Лицо удлинённое, аристократичное, с высокими скулами и тонкими, почти бескровными губами. Волосы — тёмные, с проседью, уложенные с безупречной точностью. Но главное — глаза. Холодные, светло-серые, как ледяная крошка. Они ничего не выражали. Ни ума, ни глупости, ни добра, ни зла. Абсолютно ничего. Просто два сканера, быстро и безэмоционально считавшие информацию с меня, как некоторым временем ранее я пытался считать с кабинета. В нем чувствовался внутренний стержень и сила. Впервые за долгое время я почувствовал в нем равного себе.
Он прошёл за стол, не глядя на меня, положил перед собой папку.
— Алмазов Демид. Переведён из общего отдела за выдающиеся результаты, — его голос был ровным, тихим, металлическим. Без тембра, без эмоций. Как голос синтезатора.
И в этот момент меня ударило, как обухом по голове. Этот голос. Этот абсолютно уникальный, безжизненный тембр. Я слышал его тогда, в подземелье, когда Кайзеру отдавали приказы. Он был одним из тех троих в капюшонах. Не главным. Тем, кто стоял чуть поодаль и молча наблюдал, только иногда выражая свое мнение. Но он был там. Он видел всё. Он один из тех ублюдков, что устроили заговор против Ордена Ассасинов.
Кровь ударила в виски. Всё внутри застыло и натянулось, как струна. Я сидел, не двигаясь, выдавливая из себя маску почтительного внимания. Хотелось в этот же момент встать и выбить из него все дерьмо, а после воткнуть мой нож глубоко ему в горло. Но не сейчас. Сейчас мне нужно узнат, как можно больше информации.
Он поднял на меня свои ледяные глаза.
— Я — Козин Михаил Геннадьевич. Руковожу этим отделом. Здесь нет места инициативе. Нет места амбициям. Есть только задача и её выполнение. Вы не будете знать общую картину. Вы будете получать фрагменты заданий и выполнять их. Без вопросов. Без обсуждений. Это надеюсь Понятно?
— Так точно, Михаил Геннадьевич, — я кивнул, точно зная, что мой голос не дрогнет.
— Ваша прошлая эффективность здесь не имеет никакого значения. Здесь ценятся точность и отсутствие ошибок. Один провал — и вас не станет. Не в моём отделе и даже не в министерстве внутренних дел магии. Вообще. — Он сделал паузу, давая словам висеть в воздухе. — Вам выделено рабочее место и терминал. Ваша задача на сегодня — изучить интерфейс системы и пройти тест на безопасность. Вы не будете иметь доступа к данным до тех пор, пока не покажете идеальный результат.
Он отодвинул папку с моим личным делом в сторону:
— Вопросы есть? Все понятно?
Вопросов миллион. Ты кто? Ты был там? Где остальные? Кто главный? За что вы убили их?
— Никак нет вопрсов — сказал я.
— Отлично. Ассистент проводит вас. — Он снова уткнулся в экран своего магбука, вычеркнув меня из своего пространства.
Меня отвели на моё место — такой же безликий кубикл в ряду таких же. Поставили передо мной магбук. Я включил его. На экране загорелся сложнейший интерфейс с кучей иконок, о назначении которых я мог только догадываться. И начался тест. Бесконечные вопросы на логику, на знание магических законов, на проверку лояльности. Я кликал на ответы, чувствуя, как на меня давит вся эта тихая, безэмоциональная машина под названием «специальный отдел».
Я сидел и тупо смотрел в монитор. Мысли бушевали. Он здесь. Один из них. Я в самом сердце зверя. Они даже не подозревают, кто к ним пришёл. Но на поверхности — абсолютное спокойствие. Лицо — маска послушного новичка, который кликает на клавиши делая вид, что ему безумна интересна эта хрень на экране.
Так и прошёл мой первый день. Без выстрелов, без погонь. Просто я и монитор. И тихая, ледяная ярость внутри, по тому что тот кого я искал был буквально за стенкой, но я пока не мог действовать! Мне нужно было изучить все получше изнутри и только после этого нанести свой стремительный удар в самое сердце противника!
* * *
Вечером, по уже сложившейся традиции, я зашёл в наш бар. Грохот музыки, смех, живая жизнь — после того склепа, в котором я был весь день, это было как глоток свежего воздуха. Лия, сияющая, что-то кричала барменам, увидев меня, махнула рукой и улыбнулась. Я отгородился ото всех в дальнем углу, заказал себе медовухи. Два бокала. Пил медленно, ощущая, как сладковатый хмель размораживает оцепенение дня. По факту это был лучший момент за сегодня. Понимал, что завтра мне представит возможно такой же день, где я буду тупо сидеть за мониторам и кликать на клавиатуру своего магбука. Никогда бы не подумал, что ловля всяких мелких мошенников окажется для меня по итогу таким кайфовым занятием в сравнении с первым рабочим днем в секретном отделе.
После того, как мои бокалы опустели, я отправился домой. Квартира встретила меня тишиной и пустотой. Но теперь она не казалась такой одинокой, в ней остался запах от Алининых духов, а ещё она забыла тут свою расческу. Интересно, случайно это или один из намеков на совместную жизнь…
Глава 7
Следующий день на работе в специальном отделе начался далеко не с кофе, а с ледяного душа из скуки и серой реальности. Едва я переступил порог своего стерильного кубикла, на экране магбука всплыло уведомление без эмоционального заголовка, лишь код: «Операция „Зеркало“. Задание № 1. Немедленно явиться в зал сборов № 3».
В зале сборов царила та же мертвенная тишина, что и везде на этом этаже, в каждом его уголке. Не было ни лихорадочной суеты, ни вдохновляющих речей командира, что были со мной рядом, когда я работал в своем прошлом отделе в министерстве внутренних дел магии. Стояло несколько человек в точности такой же, как у меня, форме гвардейца повышенного класса — чёрной, с серебряными шевронами на наших плечах. Их лица были каменными масками. Ни любопытства, ни волнения. Лишь ожидание команды и готовность к дальнейшему и безукоризненному исполнению.
В центре зала на столе горела голограмма — трёхмерная схема роскошного особняка где-то в престижном частном комплексе в пригороде я Санкт-Петербурга. Рядом висел портрет неизвестного мне мужчины лет шестидесяти с умными, но усталыми глазами, в очках и с седой бородкой. Маг-теоретик высокого класса, Аркадий Валерьянович Строганов. Специализация — пространственные манипуляции. Никаких связей с теневыми синдикатами, чистая репутация. По крайней мере до вчерашнего дня.
Вошел начальник Козин. Его появление не потребовало ни зова, ни команды «смирно». Просто тишина стала
