то, что «Мусорщик» не считался по-настоящему психически больным человеком, главврач опасался, что его соседство с подследственными может вызвать у него очередной приступ бешенства, во время которого он может проломить гантелями им головы, превратив спортивные снаряды в боевые. Да и «Мусорщик» особо не настаивал на гантелях. Ему вполне хватало и этих двух тренажёров. Бегая на «дорожке» он представлял, как гонится за родителями «Антигриппина», после чего, якобы догнав их, набрасывался на боксёрскую грушу и жестоко избивал «убегающих». После таких «тренировок» ему действительно становилось полегче. И физически и морально. Во время одной из таких вечерних «пробежек» в его отдельную палату и вошёл «Антигриппин».
— Тебя что, заставляют, как белку в колесе, вырабатывать для больницы электроэнергию? И сколько тебе интересно платят орешков в час? Или тебе платят по одному орешку за один выработанный киловатт? Хотя, я слышал о тебе совсем другое… Мол, ты набрасываешься на людей не как добрая белка, а как злая собака, и не даёшь покоя моим родителям даже в больнице, куда ты их собственноручно и упрятал. А может, у вас в милиции сейчас новая методика работы, и следователи везде следуют за подозреваемыми? — предположил «Антигриппин» и усмехнулся.
От неожиданности «Мусорщик» споткнулся и упал с беговой дорожки.
— Не ту «дорожку» ты для себя выбрал. Вот и «соскользнул» с неверного пути. Покайся. Скажи, куда ты перепрятал солдатиков? Ты ведь самый честный мент в городе и просто обязан сказать мне правду, — тут же отреагировал «Антигриппин» на тренировочный конфуз «Мусорщика».
— То, что ты полный отморозок, я, конечно, подозревал. А вот то, что тебе «размораживают» мозги именно в этой больнице, для меня полная неожиданность, — удивился «Мусорщик», поднимаясь с пола.
— Отморозки — это мои психованные телохранители, стоящие сейчас за дверью. Причём, буйные и неизлечимые. А вот я, по сравнению с ними скорее добрый доктор «Айболит», который пришёл к тебе, «легавая псина», сделать прививку от бешенства, чтобы ты больше не «гавкал» на моих родителей. А если не скажешь, куда солдатиков спрятал, то я тебе ещё и сыворотку правды введу, причём через клизму, — угрожающе предупредил «Антигриппин» и жестами показал на пальцах, как это будет.
— Если ты о солдатиках, которых искали твои родители у моих родителей, то на самом деле их не существует. Они живут только в твоём воображении и в воображении твоих стариков. Кстати, «лекарственные войска» этой больнички наверняка уже уничтожили в головах твоих родителей всех солдатиков вместе с другими «тараканами», а вот в твоей голове они, видать, ещё прячутся. Ты, главное, не отчаивайся. Со временем, ты их обязательно найдёшь и спросишь, где они черти прятались? — с иронией произнёс «Мусорщик» и презрительно ухмыльнулся.
— Я надеялся, что лечение в этой больнице ослабит твою волю, и ты будешь более сговорчивым, но видать «бодяжные компоты», которыми вас тут поят, абсолютно не эффективны. Да и сыворотку правды на тебя переводить тоже, по всей видимости, смысла нет. Но я подстраховался и припас для твоего ослиного упорства «сладкую морковку», которая развяжет тебе язык. В общем, я решил действовать теми же способами, что и ты. Ты забрал моих родителей и треплешь им нервы, живя тут с ними в одном дурдоме, а я перевёз в свой дом твоих родителей и пока ты вспоминаешь, где «живут» золотые солдатики, я поживу с твоими родителями. А чтобы у тебя не было никаких сомнений в правдивости моих слов и серьёзности моих намерений, я оставлю тебе их очки. Им они пока не нужны, а ты в них, может, и увидишь выход из сложившейся ситуации.
— Ты бесчеловечная тварь! В тебе нет ничего святого! Я вызываю тебя на дуэль! — увидев перемотанные изолентой очки своих родителей, заорал «Мусорщик» и со всей силы бросил в лицо «Антигриппина» перчатку.
Раздался глухой шлепок. Боксёрская перчатка, отлетев от лица «Антигриппина», упала возле боксёрской «груши».
— Я принимаю твой вызов, — прошипел сквозь зубы «Антигриппин» и, шмыгая носом, вышел из больничной палаты.
На следующее утро «Мусорщик» позвонил в Управление Внутренних Дел и попросил приставить к нему круглосуточную охрану, так как известный в городе бандит ночью «навещал» его в больнице и требовал вернуть «золотую армию Суворова».
После странного звонка, вспомнив о его давней паранойи, связанной с манией преследования, руководство Управления Внутренних Дел приняло тяжёлое для себя решение об увольнении «Мусорщика» из органов, «по состоянию здоровья». Уведомив главврача о новых галлюцинациях их бывшего коллеги, они ещё раз настоятельно рекомендовали наивнимательнейшим образом отнестись к ухудшающемуся состоянию здоровья доблестного пациента и назначить ему самые сильные и эффективные препараты, которые применяют в современной психиатрии.
Глава 14
Потратив три долгих месяца на поиски «Золотой армии Суворова»; обыскав за это время квартиры «Мусорщика» и его родителей «от пола до потолка»; пытая стариков апельсинами (кормя их цитрусовыми на завтрак, обед и ужин до тех пор, пока у них не высыпала аллергия и не стали мерещиться повсюду «Чебурашки»); допросив множество историков, археологов, нумизматов и прочих специалистов, «Антигриппин» сделал для себя неутешительный вывод о том, что золотой коллекции действительно не существует. Он понял, что его попросту развели, а «Мусорщика» с его родителями подставили. А когда он узнал, что всю эту «кашу» из «Золотнянных солдатиков» заварил «Бледный», почернел от злости и приказал всем своим «бригадам» готовиться к войне. Единственным и своевременным утешением отодвинувшим начало «войны» на пару дней, стал звонок его брата «ГематоГены», который сообщил о том, что шоколадный «торт» готов и его можно заполнять «начинкой». Обрадованный «Антигриппин» сменил гнев на временную милость и объявил не о начале войны, а о начале операции «ЧЕРЕПАХА».
В назначенный день, а точнее — в ночь, накануне ноябрьских праздников, ровно в четыре часа утра, «танкисты в законе» одновременно запустив танковые двигатели в «Парке Победы» и на улице Первомайской, попытались пробудить от многолетнего сна двух железных «динозавров», спящих в разных концах города. Мощно зарычав, сотрясая округу железным лязгом гусениц, танки, словно родные братья, услышав друг друга за несколько километров, сорвались со своих «насиженных» мест и, разворотив под собой каменные постаменты, грациозно переползли на автомобильные платформы большегрузов, чтобы как можно скорее отправиться навстречу друг другу. Грузовики, «попетляв» немного по городу в разных направлениях, чтобы «замести следы» и сделать показания случайных свидетелей противоречивыми, ровно в пять часов утра встретились в точке «Х» и, въехав в ворота шоколадной фабрики, переселили железных «братьев» в их новый просторный дом.
Ликование «Антигриппина» было безмерным. Он бегал между танками с вытаращенными
