско. Мой отец его очень любил. Маме, правда, там было скучновато, она горожанка до мозга костей.
Энджи отлично помнила мать Кейда — утонченную женщину с изысканными манерами, воплощение светской элегантности. Она не очень хорошо ладила с невесткой.
Лицо Кейда посуровело.
— Мама говорила, что рано или поздно море заберет отца, так и случилось. Он погиб, пытаясь спасти парочку идиотов, которым вздумалось выйти в море в шторм, да еще без спасательных жилетов. Погибли все трое.
— Мне очень жаль.
Кейд пожал плечами.
— Отец любил риск, думаю, будь у него выбор, он предпочел бы погибнуть, как погиб, а не угасать от болезней.
По тону Кейда, Энджи показалось, что он не разделяет точку зрения отца. Она посмотрела ему в глаза и утвердилась в своей догадке. Так и есть, Кейд слишком ответственный человек, чтобы рисковать жизнью ради выброса адреналина. По какой-то неведомой причине это открытие ее успокоило. Энджи снова повернулась к иллюминатору и стала смотреть вниз. Самолет подлетел ближе к острову, и среди зелени Энджи могла различить красные черепичные крыши маленьких, словно игрушечных домиков, красочные пятна клумб. По-видимому, недавно прошел дождь, потому что дороги влажно блестели на солнце.
— Не знаю почему, но у меня такое впечатление, что островитяне живут неспешно, спокойно. Но, возможно, это впечатление обманчиво.
— В этом прелесть островов, Энджи, они манят экзотической, опасной красотой.
В спокойном, почти равнодушном голосе Кейда Энджи услышала волнующий вызов. Она тут же мысленно одернула себя: не смей, даже не думай! Лучше любуйся пейзажем, это куда безопаснее.
— А я думала, ты горожанин до мозга костей.
— Как тебе сказать… Я люблю Лондон, Париж, Нью-Йорк, но своим домом я считаю Треско.
Энджи опять хотелось посмотреть ему в глаза, но она себе запретила. Аллегра когда-то жаловалась, что ей скучно жить на острове, и примерно через год после свадьбы Кейд перестал возить ее туда и стал ездить один.
Сосредоточенно глядя в иллюминатор, Энджи напомнила себе, что Кейд — такой же, как ее отец, что он не хранил верность жене. Не помогло. Энджи удивляло, что слабый, едва ощутимый запах мужского одеколона способен заставить ее сердце биться чаще. Она чувствовала себя мотыльком, которого неудержимо тянет к смертельно опасному огню. Такая же участь ждет и ее, если она не поостережется. Борясь со своим влечением, Энджи прибегла к последнему средству: напомнила себе, что если она уступит своим инстинктам, то предаст память Аллегры. А если полюбит Кейда… О том, что ее ждет в этом случае, Энджи боялась даже подумать. Впрочем, это исключено, значит, и бояться нечего, решила она. Возможно, на свете существуют мужчины, способные любить беззаветно, но Энджи таких не встречала. Не что иное, как любовь, довела мать Энджи до депрессии и, в конце концов разрушила ее жизнь. Энджи не хотела для себя такой участи, она решила, что, если останется независимой, никто не сможет причинить ей боль.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
