— Держи. — Сестра пихает мне стакан, и я без колебаний глотаю жидкость, а затем прижимаю тыльную сторону ладони ко рту, чтобы не зашипеть от жжения в горле. — Почему ты решила, что пригласить Джесси было хорошей идеей? Я имею в виду, помимо очевидного.
— Помимо очевидного?
Сестра выгибает бровь.
— На него приятно смотреть.
— Ханна! — Когда я шлепаю ее по руке, она пожимает плечами.
— Я замужем, а не умерла. Кроме того, ты же знаешь, я всегда считала, что парни Эндерс слишком смазливы.
Я помню. Ханна на год старше Джесси и на два года моложе его брата Эйдена. Она заметила их задолго до меня, когда мы приезжали в Коул-Крик летом, будучи подростками, но в ее жизни всегда был Пол.
И у тебя всегда был Лейн, но это не помешало тебе получше узнать одного парня из семьи Эндерс, не так ли?
Я кашляю с виноватым видом и снова тянусь к бутылке, но сестра встает между нами и качает головой.
— О, нет, нет. Ты сделала это, и теперь будешь вести себя как взрослый человек и справишься с этой ситуацией.
— Я просто подумала, что Джетт обрадуется, если Джесси будет здесь.
— Так и есть. — Ханна указывает на них, и я могу только представить, о чем еще она думает, поскольку единственная, посвященная во все подробности моего «периода Джесси», как она его сама когда-то назвала.
Наши семьи знают все в общих чертах, включая причину, по которой мы с Лейном расстались тем летом. Также от них нельзя было скрыть, что я в полной мере воспользовалась нашим временем порознь и проводила его с кем-то еще. И никогда ни от кого этого не скрывала, как бы трудно мне ни было сказать моим родителям, а затем и Лейну, что ребенок, которого я вынашивала, не от него.
Но Ханна была единственной, кому я смогла довериться и рассказать всю правду о Джесси. О той ночи, когда он встретил меня на берегу перед нашим маленьким домиком. О том, сколько раз мы сталкивались друг с другом в Коул-Крик в течение следующих нескольких лет. О, казалось бы, невинной растущей влюбленности в симпатичного парня с севера.
Она также единственная, кому я рассказала о своих чувствах к Джесси после двух недель, проведенных вместе. Потом вернулась в Грин-Бей и не могла перестать думать о нем. Затем приступила к новой работе, к которой так усердно и долго стремилась, но даже этого радостного волнения было недостаточно, чтобы отвлечь меня от тех четырнадцати дней в Коул-Крик.
Но я никогда не просила Джесси о большем. Писала и удаляла так много сообщений, сильно желая узнать, может быть, наше вместе проведенное время значило и для него нечто большее. Но я так и не отправила ни одного из них, потому что вначале нашего короткого романа рассказала всю правду о Лейне и о моем нежелании начинать новые отношения.
Я должна была догадаться, что это будет не так просто. И также понимала, что не смогу изменить правила, когда все закончится, и попросить Джесси о том, чего я обещала не просить. В любом случае, спустя три недели мы с Лейном снова были вместе.
Я даже не знаю, как это произошло. Однажды Лейн позвонил, чтобы узнать, есть ли у меня книга, которую ему подарил дедушка, а на следующий день он уже готовил мне ужин в своей новой квартире. Мы вернулись к той удобной рутине, в которой были до того, как узнала об интрижке Лейна, и я не чувствовала ненависти к нему. Мне не было противно, потому что отношения с ним заполняли то одиночество, которое чувствовала с тех пор, как покончила с Джесси. И, честно говоря, простить измену Лейна оказалось чертовски легче, когда я сама была не без греха.
Я была честна с Лейном и поведала ему всю правду о моем времяпрепровождении на севере. Рассказала ему, что переспала с другим мужчиной… и, что между нами уже все кончено. Потому что так и было на самом деле. И беременность ничего не изменила.
Сейчас, как и тогда, мне нужно вести себя по-взрослому. И определенно не нужно беспокоиться о том, как Джесси проводит свободное время или был ли он так же, как и я в плохом настроении из-за очередного обмена ребенком в прошлые выходные. Это только поставит под угрозу наши отношения, и я не хочу идти на такой риск. Не тогда, когда на кону стоит счастье и благополучие моего сына.
