Здесь я и нажал кнопку «стоп» на маленьком диктофоне. Разумеется, запись я включил только со слов «Как только полиция свалит, я проеду по его сраной деревеньке катком». Незачем полиции знать, что Воронцов свою технику не ломал, а так из оставшегося кусочка можно и такой вывод сделать.
— И вы хотите сказать, что это переговоры братьев Воронцовых? — после паузы поднял на меня глаза Мышкин.
— Я что угодно могу сказать, — пожал плечами я. — Но этот факт подтвердит любая магическая экспертиза. Так же как и подлинность записи.
— Писец, мля. — Капитан полиции устало провел ладонью по лицу. — И чего вы мне прикажете с этими данными делать? И откуда это у вас?
— Ну, когда я увидел нездоровую фигню на том месте, где у меня совсем недавно был конфликт, я подсуетился и подкупил кое-кого в доме Воронцова, — «нехотя признался» я, хотя на самом деле попросту подложил паучком диктофон, а Свят потом в нужный момент дистанционно его активировал. — А вообще, если честно, Фёдор Филимонович, то я не знаю, что в этих случаях полиция делает. Просто подумал, что вам будет это интересно послушать. А мне интересно послушать ваш совет по поводу того, как мне ночью отбить атаку двухсот пятидесяти профессиональных бойцов на бронетранспортерах, наверняка вооруженных до зубов.
На капитана было больно смотреть, и меня в этот момент немного мучила совесть. Но я её успокаивал тем, что Воронцов реально планировал войну, я лишь немного ускорил события и повернул их в другую сторону.
— Походу, всё-таки этот гад ретранслятор сломал, — подал голос один из двух стоящих рядом с нами следователей.
— А что за похищение человека? — посмотрел на меня капитан.
Хм… Влад же связался со мной по рации и сообщил, что полиция в курсе про пойманного террориста. Похоже, продолжаются проверочки — не хочет капитан в такую красивую картинку верить. А я, между прочим, старался. Ладно, недолго осталось до вишенки на торте.
— Вчера мы поймали диверсанта. Он заложил бомбу на продовольственном складе. Он признался в работе на Воронцова и дал подробные показания, в которых, в частности, упоминался псевдобригадир, а на самом деле командующий наемниками, Буланов Владимир Степанович. Полные результаты допроса мы вам тоже предоставим по первому требованию.
— Ваш подчинённый отказал нам во встрече с пленником.
— Да, потому что официального дела пока нет, — усмехнулся я. — И, разумеется, едва бы он увидел вашу форму, сразу же стал бы визжать о том, что мы его пытаем.
— А вы его пытаете?
— Мы, Фёдор Филимонович, вернее, я развиваю деревню на границе с дикими землями и уже не раз показал свою лояльность империи. Делаю я это за свои деньги. И всего лишь хочу, чтобы мне дали спокойно продолжать, а не перекрывали дороги, не посылали мне террористов с бомбами и не приезжали ночью на бронетранспортерах.
— У нас в показаниях есть отчество Степанович, — снова заговорил один из следователей. — Плюс к тому они мешали проезду в момент ЧП. Этого достаточно, чтобы записать их в подозреваемые и на денек забрать всех магов для проверки в Усмань.
Ой, ты мой хороший! Я запомнил темноволосого двадцатипятилетнего парня и занёс его в ряды союзников. Надо бы имя хоть узнать.
— Федь, реально, — заговорил Костя. — Если честно, мне на ретранслятор уже посрать, завтра починят. Мне Савино жалко. Но, если хотя бы на денек этих козлов увезти, мы эту запись плюс показания, плюс ещё что-то на радио вкинем, и зассыт этот мудак нападать. А там барон его оригиналом плёночки пошантажирует, и они договорятся полюбовно.
Я слушал Костю, смотрел на него и не мог уловить ни следа лжи в его словах. Блин, такого актёра театры недосчитались. Хотя хорошие ликвидаторы сейчас ценнее.
На майора с удивлением посмотрел не только я. А после небольшой паузы первым заговорил Фёдор.
— Я буду вынужден предложить им пройти анализ крови и дактилоскопию на месте. Если они согласятся, я не смогу их забрать.
— Может, они откажутся, — пожал плечами я.
— А если нет?
