Бомонт Тилсон стоял к ней спиной, отбросив капюшон дождевика, оглядываясь по сторонам. Он с отвращением рассматривал убогую комнатку с продавленным диваном, потертым линолеумом на полу, накрытый для ужина стол.
Когда он поднял голову, чтобы взглянуть на Рейчел, она заметила, что его выгоревшие на солнце волосы влажны от дождя. Широко раскрыв глаза, она смотрела, как он расстегивает металлические пряжки Дождевика и откидывает его назад, чтобы упереться Руками в бедра. Трикотажная рубашка плотно обтягивала мускулистую грудь, потертые джинсы облегали стройные ноги и бедра, как вторая кожа. От носа к уголкам рта пролегали морщины, свидетельствовавшие об усталости, а глаза были полуприкрыты тяжелыми веками. Тем не менее Бомонт Тилсон был красив все той же вызывающей, неправдоподобной красотой, что и в дорогом деловом костюме в конторе юриста этим утром.
– Что вам нужно? – воскликнула Рейчел. Инстинктивно она попятилась от него, обеими руками сжав ворот халата у горла.
– Что? – с недоумением переспросил он. – Что мне нужно? – Взгляд золотистых глаз медленно окинул ее, спускаясь от ворота халата к босым ногам и возвращаясь обратно. – Я говорил с вами, и мы не кончили разговаривать. Ведь вы кинулись в свою чертову машину и умчались, помните?
Рейчел чувствовала, что дрожит, и негодовала на себя за это. Она отвела взгляд от жесткой, чувственной линии губ Бо Тилсона, ощущая унижение от того, что магнетизм этого человека действует на нее, как взгляд кобры на кролика. Унижение усиливалось тем, что он знал, какое действие производит на нее.
Рейчел хотелось подойти к входной двери, распахнуть ее настежь и приказать ему убраться, но она не могла сделать этого. Разве не она только что говорила Тилу Коффи и Джиму Клакстону, что кооператив не может наживать себе врага в лице Бо Тилсона? Как могла непринужденно, Рейчел обошла обеденный стол, чтобы он оказался между ними. Она еше крепче сжала руки на вороте халата.
– Я н-не могу разговаривать с вами сейчас. – Она чуть заикалась и не могла ничего поделать с собой. – Не в это время, не в своем доме и не одна. ВЫ должны уйти. Кроме того, – добавила она поспешно, – я обещала Пембруку Скривену, что не стану вмешиваться в то, как он занимается этим делом.
– Я на минутку присяду. – Он сердитым взглядом окинул диван, заваленный книгами. – Если найду где.
– Нет, не садитесь, – воскликнула Рейчел, – вы не можете оставаться здесь! Я… у меня много дел. Я… я должна высушить волосы.
Взгляд Бо задержался на ее макушке.
– Я подожду.
Она увидела, как он сбрасывает желтый дождевик и осматривается, куда бы его повесить. С его одежды стекала вода, словно он долгое время находился под дождем. Пряди влажных волос падали на воротник джинсовой куртки.
Вдруг Бо Тилсон поднял голову и принюхался.
– Что-то горит, – сообщил он ей.
– Суп!
С испуганным возгласом Рейчел повернулась и бросилась в кухню. В задней комнате было холодно, Дождь громко барабанил по железной крыше. Она увидела, что ее обед закипел, убежал из кастрюли и залил плиту, по кухне разнесся сильный запах, напоминавший вонь горящих отбросов. Рейчел, одной рукой прикрывая нос и рот, подняла кастрюлю с горелки.
И подпрыгнула от неожиданности, услышав прямо за спиной голос Бо:
– Я не хочу, чтобы ваша шайка пользовалась этой дорогой, вы поняли?
Звук его голоса полоснул Рейчел, как нож. Тилсон не мог сказать ничего более неподходящего именно в этот момент, подкараулив ее здесь. Рука Рейчел Рогнула, горячий суп выплеснулся из кастрюли на пол чудом не задев ее босые ноги.
Она повернулась к нему с внезапной яростью, которую хорошее воспитание не могло подавить в ней совершенно. Она не могла больше терпеть, чтобы в ее доме находился человек, который хотел запугать ее, не могла вынести, что ее застали в старом купальном халате, с растрепанными, как у ведьмы, волосами. И она не могла стерпеть его отношения к начинанию, которое так много значило для нее.
– Убирайтесь вон из моего дома! – процедила Рейчел сквозь стиснутые зубы.
Она была довольно высокой, но Бо Тилсон высился над ней в этой тесной кухоньке. Они стояли так близко, что она различала запах его влажной одежды и острый запах пота. К тому же от него разило пивом. Он напился! Это совершенно разъярило ее.
– У меня с собой бумага, которую вы должны подписать, – сказал Бо Тилсон, загораживая ей путь. – Вы держитесь подальше от моей дороги в обмен на пятьсот долларов.
– Раньше вы предлагали триста. – Рейчел не смогла удержаться, хотя вступать в спор не следовало. – Что заставило вас передумать?
Тилсон, прищурившись, изучал взглядом вырез ее халата, теперь руки Рейчел, занятые кастрюлей с горячим супом, не придерживали его. Нарочито неторопливо он разглядывал чуть видневшиеся в вырезе белые полукружья ее грудей.
– Дело того стоит, – ответил он хрипло, – если за эти деньги ваши люди отцепятся от меня.
Рейчел некуда было попятиться, прямо за ней находилась плита.
– Если вы не возражаете, я бы хотела пройти, сказала она. Нервы ее совсем расходились, она с трудом удерживалась, чтобы не заорать на него. Он стоял слишком близко, его теплое дыхание касалось ее лица. Раскаленная металлическая ручка кастрюли жгла сквозь прихватку. Рейчел безуспешно попробовала перехватить ее. Все, чего ей хочется, – это выпроводить его из дома, в отчаянии думала она.
– Пятьсот долларов вам пригодятся. – Полуприкрытые глаза с невероятно длинными ресницами не отрывались от выреза ее халата. – Возможно, вы найдете себе место получше, не в такой сырости.
– Убирайтесь отсюда! – повторила Рейчел. Ее била дрожь, оттого что он находился так близко. Не переносимо, что он видит, какое действие оказывает на нее.
– Подумайте над этим. – Его взгляд переместился с выреза халата на ее полураскрытые губы. – У меня, – сказал он мягко, изучая взглядом ее нежные губы, – масса времени.
– Гостиная, – хрипло сказала Рейчел. – Подождите меня в гостиной.
Если бы Бо Тилсон знал ее, если бы мог представить себе, насколько быстро она вскипает, несмотря на всю свою нелюбовь к насилию, он бы услышал предостережение в ее голосе. Вместо этого он мрачно сказал:
– Давайте быстрее, я не могу торчать здесь всю ночь. Подписывайте бумагу, и я отдам вам деньги.
Не отрывая взгляда от ее рта, Бо полез в карман рубашки и двумя пальцами выудил оттуда сложенный белый конверт. Другую руку он протянул к ней.
Это движение взбесило Рейчел.
Возможно, он только хотел забрать у нее кастрюлю, чтобы ей было удобнее взять бумагу. Но память о том, как те же самые пальцы сжимали ее горло всего несколько часов назад, была живой и пугающей. Когда его рука протянулась к Рейчел, она отреагировала мгновенно, не раздумывая. Со слабым вскриком она приподняла кастрюлю с только что снятым с огня супом и швырнула прямо в него.