— Джесси идет сюда с Полом, — шепотом бормочет Ханна. — Ты справишься?
Прочищаю горло и киваю.
— Я должна.
— Хорошая девочка. — Ханна расправляет плечи и расплывается в такой широкой улыбке, которую я раньше никогда не видела, а затем протягивает руки и забирает Джетта у Джесси. — Ну, с днем рождения, мой любимый племянник! Каково это, быть четырехлетним? — Сестра продолжает болтать о том, какой классный возраст четыре года, и несет Джетта обратно к другим детям.
— Смотри, кого я встретил на улице! — Пол обхватывает мои плечи рукой и легонько обнимает. — Думал, может, Джесси потерялся, а потом вспомнил, что вы все знаете друг друга.
Я закатываю глаза и отталкиваю своего шурина, который ведет себя как придурок.
— О боже, Пол.
Он смеется.
— Я просто прикалываюсь, Хэй. Думаю, мне нужно выпить пива. Джесси, хочешь чего-нибудь?
— Не-а, я в порядке. Спасибо.
Пол направляется к холодильникам, а затем подходит к другим гостям, оставив нас с Джесси наедине.
— Итак, ты нашел нас без проблем? — спрашиваю я. — Дорога немного сложная со всеми этими кольцевыми развязками.
На его лице с безупречной щетиной появляется кривая ухмылка.
— Несложная, если ты хорошо ориентируешься на дороге.
Я тихонько смеюсь, благодарная за то, что он стоит сейчас так близко, но не кажется таким напряженным, как в тот момент, когда только приехал.
— Джетт обрадовался, что ты пришел. На самом деле, он продолжает смотреть сюда.
Джесси поглядывает на детей и машет нашему маленькому мальчику.
— Мое присутствие здесь вырвано из контекста для него, но он к этому привыкнет.
— Ты уверен, что у тебя все в порядке? Я имею в виду, семья Лейна здесь и…
— Хейден, я взрослый мужик. Если бы у меня были проблемы со всей этой ситуацией, то меня бы здесь не было.
— Ох, — проглатываю ком в горле. — Хорошо.
— И я могу справиться с удивленными взглядами родственников, если это то, о чем ты переживаешь.
Если бы я не смотрела на Джесси и не видела веселый огонек в его глазах, я бы, наверное, ошибочно решила, что он говорит в грубом тоне. Но это не так. Он, как и Пол, пытается меня успокоить. И я ценю то, что он тоже готов сделать шаг на встречу и взять на себя инициативу.
— Спасибо. — Я дарю ему еще одну улыбку, а затем киваю в сторону стола с подарками. — Если хочешь, можешь поставить подарок вон там. Ты уверен, что не желаешь выпить, потому что, если я не принесу чего-нибудь, мой папа в мгновение ока заставит тебя пить виски.
Джесси выгибает бровь.
— В таком случае я бы хотел бутылку воды. Впереди еще долгий путь домой.
— Я, безусловно, могу тебя отвезти. Кроме того, как ты думаешь, мне познакомить тебя со всеми? Потому что, может быть…
— Хейден… — Джеси произносит мое имя так спокойно и нежно, что я буквально ощущаю, как мои плечи, словно окутывают теплым одеялом. Становится еще более уютно, когда его глаза снова встречаются с моими, а на его губах играет почти интимная улыбка. — Они все знают, кто я. И, если они забыли, я без проблем сам им напомню.
— Ох. — Сопротивляюсь желанию стянуть майку с груди, чтобы обмахиваться ею. — Я принесу тебе воды.
— А я положу подарок на стол и пойду к Полу. Хорошо?
Я киваю, и его улыбка снова становится шире.
— Все в порядке, городская девушка?
Более чем.
— Конечно.
* * *
— Мама, хочешь поплавать? — спрашивает Джетт в десятый раз за последний час. Мы только что поели, и я сказала ему, что нужно немного подождать, прежде чем вернуться в бассейн, но этот ребенок так просто не отстанет.
— Дорогой, я бы хотела, но не взяла свой купальник. Мне жаль. Может, Лейн поплавает с тобой.
Сын надувает губы, и я жалею, что была так озабочена едой и списком гостей, но лучше бы я больше думала о причине, по которой вообще устроила здесь вечеринку.
