Прибыл разведчик в часть. Видят его солдаты. Не сразу поймут, в чем дело.
– Глянь, глянь – Евстегнюк за губу волочит фашиста!
И верно, издали кажется, что разведчик ведет за губу солдата. Узнав, в чем дело, смеялись до слёз солдаты:
– Евстегнюк карася поймал!
– Сом на крючок попался!
Пытались солдаты челюсти разжать у фашиста. Старались и так и этак.
– Щипом, щекоткой его возьми!
– Штыком надави!
– Дерни за нос, за ухо!
Бьются солдаты. Не растянут упрямые челюсти. Хоть волоки домкрат.
Стоит Евстегнюк под обстрелом смешков солдатских. Ситуация – глупее не может быть. Рука с зажатым пальцем, как назло, у солдата правая. И честь не отдашь начальству. А вдруг как тревога! А вдруг как бой! Будь ты проклят, «язык» фашистский!
Кончилось тем, что повели к врачам в медсанбат солдата. Тут и разжали фашисту пасть.
Довольны солдаты:
– Ура! Разжали!
Нашелся один смекалистый:
– Не это важно. Не это. Занеслись на Москву фашисты. Вот какую разжали пасть!
«Какой род войск сражается?»
Наступают советские войска. Бьют фашистов с востока, с севера, с юга. Несокрушимо идут вперед.
Приехал как-то командующий Западным фронтом генерал армии Жуков вместе со штабными офицерами к переднему краю боя. Смотрит, как наступают войска, любуется.
– Молодцы, молодцы! – приговаривает.
Смотрел-смотрел и вдруг к офицерам, стоявшим рядом:
– Какой род войск сражается?
В это время с криком «ура!» как раз устремилась вперед пехота.
– Пехота, – ответили офицеры, – товарищ командующий. Пехота – матушка полей.
– Верно, верно, пехота, – соглашается Жуков.
Постоял-постоял и снова:
– Так какой же род войск дерется?
Переглянулись офицеры. Разве неверно они ответили?
В это время как раз усилила огонь артиллерия. Хорошо, отлично стреляют советские пушкари. Нет фашистам от них пощады. А вот и «катюши» послали залп. Метнули металл и пламя. Сровняли с землей фашистов.
Повернулся Жуков к офицерам, ждет, что ответят ему.
– Артиллерия, товарищ командующий! – сказали офицеры. – Артиллерия – бог войны.
– Верно, верно, артиллерия, – соглашается Жуков.
Продолжает следить за боем.
– Эх, молодцы, эх, молодцы! – И снова к офицерам с тем же вопросом: – Так какой же род войск дерется?
Пожали офицеры плечами. Как же понять командующего? Разве ошиблись они в ответе? Видят офицеры – ждет генерал ответа.
Загрохотали в это время советские танки. Железным потоком пошли вперед.
– Танки, товарищ командующий! Танки! – ответили офицеры.
– Верно, танки, – соглашается Жуков. – Орлы, молодцы танкисты!
Любуется сокрушительным натиском генерал. Постоял-постоял и снова:
– Так какие войска сражаются?
Стоят офицеры в недоумении. Притихли, не рвутся вперед с ответом.
В это время как раз начали атаку советские самолеты. Ухнули молотом бомбы. Земля устремилась к небу.
– Ну, ну? – ожидает ответа Жуков.
– Авиация, – кто-то сказал несмело. – Авиация, товарищ командующий. Наши воздушные соколы.
– Верно, – соглашается Жуков. – Слава советским соколам. – Наклонился к своим офицерам и тихо: – Так какой же род войск дерется?
Сбились с толку совсем офицеры. Не знают, что и ответить.
Выждал минуту Жуков. Показал рукой на штурмующих.
– Непобедимый, – сказал, улыбаясь, Жуков.
Победным шагом идут войска. Давят они фашистов.
11 тысяч населенных пунктов освободили советские войска в боях под Москвой. Разгромили 38 фашистских дивизий.
Во всей Европе не было силы, которая могла бы нанести поражение гитлеровцам. И вот оказалась такая сила – наши солдаты. На 100, а во многих местах и на 250 километров отогнали от Москвы наши войска захватчиков. Великая битва под Москвой закончилась сокрушительным разгромом фашистов.
Стоит Жуков, смотрит, как наступают войска. Любуется.
– Так какой же род войск сражается? – переспросил командующий у офицеров.
– Непобедимый! – ответили дружно ему офицеры.
Рассказы о великом сражении на берегах Волги
«Ни шагу назад!»
Третий месяц идут упорные, кровопролитные бои на юге. Горит степь. Сквозь огонь и дым фашисты рвутся к Сталинграду, к Волге.
Шло сражение на подступах к Сталинграду. Шестнадцать солдат-гвардейцев вступили в неравный бой.
– Ни шагу назад! – поклялись герои.
Бросились фашисты в атаку. Удержали рубеж гвардейцы. Перевязали друг другу раны, снова готовы к бою.
