студента.
Его.
При свете дня он выглядел еще более красивым чем я его помнила. Ну если это конечно возможно. В Корее таких называют айдолами и за ними бегают толпы фанаток. У азиатов культ красивых лиц. Скульптурный черты лица вкупе с восточной загадочностью — взрывной коктейль. А про его фигуру я уже упоминала. Макс дружески похлопал его по плечу. И как я сразу не догадалась? Если он дружит с Романом, то сто процентов знаком и со Стрижаевым. Если бы я не была так уверена, что знакомство их весьма непродолжительное, то подумала бы, что это изощренная месть замстаросты мне. Но прорваться на бюджет нашей специальности в этом году было сложновато. Не думаю, что моя персона стоит таких жертв.
— Смотри-смотри, как Леська напряглась — прыснула Марта. — Кажись нашему красавчику замену примеряют.
Наша «Памела Андерсон» и впрямь выпрямила спину и томно вздохнула, пуговицы на голубой блузке жалобно скрипнули нитками, но с честью выдержали испытание. Или ее спасло то, что несколько штук были расстегнуты, демонстрируя миру ее богатство.
Марта зажала рот, чтобы не рассмеяться на всю аудиторию с моих ехидных комментариев, а потом громким шепотом поинтересовалась, что конкретно я имею ввиду: золотой кулончик или то, на чем он лежит?
— Конечно золото, — не долго думая, выбрала я. — Те достопримечательности так часто бывают на виду, что их ценность стремительно падает.
И почему я язык не прикусила? Глядишь, и не заметил бы….
Джин Хо направился в мою сторону, не сводя с меня глаз. Желудок жалобно заурчал и затих. Я не могла отвести глаз от него, как кролик перед удавом. Казалось весь мир сосредоточился в его темных глазах.
Но увидеть обиженное удивление в глазах Леськи, когда он прошел мимо, я все-таки успела.
Сначала зачесался нос, а потом срочно захотелось в дамскую комнату. На часик. Но пошевелиться сил не было. Вдруг, если я прикинусь мертвой, он мимо пройдет? Вон свободных мест сколько! Чего сразу сюда-то?!
Джин Хо поравнялся со мной и я затосковала.
Рюкзак шлепнулся на стул…
Позади меня.
Наверно я все это время не дышала потому, что когда вздохнула в легких закололо. И тут же ойкнула — Марта больно ущипнула меня, сделав страшные глаза.
Только на паре я поняла, что зря радовалась. Чувствовать его взгляд в спину и слышать его дыхание было еще хуже, чем если бы он сидел рядом. Невидимый, но четко ощущаемый, он так прочно поселился в моей голове, что я видела его лицо на страницах тетради. Мысли путались, а уши горели. Когда я украдкой скосила глаза, якобы спрашивая что-то у Марты, то увидела, что Джин Хо смотрит на преподавателя, слушая лекцию. Спокойствие вернулось… но ненадолго. Стоило отвернуться, как чувство, что мне смотрят в затылок снова появилось. Я сломала карандаш и так громко закрыла книгу, что гул по всему ряду пошел. Во всяком случае, так показалось перепуганной мне. Но никто не обернулся.
Ма Ри нервничала и вместе с тем трудно было просчитать ее, меня всегда поражало в ней это свойство: она умела быть закрытой, оставаясь полностью на виду. У нее очень подвижное лицо, на котором постоянно отражаются какие-то эмоции. Вот и сейчас она на секунду отвлеклась на формулы и лоб озабоченно наморщился — это ее слабое место, гуманитарий до мозга костей, она терпеть их не может. Но тут же вспомнила обо мне и повернулась к Марте, чтобы незаметно, как ей кажется, посмотреть на меня. Я еле успел отвернуться. Настороженность, недоверчивость и наконец облегчение. Расслабилась малышка? О чем же ты думаешь? Многие, кто ее знает, считают, что Ма Ри так проста, что даже не умеет лгать. Ох как они ошибаются… Умеет. Еще как умеет. Просто делает это крайне редко и только, когда ей не оставляют другого выхода. При любой попытке насильно нарушить ее личное пространство, если она не желает идти с вами на контакт, просыпается ее личная интриганка. Которая, как лиса уводит прочь от нее любопытных. Они уверены, что получили все, за чем пришли, а на деле их руки пусты так же, как и головы. Одурачены ее невинно-беззащитным видом. Но я получу ответы на все вопросы. Просто надо много терпения. Или зря я это все начинаю? Может оставить все как есть? Мы могли не встретиться в этом городе и тогда все решилось бы само собой.
Упс… ее бешеная подружка кажется засекла меня, когда я увлекся размышлениями и перестал скрываться. Она очень громогласная и агрессивная. Кому-то может нравиться такой тип женщины, но не мне. У нее правильные черты лица, огромные голубые глаза и длинные натуральные светлые волосы. Картинка, а не девочка. Но эта красота холодная и не греет. Сегодня она надела вещи Ма Ри, что меня почему-то раздражает. Она чужая им. Ей пойдут короткие юбки со шпильками и яркий дерзкий макияж. Сейчас она смотрит на меня глазами голодного волка.
Хэх, кто надоумил Ромку, что она может стать прекрасной принцессой? Да это же драконица в чистом виде, стерегущая маленького дракончика. Представив их в этих образах, я чуть не рассмеялся. Вовремя спохватился. Но моя улыбка взбесила Марту еще больше. Впрочем, наплевать.
Когда я после пар зашел в театр, Ромка на сцене вкручивал лампочку, стоя на стремянке.
— О, Дин, будь другом сходи за водой. С утра, как енот в колесе.
— Белка. — машинально поправил.
— Э-э-э, нет, во-первых, белка — это девочка, а, во-вторых, приходит после других событий.
— Видал я сегодня ее приятельниц. — хмыкнул. — Травмировали Макса до самого чувства прекрасного.
— Да, и если по пути их встретишь, поторопи. А то массовка уже давно заряжена, а я все никак главный состав в кучу не соберу.
Не собирался я их искать, но неожиданно столкнулся на крыльце. Да еще как.
У Виктора наверно вошло в привычку подкарауливать меня возле универа. Хорошо хоть без цветов пришел, а то наша Леська-Несмеяна дырку от зависти в оконном стекле глазами протрет. После того, как даже новичок бортанул ее откровенный призыв, она совсем скисла. Мне ее даже жаль стало. Хотя лучше бы она выводы сделала. Мужчины не очень любят, когда на них охотятся. При ее-то внешности чуть-чуть хитрости и Стрижаев с руки бы у нее ел. А так его похоже больше интересует та брюнетка из деканата. Поговаривают, что она замужем, но Макса это только раззадоривает. Замужних в его коллекции еще не было. Как и битой разгневанным мужем рожи.
Марта пихнула
