— все было на высшем уровне.
— Я полностью согласна, — кивнула я и улыбнулась, взглянув на девочек.
Мои неугомонные крошки, которые готовы были сорок восемь часов в сутки носиться туда-сюда, сейчас выглядели совершенно вымотанными. А не нужно было скакать по самолету! Поспали бы, как все белые люди, и сейчас бы не было проблем.
— Отведу их в номер. Ты еще задержишься? — спросила мама, когда я откинулась на спинку стула и взяла бокал шампанского.
Имею право немного расслабиться…
— Да, если тебе будет нетрудно, побудь с ними одна. Я скоро приду.
Столик наш располагался в дальнем углу ресторана, обращенного к береговой линии. Стеклянная стена позволяла увидеть полосу прибоя, подсвеченную фонариками. А в открытые окна залетал легкий теплый ветерок, ласкающий кожу.
Девочки и мама ушли, а я осталась одна. Мне нравилось то ощущение, в котором я пребывала. И нравились мысли, мелькающие в голове.
Я прошла через предательство и не только выжила, но и весьма недурно себя чувствую. А уж от планов, которые меня охватили, вообще не отбиться. Ну и кто из нас потерял, когда решил, что семья и верность — это пустой звук?
— Варя… Только не говори, что ты мне привиделась! — донесся до меня голос, услышать который я совершенно не ожидала.
Только не здесь, не за тридевять земель от родного дома.
Чуть повернувшись, я свела брови не переносице и тут же все внутри меня ощетинилось. В паре метров от моего столика стоял Дамиан Разумовский.
Он что — за мной следил?
Мысль была дурацкой — согласна. Ведь Дамиана не наблюдалось, скажем, в самолете. Ну или во время трансфера в отель. Однако именно Разумовский сейчас был в паре метров от меня, что неимоверно напрягало.
— Тебе могу сказать то же самое, — процедила в ответ, поднимаясь на ноги.
Он усмехнулся и качнул головой, хотел что-то сказать, но я тут же очертила границы:
— Я здесь отдыхаю. С мамой и детьми. И не планирую обсуждать что-либо, связанное с тем, что осталось в России.
Надеясь, что намек понятен, я зашагала к выходу из ресторана. Возможно, с Дамианом я была резка, но мне и впрямь не хотелось сейчас расставаться с этим чудесным ощущением свободы и какой-то неземной эйфории.
Знаете такое чувство, которым наслаждаешься, и понимаешь, что когда оно исчезнет, его уже будет не ощутить, как ни старайся? Вот и сейчас мои эмоции от этого вечера таяли, и это меня злило.
— А я и не хотел тебе предлагать обсуждать то, что к этому месту не имеет отношения. Но поинтересовался бы: как тебе отель?
Я приподняла бровь, повернувшись к Разумовскому. Он просто искал повод меня остановить и продолжить общение. И как бы мне ни желалось просто уйти и отправиться отдыхать, я не стала сбегать, словно Золушка, платье которой вот-вот должно было превратиться в лохмотья.
Дамиан мог мне помочь в моем щепетильном деле, так что глупо было бы его отправлять куда подальше.
— Отель прекрасен, — кивнула я. — Ты остановился здесь же? Или в этом отеле по делам?
Разумовский улыбнулся и мне показалось, что он испытал нечто вроде облегчения.
— Да, я живу здесь, — ответил он. — На ближайшие пару дней занял один из номеров, а потом отправлюсь в Европу.
Между нами возникло молчание. Я не знала, что еще мне стоит сказать Дамиану. Вроде как пока беседовать нам было не о чем — не бросаться же в обсуждение того вечера, который до сих пор все еще был жив в памяти и оставил после себя множество вопросов?
— Надеюсь, мы завтра увидимся, Варя, — правильно истолковав тишину, что все больше приобретала осязаемые черты, проговорил Разумовский. — Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — тут же откликнулась я, и Дамиан, одарив меня еще одной улыбкой, ушел.
Я выдохнула, тоже не без облегчения, после чего отправилась к себе в номер.
Очень странная встреча, что и говорить…
— Девочки здесь просто уматываются! — не без восхищения в голосе проговорила мама, когда Аня и Маша (подумать только!) улеглись на дневной сон прямо на шезлонгах у бассейна.
Мы максимально укрыли близняшек от солнца — палящим оно не было, но мало ли что?
— Я надеялась, что мы успеем пообедать, — вздохнула в ответ.
Ранний подъем и три часа на море сделали свое дело — я успела адски проголодаться. И когда мы переместились к бассейну, где девочки еще успели искупаться и покататься на горках, желание отведать чудесных морепродуктов в ресторане а-ля карт стало невыносимым.
— Иди и пообедай! Я ведь съела с детьми по хот-догу, — проговорила мама. — Часа два у тебя точно есть. Насладись обедом, Варя.
Она уткнулась в книжку, которых с собой привезла аж половину чемодана. Электронные версии мама не признавала, бумага была для нее куда более предпочтительной.
Тем самым мама поставила точку в вопросе моего обеда в одиночку, и мне ничего не оставалось, как отправиться в ресторан.
Переодевшись в номере, я спустилась вниз и направилась к отдельно стоящему зданию. Гости отеля могли выбрать, где им обедать или ужинать. И я предпочла сегодня блюда из меню, которое, как мы успели изучить в сети, было особенно изысканным.
— Дамиан Маркович, вы забыли кое-какие бумаги! — донесся до меня голос, когда я вошла в ресторан, где меня встретила приветливая хостес.
Вторая девушка как раз передавала папку Разумовскому, что был одет с иголочки во что-то деловое.
— Спасибо, Маргарита, когда вечером приедут партнеры, хочу, чтобы все прошло по высшему классу.
Я так и замерла, игнорируя хостес, которая готова была проводить меня к столику. А когда мое присутствие заметил Дамиан, он подошел ближе и пошутил:
— Похоже, ты меня преследуешь!
Сопроводил слова смехом, не отреагировать на который было невозможно. Я тихо рассмеялась и проговорила в ответ:
— Готова летать за тобой по всему миру!
В ответ Дамиан обжег меня взглядом потемневших глаз и произнес:
— Осторожнее, а то я соглашусь! — И тут же перевел тему: — Ты пришла отобедать? Может, составишь мне компанию? У меня особая миссия на сегодня — нужно выбрать новые блюда для осеннего меню.
Я нахмурилась, пока Разумовский, не дождавшись моего ответа, взял меня под локоть и увлек в сторону столика, что стоял совершенно особенным образом. Будто бы вписывался в общую картину, но в то же время выбивался из нее своим отдельным расположением.
— Маргарита, нам бутылочку Шато о Брион, ну и то самое сифуд меню, о котором мы говорили с час назад. Надеюсь, Давид уже справился…
Эти слова могли бы показаться кому-то абракадаброй,
