это стать хозяйкой лавки, как Оксана из Васильевского села, которой я продал свой дом. Да и то, она свою лавку в наследство получила, а до этого ей владел ее отец. Ну или стать лекаркой, как моя мать, хотя это палка о двух концах, ведь лекарок не только уважают, но и боятся.
Похоже, сомнение слишком явно отразилось в моем взгляде и девушка его заметила. Она зло тряхнула своими короткими волосами и проговорила:
– Да, так и есть. Я капитан отряда, мы часто работаем на Григория. И мы лучшие, поэтому он мне доверяет. Вот и рассказал, кто ты такой, когда отправлял меня к тебе.
– А как так получилось-то? – спросил я, наклонился через стол, взял кувшин и разлил по стаканам квас. Отпил немного и продолжил. – Не то чтобы это имело отношение к делу, мне просто интересно. Как смогла девушка стать капитаном отряда наемников? Как она вообще смогла стать воином.
– Долго рассказывать, – мотнула головой Анастасия.
– А ты куда-то торопишься? – притворно удивился я.
– Догонять основной отряд, который ушёл к Херсону, – ответила девушка. – Мы немного припозднились, решали… Одну проблему. В Польше. Вот и не успели отправиться со всеми. Григорий сказал, что в городе есть ещё один отряд, что у вас есть лишние лошади, и вы можете взять нас с собой, чтобы мы успели догнать всех.
– Лишних лошадей у нас нет, – покачал я головой. – Если ты убедишь меня взять вас с собой, то мы, может быть, посадим вас на заводных. Только вы вообще как верхом-то? Умеете? Не боком, а по-нормальному.
– Да уж не хуже тебя, – снова фыркнула Анастасия. – Что, думаешь, если мы женщины, то не умеем ездить верхом?
– Я спрашиваю не потому что ты женщина, а потому что местные наемники предпочитают ходить пешком, – ответил я и выпил еще немного квасу. – Угощайся, кстати говоря, это квас. Холодный, из погреба.
– Терпеть не могу эту дрянь, – ответила девушка. – Как его вообще можно пить? У тебя нет вина? Ты же из Молдавии приехал, неужели не прихватил с собой?
– Нет, вина к сожалению нет, мы уже все выпили, – покачал я головой.
Ну ничего, раз она не будет кваса, то мне больше достанется. Я залпом допил остатки в своем стакане и снова наполнил его из кувшина.
И только тогда до меня дошло. Она сказала, что они женщины. Так это, получается, у нее отряд состоит полностью из женщин? Нет, в это я поверить готов гораздо больше, чем в то, что у нее под началом ходят мужчины. Но целый отряд женщин наемниц? Такое нечасто встретишь.
Я все-таки решил рискнуть и спросить.
– И что, у тебя в отряде одни женщины?
– Да, – кивнула Анастасия. – А что, тебя это удивляет?
– И сколько вас? – проигнорировал я вопрос. – Сколько народа у тебя в отряде? У нас вообще лошадей хватит?
– Пятнадцать человек, – ответила она. – Григорий говорил, что у тебя почти девяносто лошадей, а народа при этом меньше полусотни.
– Так оно и есть, – кивнул я. – Ну а торопиться нет смысла, я распустил своих отдыхать, мы ведь с заставы приехали. И раньше чем послезавтра мы все равно в путь не отправимся, у нас ещё в городе дела есть.
– И не боишься опоздать? – спросила она.
– Чего бояться-то? – усмехнулся я. – Что, думаешь за пару дней без нас Херсон возьмут. Нет, это дело долгое и трудное будет, пара дней ничего не решит точно. Да и нагоним мы остальных, мы ведь верхами будем, а они пешком идут. Так что ты можешь рассказать, как так вообще получилось, что ты собрала отряд наемниц, который состоит исключительно из женщин. Ну и как сама до жизни такой докатилась, конечно.
– А ты настойчивый, – проговорила Анастасия. – Хорошо, расскажу. Давай сюда квас свой, раз ничего приличного у тебя все равно нет.
Стакан был уже наполнен, и я только пододвинул его к девушке. Она взяла, отпила, облизнула губы, склонила голову и посмотрела на меня долгим взглядом.
– Что? – спросил я. – Когда я к Григорию ходил, он меня тоже квасом потчевал. Хотя я пивко больше предпочитаю, если уж честно.
– Когда я к Григорию прихожу, он для меня рейнское вино наливает, – ответила девушка. – Он же и тебе вино предлагал, насколько я знаю, но ты отказался. Вот и будешь теперь до конца жизни квас пить.
Я попытался вспомнить, когда это Григорий предлагал мне выпить с ним вина. Вспомнил, да, действительно, было такое, когда я пришел к нему подписывать договор с дикого перепоя. Мы тогда надрались вместе с Николаем, боярином Лукой и его сыном. Весь вечер пили молдавское вино, потом вроде бы запивали его пивом. И на утро мысль о любом алкоголе вызывала у меня непреодолимую тошноту. Вот я и отказался пить. Ну надо же, Григорий это запомнил, да еще и Анастасии рассказал.
– Много же ты обо мне знаешь, – покачал я головой. – А о себе все рассказать не хочешь. А мне вот жуть как хочется узнать, как так вообще вышло, что ты вместо того чтобы замуж выйти, детей растить, да за домом смотреть, ватагу из таких же баб собрала, да наемничаешь.
– Ты поаккуратнее, за бабу я могу и мужество твое укоротить, – совершенно спокойно ответила девушка, выпила ещё квасу и продолжила. – Но, раз обещала рассказать, то расскажу. Родилась я в Польше, в семье небогатого шляхтича.
– Tak było?? – спросил я на польском. – Nie kłamiesz?1
– Nie będę cię okłamywał. Ale jeśli ciągle będziesz mnie przerywał, to nie będę mógł nic powiedzieć2.
– Понял, понял, – примирительным жестом поднял я перед собой руки.
– Польский у тебя отвратительный, – поморщилась девушка. – Сразу видно, что тот, кто тебя учил с настоящим поляком и не говорил ни разу.
– Ну, ты ведь поняла, что я сказал.
– Ага, а тебе проверить захотелось, не вру ли я. Нет, польский я знаю, на этом меня не поймаешь. Так что так оно и было, родилась я в Польше, в семье небогатого шляхтича. И так уж получилось, что дочерью я у него была поздней, а ребенком так вообще единственным. И сколько они с матушкой не старались бы, ни братиков, ни сестер они мне сделать не смогли. Поэтому отец решил научить меня военному делу. Не знаю почему ему такая блажь в голову взбрела, но сколько времени ему осталось жить, столько он на это и отвел. Мечом меня работать учил, копьем биться, на коня сажал. Так оно и вышло, что я я ему как бы
