было и в то утро: Гюрг заканчивал работу с «Золотой кладовой», а Сусанин донимал Варвару результатами зондовой съемки. С тех пор как нападения на всякую аппаратуру как на воде, так и над водой внезапно прекратились, все имеющиеся зонды были брошены в район рыжих островов. Мешала постоянная пелена тумана, но инфракрасная и ультразвуковая техника кое-какие результаты давала. И главный вопрос, мучивший и Сусанина, и Варвару – куда же подевались аполины? – пока стоял на первом месте.
– В радиусе ста миль – ни одной особи, представляешь? – кипятился Сусанин. – Полезешь под воду? Я сам буду страховать.
Варвара только пожала плечами. Под водой она уже бывала, и с нулевым результатом, а страховка Сусанина ее не особенно приводила в восторг. Она бесцельно перебирала снимки, сделанные с разных высот, и дивилась собственной апатии. Хотя – ждать нечего, тоска беспросветная… Она подперла щеку рукой и бездумно глядела на юг, туда, где должно было находиться море. Они с Сусаниным расположились на крыше биокорпуса – в новом городке все здания сооружались на манер мексиканских гасиенд – ровная площадка, окруженная балюстрадой, хочешь – симпозиум проводи, хочешь – в пинг-понг играй. Как правило, чередовали и то и другое. Внизу метался Тогенбург, видно, съел что-то неподходящее, блеял и припадал к земле. Варвара не выдержала, подошла к перилам и свесилась вниз, и в тот же миг на горизонте полыхнуло давно не виденной грозой, и в промежутке между пирамидальными кедрами начало расти что-то очень далекое и призрачное, неправдоподобное и потому не страшное. Сусанин все еще бубнил что-то свое, а Варвара махала рукой, не находя слов, и он наконец понял, подскочил к ней и замер, глядя на вытягивающуюся вверх стрелу, оперенную белыми клубами. А потом все стало потихоньку таять.
– Направленная аннигиляция, – тихо проговорил он. – Все-таки программа самоуничтожения была…
– А кто на берегу?.. – обернулась к нему Варвара.
– Никого, к счастью.
Никого. Хоть на этот-то раз – никого. Пронесло. Так вот почему исчезли аполины!
– Ну, будем надеяться, что это финальная катастрофа, – сказал Сусанин, в последние дни настроенный на беспробудный оптимизм. И следом за его словами прилетел грохот, запоздалый и никого не способный напугать. Но люди только сейчас почувствовали что-то неладное и повыскакивали из помещений, справедливо опасаясь землетрясения.
– Женька, что там у тебя видно? – крикнул кто-то снизу.
– Да, в сущности, ничего – Пресепторию нашу разнесло начисто и окончательно!
И только сейчас Варвара вспомнила, что в таксидермичке оставался Полупегас. Левый.
– Надо на берег, – сказала она с тихим вздохом. – Подранков собирать.
– Сейчас нельзя – вертолет не вытянет. Шквал.
– А… там, на побережье, не могли поставить защиту?
– Кто?
– Кибы, скочи… Мало ли кто.
– Наша защита тоже не на любую мощность. Как говорится, и на Степуху бывает проруха. Что, Пегас?..
Она промолчала. Впрочем, собираться стали тут же, на недавно отремонтированную дорогу вылез грузовик, набитый добровольцами, – и, естественно, Варвара была в общей массе; работа оказалась страшнее и грязнее, чем можно было увидеть в самом страшном сне, и когда утихли шквалистые ветры, взад-вперед замотался вертолет, обретший статус ветеринарного транспорта, и только на седьмой или восьмой день, перевязав и зашив кого можно и захоронив всех придавленных и истекших кровью животных, спасатели вдруг с удивлением отметили, что за все эти дни они не видели ни единой асфальтовой гориллы.
Никто не отдавал никаких команд, просто кто-то улетал на Новую и не возвращался, да и четвероногих пациентов в изломанной, словно изжеванной каким-то чудовищем чаще почти не встречалось. Варвара с Кирюшей бродили по кромке воды, потому что вся галечная полоса была загажена разлагающимися останками рыб и водорослей. Варвара сейчас не могла припомнить, утро это было или уже вечерело, но грязные буровато-лиловые волны впервые за эти дни вдруг приутихли, лишь кое-где оттененные сравнительно чистыми оборками пенной белизны. Было невыносимо отвратительно, как на кладбище, на котором взорвалась залежалая с давних времен бомба.
Она невольно искала то место, где совсем недавно торчал из зыби морской ничем не приметный ржавый пригорок острова. В море как будто ничего не изменилось – уцелевшие острова, как кочки на болоте, едва приподымались над водой, припорошенные пеплом взрыва. И черный плавник по-акульи резал воду, не оставляя за собой борозды.
– Смотрите-ка, аполин! – крикнул Кирюша, как будто увидел Деда Мороза.
Вернулись, значит. Варвара постояла, глядя себе под ноги, потом повернулась спиной к морю и, хлюпая по комьям тины, пошла прочь. Троекратно выгнутый корпус биолаборатории уцелел, снесло только крышу, вышибло окна и двери. Ветер пронизывал пустой каркас, словно это была развалина столетней давности. Да, пришельцы строили понадежнее. Варвара обошла цокольный выступ. Сзади пряталась от периодических шквалов палаточка радиста, и безработный Сегура, бравшийся помогать всем и во всем, сидел, скорчившись, едва умещаясь под защитным пологом. Услышав шаги, он поднял палец. Варвара поняла и пошла уже на цыпочках. «Да, да… По направлению?.. Да справимся мы с Гришкой! Сей минут будем. Нас тут всего-то трое. Ждите!» – Он оторвался от фона:
– Зовите Кирилла, срочно возвращаемся на Новую. Только что принят SOS. Что-то невразумительное. Кто-то кого-то украл.
– Кирюша, к вертолету! – крикнула девушка. – Путают они. Кроме нас, сейчас никого вне территории Новой не имеется. А нас не крали.
– Да не про Степуху речь. SOS с соседней звезды, то есть с одной из ее планет.
Подбежал, оскальзываясь на стеклянном крошеве, Кирюша и прислонился к щербатой стенке, переводя дыхание.
– Поехали, – сказала Варвара. – В воздухе разберемся, что к чему.
Но разобраться в воздухе не удалось. Наскоро пробормотав текст фонограммы, Сусанин куда-то умчался, – как поняла Варвара, митинговать. Подлетая к Новой, Сегура заложил крутой вираж и спланировал на одну из свободных и пока безымянных площадок в самом центре поселка. Сверху успели заметить, что митинг имеет место на крыше только что отстроенного вивария – человек шестьдесят, кто в шезлонгах, кто на надувных пуфах, а большинство просто на перилах.
– Ну вот и Кирюша с Сегурой, – проговорил Сусанин таким тоном, что стало ясно: за прибывших уже все решено. – Итак, дети капитана Гранта, «Дункан» под парами. Кровь из носу, но завтра должны стартовать.
Кирюша только расплылся в улыбке – ему явно было все равно, куда стартовать и зачем. Он был счастлив, что наконец-то попал в одну команду с Сусаниным. Но Сегура был мужик основательный.
– Давай-ка, Евгений, еще раз все по порядку. Текст оборван с двух сторон. На каком этапе?
– Вопрос резонный. Мы получили точку-пакет с ближайшего гиперпространственного буя. Получили первыми и практически без задержки. По каналам гиперсвязи пакет пошел на Большую Землю; со всеми переходами, энергонакоплениями, коррекциями это как минимум три-четыре дня.