Второй раз в атаку идут фашисты. Их больше теперь, и огонь сильнее. Стойко стоят гвардейцы. Удержали опять рубеж. Перевязали друг другу раны. Снова готовы к бою.
Четыре атаки отбили солдаты.
Не взяла смельчаков пехота, поползли на героев фашистские танки.
С танками бой – жесточайший бой.
Вот из шестнадцати двенадцать бойцов осталось.
– Ни шагу назад!
Вот десять, вот девять.
– Ни шагу назад!
Вот восемь, вот семь.
Запомните их фамилии: Кочетков, Докучаев, Гущин, Бурдов, Степаненко, Чирков, Шуктомов.
А танки ползут и ползут. Нет у солдат ни пушек, ни противотанковых ружей, ни минометов. Кончились даже патроны.
Бьются солдаты. Ни шагу назад! А танки все ближе и ближе.
Остались у героев одни гранаты. По три на солдата.
Посмотрел Докучаев на танки, на боевых друзей, на свои три гранаты. Посмотрел. Снял с гимнастерки ремень. Ремнем затянул гранаты. На руке почему-то взвесил. Посмотрел еще раз на Гущина, Бурдова – они были его соседями по окопу. Улыбнулся друзьям Докучаев. И вдруг поднялся солдат из окопа.
– За Родину! – крикнул герой. Бросился вперед навстречу врагу. Прижал покрепче к груди гранаты. Рванулся под первый танк.
Вздрогнула степь от взрыва. Качнулись опаленные боем травы. Замер, вспыхнул фашистский танк.
Переглянулись Гущин и Бурдов. Храбрость рождает храбрость. Подвиг рождает подвиг. Поднялся Гущин. Поднялся Бурдов. Связки гранат в руках.
– Нас не возьмешь! – прокричали солдаты.
Рванулись вперед герои. Два взрыва качнули землю. А танки идут и идут.
Поднялись тогда Кочетков, Степаненко, Чирков, Шуктомов.
– Свобода дороже жизни!
Вот они четверо – на огненном рубеже. Навстречу фашистским танкам идут герои.
– Смерть фашистам! Захватчикам смерть!
Смотрят фашисты. Люди идут под танки. Взрыв. Еще взрыв. Снова и снова взрыв. Страх охватил фашистов. Попятились танки, развернулись, поспешно ушли отсюда.
Отгремели бои пожаром. Время бежит, как ветер. Годы текут, как реки. Но память хранит былое. Посмотрите туда, на поле. Как утесы, как скалы, стоят герои. Бессмертен их славный подвиг. Запомните их фамилии: Кочетков, Докучаев, Гущин, Бурдов, Степаненко, Чирков, Шуктомов.
Тридцать три богатыря
Их было тридцать три. Как в сказке. Тридцать три богатыря. Тридцать три отважных советских солдата. Западнее Сталинграда защищали бойцы важную высоту. Не смогли здесь фашисты вперед прорваться. Обошли высоту фашисты. Попали бойцы в окружение.
Не дрогнули смельчаки, 27 танков подбили в бою герои. Уничтожили 150 фашистов.
Кончились боеприпасы. Прорвались солдаты сквозь окружение. Вернулись к своим войскам. Все оказались целы, все невредимы. Лишь один рядовой Жезлов неопасно осколком ранен.
Обступили солдаты героев. Интересно узнать подробности. Вот стоит Семен Калита. Отличился в бою Калита. Первым уничтожил фашистский танк.
– А ну, расскажи, расскажи про геройство, – атаковали его солдаты.
Засмущался Семен Калита:
– Да я… Да что я… Вот Иван Тимофеев. Вот это да. Вот это герой.
И это верно – рядовой Иван Тимофеев уничтожил два неприятельских танка.
Повернулись солдаты к Ивану Тимофееву:
– А ну, расскажи, расскажи про геройство.
Засмущался Иван Тимофеев:
– Да я… Да что я… Вот Владимир Пасхальный – вот кто герой. Вот кто лучше других сражался.
И верно. Младший сержант Владимир Пасхальный три фашистских танка вывел из строя. Вот кто герой, конечно.
Не отпускают солдаты Пасхального:
– Ну, ну, расскажи про подвиг.
Засмущался Владимир Пасхальный:
– Да я… Да что я… Вот товарищ младший политрук Евтифеев – вот кто из героев герой настоящий.
И верно. Младший политрук Евтифеев подбил четыре фашистских танка.
Поражаются солдаты:
– Вот это да!
– Вот так стрелок!
– Провел, выходит, среди фашистов политбеседу!
Окружили солдаты политрука:
– Товарищ Евтифеев, расскажи про геройство.
Усмехнулся Евтифеев, начал рассказывать.
Рассказал о героях: о младшем сержанте Михаиле Мингалеве, о солдате Николае Власкине, о старшине Дмитрии Пуказове и о других бойцах.
– Про себя, про себя! – закричали солдаты.
Засмущался Евтифеев.
– Да я… – Глянул вокруг, увидел Семена Калиту, того, кто первым подбил неприятельский танк. – Вот пусть вам Семен Калита про себя расскажет. Он всему положил начало.