— А если нет, — скрипнул зубами Костя, — я своими силами организую дежурство у ретранслятора и Савино сегодня ночью. Но попробовать нужно! И хотя бы кого-то из них для дачи показаний забрать.
— Вы мне все будете должны, — после очередной паузы покачал головой Мышкин. — И не дай бог потом всплывет, что это вы ретранслятор взорвали!
— Федь, да ты чего? — вскинул брови Костя.
— Фёдор Филимонович, это реально перебор, — нахмурился я.
— Простите, вырвалось, — капитан кивнул на машины. — Поехали, Дмитрий Николаевич, вы тоже пристройтесь в конец колонны до кучи, но не вылезайте, если я вас не позову.
Я кивнул и вернулся к своему внедорожнику.
— Чё там, чё там? — нетерпеливо спросил Свят.
— Тихо. Просто ждём.
Колонна тронулась, а я сразу же призвал жучка.
* * *
Машины остановились в двадцати метрах от чёрно-жёлтой ленты, они встали поперёк дороги и даже заехали на обочины и поле. И из них тут же выбежали бойцы и заняли позиции.
Фёдор убедился, что всё в порядке и в сопровождении двоих следователей пошёл к уже ждущей их группе во главе с Владимиром Степановичем.
— И что всё это значит, капитан? — с ходу начал он, указывая на ряд машин.
— Всего лишь меры предосторожности, — пожал плечами Фёдор. — Евгений Михайлович, случайно, не вернулся?
— Случайно нет, — развёл руками бригадир. — Но, как я вам уже сказал, у меня есть бумаги, дающие мне полномочия на многие действия от имени Воронцовых.
— Это хорошо.
Капитан окинул взглядом дорогу за спинами встречающих, и от его взгляда не укрылось то, что из строительной техники восстановили не экскаваторы, а три бульдозера, и сейчас они активно закапывают ямы. При этом люди им особо не помогают, а напряженно смотрят в сторону приехавшей колонны.
— Как видите, мы услышали вас, — проследив за его взглядом, снова заговорил бригадир. — Ремонт будет вестись поэтапно и без перекрытия всей проезжей части.
— Это похвально, — кивнул Мышкин и, переведя взгляд на собеседника, как можно непринужденнее произнес. — Владимир Степанович, я прошу вас и всех ваших магов проехать с нами в Усмань.
— Чего? — опешил бригадир. — На каком основании?
— Сегодня утром был совершён теракт на ретрансляторе, я провожу расследование.
— Вы можете взять только подозреваемых, — быстро совладав с собой, ухмыльнулся оппонент. — У вас есть бумаги?
— Вообще, в случае ЧП такого рода, я уполномочен задерживать подозреваемых без бумаг, — развел руками Фёдор. — Но я ничего пока не говорил про задержание. Я сказал, прошу проехать со мной.
— А если мы откажемся?
— Тогда вы все будете арестованы.
Рука бригадира дёрнулась к висящей на поясе рации, но он её остановил, после чего ещё раз осмотрел стоящие позади капитана машины.
— Что-то я не вижу магов из Савино, — зло бросил он. — А они ближе к ретранслятору, чем мы. Почему их нет в числе подозреваемых?
— На самом деле с нами есть люди из Савино. Но да, основная часть из них согласились пройти нужные процедуры на месте. Плюс к тому они не препятствовали нашему проезду к месту ЧП, и вопросов у нас к ним меньше.
— Что за процедуры? — наклонил голову бригадир.
— Анализ крови.
Про дактилоскопию капитан пока решил промолчать. Он понимал желание Акулова и Кости вызвать сейчас конфликт и увезти всех «строителей» в Усмань, но у него было своё видение ситуации, и сразу пугать таким заявлением Владимира Степановича не хотел.
Как ни крути. Лучше, если он хотя бы проверит всех сразу на кровь, чем те встанут в позу и реально придётся везти всю эту ораву в Усмань.
Что же до возможного вторжения в Савино, то последние слова Кости успокоили капитана. Воронцов, может, и наглый тип, но не настолько отморозок, чтобы напасть на ликвидаторов.
— А вы что-то нашли? — прищурился бригадир.
— Это тайна следствия.
Главный «строитель» вперился в лицо капитана взглядом и после минутного раздумья спросил:
