Петровки можно только с письменного разрешения особиста. М-да… Ну будем надеяться на лучшее, всё же меня пригласили в экспедицию, а не просто вызвали на “беседу”.
— Вы пунктуальны, Леонид Викторович, — за столом сидел уже знакомый мне по прошлому разу “курьер”. — Предлагаю познакомиться снова, я ваш куратор.
— Что-то вроде надсмотрщика? — удивлённо моргнув, ляпнул явную глупость, уж больно неожиданная встреча.
— Можете называть, как угодно, — отмахнулся от меня хозяин кабинета, — суть от этого не поменяется. Поймите правильно, мы не оставляем без присмотра граждан, способных по незнанию или глупости навредить безопасности страны.
— Значит, я по глупости могу это сделать? — немного ошарашенно переспросил, прокручивая в голове все мои поиски и экспедиции.
Нет, мы ни разу ничего не нашли, стопроцентных доказательств нет. А мои околонаучные статьи не могли навредить.
— По незнанию, — с кривой улыбкой ответили мне и предложили сесть на стул для посетителей, вроде бы и мягкий, но оказавшийся довольно неудобным на самом деле. — Вы умный человек, ваши работы чёткие и обоснованные. Были бы вы ловцом скандальной славы, — мужчина, который так и не представился, усмехнулся, — и поверьте, вас бы тут не было. Но вы дотошный в своих исследованиях, поэтому за вами нужен глаз да глаз…
Подписав кучу бумаг о неразглашении и правилах поведения, не увидел в них ничего нового. Как и в прошлый раз, нас будут сопровождать военные и, конечно, отходить от них мы не должны ради нашей же безопасности. Но имелся и новый пункт, в котором говорилось, что основной инструктаж мы получим на месте. Впрочем, и он не вызывал недоумение. Не знаю, как остальные члены экспедиции, а я никогда не бывал на просторах Антарктиды, да и на Северном полюсе не был. Встреча закончилась довольно быстро, в смешанных чувствах покинул не очень гостеприимную организацию, выходя на улицу и вдыхая загазованный воздух, словно чистейший эликсир. Удивительно как на человека действует одно название организации, оказывается, я всё-таки нервничал.
Завернув в сад “Эрмитаж”, остановился на тропинке, обдумывая и переживая весь разговор заново. Теперь мои исследования и публикации виделись немного в ином свете. Я и раньше подходил к экспедициям и расследованиям довольно серьёзно, теперь же решил, что придётся перепроверять трижды все полученные данные, прежде чем давать им огласку.
От ожиданий быстрой экспедиции пришлось отказаться, подготовка затянулась на несколько месяцев. Но ничего в жизни не длится вечно. Первого апреля грузовой самолёт вылетел с военного аэродрома, унося нас к снежному континенту и неизвестности.
Ожидание, предвкушение и лёгкая нервозность, боролись с неприятными воспоминаниями. Надюша одна знала, куда я направляюсь, старшим дочерям подробности поездки не сообщал. Да они и не спрашивали, их интересовали только дорогие подарки. Повзрослев, дочери стали всё больше походить на мать не только внешностью, но и характером, особенно Снежа. Хм, наверное, было глупо надеяться, что девочки вырастут с иными ценностями в жизни, ведь пытался дать им всё самое лучшее. Перестарался! Как ни печально, но факт.
— Надюша, а тебе что привезти?
— Перо Феникса, — не задумываясь, ответила она, и сама себе удивилась, это легко читалось на её озадаченной мордашке. — Ну… — замялась дочь, когда сёстры начали смеяться, — ты же его так и не привёз…
Что за навязчивая идея, не пойму? Думал, это шутка в пику сёстрам, но теперь уже начал сомневаться. Придётся поискать, может, в ювелирке есть нечто подобное? Надо будет поспрашивать…
Мысли с семейства плавно перетекли к экспедиции. При посадке нас оказалось неожиданно много, пятнадцать человек. С некоторыми я уже был знаком по прошлой вылазке на Алтай, с остальными пришлось знакомиться. Вообще до сих пор неловко себя ощущаю среди именитых учёных.
— О чём так глубоко задумался? — отвлёк от раздумий сосед.
— Да вот всё не пойму, ну ладно биолог, а зоолог-то зачем на полюсе? Ещё и в нашей экспедиции? — не смог удержаться от любопытства. — Неужели у нас будет не одна задача?
— Думаю, на то есть причины, — задумчиво хмурясь, ответил он и неожиданно продолжил: — Не для чужих ушей, но раз ты с нами, то бумаги подписал, — стрельнув в мою сторону задумчивым взглядом, вздохнул и начал рассказ, который я совсем не ожидал услышать. — В восемнадцать я, получив повестку, решил отслужить, не спрашивай зачем, так сложились обстоятельства. Так вот, распределение получил на Север, куда именно в известность не поставили. Дорога до места службы была долгой, да и в конце пути нас набралось всего пятнадцать человек. Могу сказать, никто из нас не испытывал радости, пока добирались до пункта назначения на собачьих упряжках. А когда увидели развалюху, то совсем приуныли. Жить в условиях вечного холода в хибаре, то ещё удовольствие, — хмыкнул мужчина, явно вспоминая свои эмоции, и я его понимал. — Но всё оказалось не так-то просто. В здании никто не жил, это было прикрытием для грузового лифта, ведущего вглубь вечной мерзлоты. Помню свою растерянность и непонимание происходящего, а когда мы достигли наконец точки назначения, не поверил своим глазам, — прикрыв глаза, собеседник сглотнул, будто до сих пор переживал потрясение. — Там был лес, своя замкнутая экосистема с привычным микроклиматом, небом, облаками и солнцем. Военная часть располагалась именно там. Прослужив два года, я так и не понял, где я? Ведь подобное невозможно, будто шагая в лифт, я вышел в другом измерении или на другой планете.
Он хмыкнул, переживая заново те эмоции, обдумывая происходящее, но быстро откинул их и, посмотрев на удивлённого и озадаченного меня, с улыбкой добавил:
— Думаю, ты понимаешь, почему я, вернувшись из армии, поступил в исследовательский институт. А с чем столкнёмся мы, нет смысла гадать, на месте разберёмся.
Кивнув, погрузился в раздумья. Как же много непознанного в нашем, вроде бы, изученном мире. Удивительно, какие тайны хранятся в архивах гос. безопасности и недоступны простому обывателю. Даже как-то стало понятно людей, кто верит в глобальный заговор верхушки власти.
Глава 7
Глава 7
Купцов Леонид Викторович…
Самолёт с рёвом моторов тяжело оторвался от ледяной взлётной полосы, оставляя нас с вооружёнными военными и ожидающими нас вездеходами. Складывалось какое-то двоякое чувство радости, от того, что я уже прилетел туда, куда рвался и в то же время недоумевал, от кого нас так серьёзно охраняют. В армии побывать не довелось, но разным оружием пользоваться умел, поэтому
