мой. Отчима. Я на него никаких прав не имею. Я попыталась поговорить с родителями Ильи, чтобы попросить помощи у них. Конечно, такой суммы у них отродясь не было. Но может, им дадут кредит, а я буду, как-то отдавать. Только вот это — как-то отдавать — было аргументом не в мою сторону. Они сразу отказались. Тетя Надя ссылалась на то, что я должна жить дальше и не забивать голову всякой ерундой. Дядя Толя вроде бы и рад был помочь, только у него плохая кредитная история, помимо этого, они выплачивают кредит за машину, которая после ремонта должна была стать Ильи. Неутешительно. Спать я легла в очередной раз голодная и с головной болью.
Я еле как выпросила свидание с мамой наедине. Ночью плохо спала. Под глазами моими залегли большие фиолетовые круги от недосыпа. Я не знала, что мне делать. Единственная надежда была на наш честный и гуманный суд. Может, действительно судья услышит меня и поймет, что все это была самооборона. Остается только ждать суда, что еще делать? Я просто не знаю! Я в тупике!
Мама вошла ко мне в маленькую комнату для свиданий словно дикая кошка, странно оглядываясь и вздрагивая от каждого прикосновения моей руки. Она даже не сразу меня заметила.
— Мама? Это я, Саша
Мне показалось, что мама меня не узнает. Ее взгляд казался очень странным и напуганным.
— Дочура? Ты? Слава Богу ты пришла! Почему ты ко мне не приходишь? А Сережа где?
Я усадила ее на пыльную скамейку рядом со мной.
— Мама... его нет. Что с тобой?
Я никак не могла понять, что с ней происходит и почему она зовет отчима, которого нет в живых.
— Все меня бросили, и бабушка твоя тоже то приходит, то нет
— Мам, бабушка умерла 5 лет назад. Ты что, не в себе?
И тут до меня дошло. Это же так называемая — белочка — я с ней уже сталкивалась. Точнее не я конкретно, но с мамой такое уже было. Врач как-то мне объяснял это состояние. Когда человек, который болен алкоголизмом резко бросает пить, через два-три дня начинается абстинентный синдром, галлюцинации, бред... Так вот, опять началось. В таком состоянии с мамой тяжело было разговаривать, она ничего не поймет. Ее трясло, губы, руки аж ходили ходуном. Глаза бегали по комнате, словно она не понимает, где находится и за что.
— Сашка, забери меня отсюда, забери пожалуйста, мне так плохо — проговорила мама и взяла меня за руки. Они были холодными, как лед.
— Мам, я стараюсь, но... Нужны деньги. Где документы на наш дом в поселке? Я попробую его продать. Вернее, что осталось от него
— Какие документы? Какой дом? Не продавай ничего, зачем, а где мы жить будем?
Я попыталась привести ее в чувство, так как ухватилась за этот вариант, как за спасительную соломинку. Наш старый дом можно было продать хотя бы тысяч за сто. Надеюсь, не все еще растащили местные. Единственное, я никак не могла найти на него документы.
— Мама, приди в себя! Просто скажи, где документы!
— Ты же заберешь меня отсюда?
Я громко простонала и попыталась уже взять себя в руки, так как начинала злиться.
— Мама! Так я ничего не добьюсь. Мама, где синяя папочка? Ты же помнишь куда ее положила? — спросила наигранно милым голосом я, надеясь, что папку она вспомнит, где хранила документы.
— Ее нет, я ее отдала покупателю — вдруг ясно ответила мама. Будто на минуту, придя в себя.
— Какому покупателю?
— Который дом наш купил — спокойно ответила она и стала ковырять ногти.
— Ты что продала дом?!
— Да, деньги нужны были
Я чуть не разрыдалась.
— Деньги на что?! На водку?! А мне теперь что делать?! Как мне тебя отсюда вытащить?! — разгорячилась я. Но мама, кажется, снова впала в забвение.
— Саша, когда мы пойдем домой? Мне так плохо!
Дальше я просто залилась слезами и выбежала на выход из отделения. Слетел последний вариант. Я не знала, что делать дальше.
Я пришла в дом Ильи. Снова ушла в комнату голодная. Илья не выходил на связь. Писем пока не получала. Тетя Надя по-прежнему просила ничего ему не рассказывать. Мне кажется, если бы он все знал, то нашел бы выход... Вместе мы бы решили, что делать. А так...
Я обняла подушку Ильи и расплакалась. Громко и почти навзрыд. Тупик. Сплошной тупик. Словно в глухой яме, из которой нет выхода. В это время на телефон пришла смс. Я не сразу поняла, откуда исходит этот необычный звук. Ох, точно. Это же айфон, который подарила мне Ритка. Я про него и забыла. Смс была от оператора, но я обсмотрела телефон со всех сторон. Может, его продать? Эх, конечно. Разве телефон может стоить триста тысяч. Хотя... Может, Рита мне поможет? Она вроде бы весь вечер рассказывала о своей — небедной — жизни. Займу у нее, а потом буду по частям отдавать или... придумаю, что делать дальше, главное, чтобы она смогла мне помочь! Еще один вариант. Хоть бы он не слетел, как остальные! Пожалуйста!
Я быстро вытерла слезы и нашла номер Ритки. С замиранием сердца набрала ее.
— Рита? Ты?
— Сашка? Привет, как дела? — услышала я в трубке довольный голос Риты.
— Вообще-то не очень... Рита, мне нужна твоя помощь!
— Что случилось?
И я ей рассказала. Все-все и во всех подробностях. Ведь она мой единственный шанс. Больше вариантов нет.
— Да уж... ситуация — вздохнула Рита, выслушав мой красочный рассказ.
— Рита, ты не могла бы мне занять деньги? — с надеждой в голосе спросила я. Наступила минутная тишина. Видимо, подруга что-то обдумывала.
— Такую сумму я занять тебе не смогу, но есть один вариант. Я когда-то тоже им воспользовалась... — заключила Рита.
— Какой? Я на все согласна! — с жаром бросила я.
— На все? Тогда давай, покупай билет, и я тебя жду. Это не телефонный разговор
Теперь задумалась я.
— Если я прилечу, то ты поможешь мне? Правда?
— Да, типа того. Но нужно кое-что обсудить. У тебя есть деньги на билет? Дорога не близкая
Я прокрутила один вариант в моей голове. Можно продать айфон. На билет до Москвы и обратно мне должно хватить.
— Я найду
— Отлично. Тогда я тебя жду, обязательно позвони, я встречу тебя
— Считай уже в пути
Я бросила трубку и как сумасшедшая стала метаться по комнате. Так, Саша, спокойно. Мы, наконец, нашли выход из ситуации. Правда, Рита так и не сказала
