городской администрации, например в Лисабоне в 469 году[21].
Как ни скудны данные источников о внутренней жизни Свевского королевства, мы можем предположить, что свевы не представляли собой лишь некое «военное сословие», которое жило только за счет военной добычи и дани с покоренного населения. После упрочения власти вестготов на полуострове (60—80-е годы V века) и затем после переселения масс вестготов в Испанию (90-е годы V века и начало VI века) свевы утратили возможность совершать свои грабительские рейды с такой легкостью и частотой, как прежде. Тем не менее Свевское королевство оказалось достаточно жизнеспособным, чтобы сохранять свою политическую самостоятельность вплоть до 585 года. Это вряд ли было бы возможно, если бы оно не обладало достаточно прочной социальной базой. Такую базу не мог составить один лишь узкий военный слой; очевидно, существовало и свевское население, занимавшееся производительным трудом. В гипотетической форме можно высказать предположение, что основой Свевского королевства до последнего периода его существования оставалось смешанное варваро-испано-римское общество, в котором переплетались отношения разлагавшегося рабовладельческого строя и варварского общественного устройства.
Толедское королевство вестготов не было непосредственным продолжением Тулузского королевства. Но в Толедском королевстве сохранили свое значение и получили дальнейшее развитие те институты, которые возникли в Тулузском королевстве.
Ко времени войны с франками позиции вестготов в Испании, несмотря на военные успехи Эйриха, были непрочными, поскольку их победы не были закреплены колонизацией.
Эмиграция вестготов на полуостров, как уже отмечалось, началась лишь в конце 90-х годов. Неудивительно, что события, последовавшие за поражением готов в войне с франками, обнаружили внутреннюю неустойчивость вестготской монархии. После смерти Алариха II у готов оказались два короля: в 507 году готами Септимании был провозглашен королем незаконный сын Алариха II Гезалих; законного же наследника Амалариха поддержал остготский король Теодорих. Остготские войска нанесли поражение Гезалиху у Барселоны. Амаларих стал королем, но регентом до 526 года был Теодорих; вестготская казна была перевезена в Равенну, а Испанией и Септиманией правили должностные лица остготского короля. В 531 году после гибели Амалариха в войне против вторгнувшихся на полуостров франков королем был избран один из остготских правителей Испании Тевдис (531–548), который принудил франков к отступлению. Тевдис предпринял экспедицию в Африку, где отобрал у византийцев Сеуту, но лишь на короткое время. Им издан был закон о судебных издержках, рассчитанный и на готов, и на римлян. Тевдис проявлял терпимость по отношению к католической церкви; при нем созывались провинциальные католические церковные соборы.
Пришедший к власти через полтора года после Тевдиса Агила I (549–559) вел войну за подчинение Бетики, но потерпел поражение под Кордовой. Вскоре против него поднял восстание готский магнат Атанагильд, обратившийся за помощью к императору Византии Юстиниану I и заключивший с ним договор. В Бетике в 551 году высадились византийские войска. Агила потерпел поражение, и королем стал Атанагильд (551–567). Но территории в юго-восточной части полуострова, в том числе Картахена, Малага, Кордова, может быть и Севилья, остались за византийцами, несмотря на попытки Атанагильда вернуть эти земли силой.
Правление короля Леовигильда (568–586) характерно успешной завоевательной политикой, направленной на присоединение к Вестготскому государству различных областей полуострова. К началу правления Леовигильда в руках византийцев находились Бетика и часть Картахенской провинции, а Галисия и Северная Лузитания принадлежали Свевскому королевству. Независимость сохраняли области басков, а ряд районов нынешней Астурии, Кастилии, Андалусии управлялись местными магнатами или племенными вождями. Ле-овигильд в течение нескольких лет вел военные действия против византийцев и в конечном счете отнял у них Севилью, Кордову и захватил всю Бетику. Он занял в Кантабрии Амайю (очевидно, в провинции Бургос), область, где правил некий Аспидий, Саларию (в районе Саламанки и Саморы), подчинил себе Ороспеду (на юго-востоке полуострова). Леовигильд, как отмечалось выше, положил конец самостоятельности Свевского королевства и превратил его в провинцию Вестготского государства. Он подавлял восстания басков на северо-востоке страны. Для внутренней политики Леовигильда характерно стремление усилить центральную власть и ограничить самостоятельность магнатов, преодолеть разобщенность готов и местного населения в праве, религии, общественной жизни.
В 579 году в Толедском королевстве началась гражданская война. Сын короля Герменгильд, правитель Бетики, перешедший в католичество, объявил себя королем. Ему оказали поддержку византийцы и свевы. Однако католическая церковь не оказала Герменгильду поддержки, на что он, вероятно, рассчитывал, и его мятеж был подавлен. Что характерно, следующий за Леовигильдом король Рекаред (586–601) сам принял католичество и расправился с арианскими епископами в Септимании и Лузитании, которые восстали против него.
Об условиях поселения вестготов в Испании при Эйрихе и в последующее время нет определенных данных. Поэтому трудно определить, селились ли здесь готы по таким же правилам, как и в Аквитании, или занимали запустевшие земли, как франки в Галлии. Расположились вестготы главным образом в Старой Кастилии; область их поселения составляла не более одной десятой части всей территории полуострова. В других районах страны селились, по-видимому, лишь знатные готы, получавшие здесь должности в королевской администрации и земли. В Испании и после вторжения варваров сохранилось крупное землевладение. Владельцами крупных имений стали готский король, арианская церковь и служилая знать.
Несмотря ни на что, испано-римская знать удерживала свои экономические позиции. В Бревиарии Алариха говорится о сенаторах, которые владеют обширными поместьями. Право собственности римских землевладельцев на имения, сервов и колонов было признано Вестготским государством. Сенаторская знать, согласно Бревиарию, пользовалась некоторыми привилегиями в процессуальном кодексе. К ней тесно примыкала католическая церковь, которая оставалась крупным землевладельцем. Судя по источникам начала VI в., церковь деятельно добивалась умножения своих доходов, стараясь вести наиболее рациональными методами свое хозяйство и не допуская расхищения церковного имущества. Она регулировала порядок эксплуатации своих земель, устанавливала нормы обращения с церковными сервами и вольноотпущенниками, оспаривала право светских магнатов пользоваться доходами от частных церквей.
Крупными землевладельцами были и готы. Короли, очевидно, унаследовали владения императорского фиска, и этот земельный фонд служил материальной основой для связи королей с их «верными» (fideles). Крупными землевладельцами становились и те готы, которые составляли служилую знать; они, вероятно, получили при поселении в Испании больше земли, чем рядовые готы, и в дальнейшем расширяли свои владения благодаря королевским пожалованиям, присвоению земли обедневших готов и испано-римлян. Готская знать выделялась среди прочих свободных людей своим общественным весом. Готские магнаты, располагавшие собственными дружинами, не всегда были склонны подчиняться государственным должностным лицам. Законы Леовигильда учитывают такую возможность.
Вестготское право в отличие от законов ряда других варварских королевств не знало различий в вергельдах[22] среди свободных. Но оно применяло к готам, различая honestiores и humiliores, систему дифференциации в наказаниях, которая была присуща позднеримскому праву.
В
