В течение второй недели февраля информация о графике движения, описание и опознавательные знаки «Ава Мару» были переданы открытым текстом по радио всем подводным лодкам Тихоокеанского флота. Как обычно бывает при передаче важных сообщений, информация передавалась по радио подводным лодкам по три раза в течение трех ночей, то есть всего девять раз. В начале марта японцы изменили маршрут обратного пути «Ава Мару» и все изменения были таким же порядком и столько же раз переданы подводным лодкам.
Основной отрезок пути госпитального судна приходился на воды Южно-Китайского моря, в которых патрулировали американские подводные лодки Азиатского флота. Но первые дни пути в Малайю и несколько последних дней обратного пути судно должно было проходить через районы, в которых патрулировали подводные лодки Тихоокеанского флота. За два дня до того, как «Ава Мару» по расписанию должно было вновь войти в районы действия подводных лодок, командующий подводными силами послал напоминание всем своим командирам. В его указании говорилось: «… Обеспечить безопасный проход судна «Ава Мару», доставляющего военнопленным продовольствие и медикаменты. Оно будет проходить через ваши районы между 13 марта и 4 апреля… судно освещено ночью и обозначено белыми крестами…» Подводная лодка «Куинфищ» патрулировала в самом узком месте Формозского пролива — в южной части Восточно-Китайского моря, где еще недавно действовала лодка «Спот». В 22 часа 1 апреля «Куинфиш» при помощи радара обнаружила судно, находившееся от нее на расстоянии 15 600 м. Команда заняла боевые посты, и группа управления огнем начала следить за целью. Густой туман, поднимавшийся над водой, создал нечто вроде дымовой завесы. Видимость была не более 180 м. Судя по малой величине импульса на экране, а также по относительно малой дистанции, на которой была обнаружена цель, и большой скорости хода корабля предположили, что перед лодкой находится эскадренный или эскортный миноносец. Несмотря на густой туман, корабль шел прямым курсом со скоростью примерно 17 узлов. Подводную лодку «Куинфиш» отделяло 900 м от направления движения корабля, а расстояние до самой цели сократилось до 3300 м. Командир развернул лодку и снизил скорость до 4 узлов. Хотя наблюдатели на мостике не смогли различить цель, командир приказал выпустить четыре торпеды из кормовых торпедных аппаратов. Стрельба велась по данным радарной установки. Все четыре торпеды попали в цель. Вспышки взрывов разорвали туман, но цель оставалась невидимой. Быстрое исчезновение импульса на экране радара свидетельствовало о потоплении цели. Командир изменил курс подводной лодки и повернул обратно, чтобы подобрать оставшихся в живых. Было обнаружено 15–20 японцев, цеплявшихся за обломки, но лишь одного удалось уговорить подняться на лодку. Он сообщил, что корабль был лайнером «Ава Мару». Когда в штабе подводных сил на острове Гуам стало известно о потоплении лайнера, подводная лодка «Куинфиш» получила указание немедленно вернуться к месту гибели «Ава Мару» и продолжить поиски уцелевших людей. Кроме того, было приказано представить образцы груза, находившегося на лайнере. Для участия в этих поисках была также направлена действовавшая недалеко от этого района лодка «Сифокс». Ни одного человека найти не удалось, но зато на воде были обнаружены тысячи плавающих тюков с каучуком-сырцом и много металлических коробок с черным зернистым веществом. Образцы и того я другого были подобраны обеими лодками.
Потопление «Ава Мару» поставило правительство США в затруднительное положение. Последовала немедленная и решительная реакция Вашингтона:
«Приказать лодке «Куинфиш» вернуться в базу… Командира лодки Лафлина отстранить от командования и отдать под суд военного трибунала».
Трибунал предъявил командиру лодки следующие три главных обвинения:
«Преступная халатность при исполнении своих служебных обязанностей…
Невыполнение приказа старшего начальника…
Халатность при выполнении полученных приказаний».
Защита командира лодки в своих выводах исходила из того, что неприкосновенность «Ава Мару» была фиктивной, поскольку на лайнере оказались пассажиры и груз, не предусмотренные соглашением. Разведке удалось установить, что в Сайгоне с «Ава Мару» было выгружено 500 т боеприпасов, примерно 2000 авиабомб и 20 упакованных самолетов. По показанию единственного подобранного лодкой «Куинфиш» японца, «Ава Мару» имела на борту груз каучука, олова, свинца и сахара, а также примерно 1700 пассажиров, в том числе несколько правительственных чиновников и моряков с потопленных в малайских и индонезийских водах торговых судов. Суд не согласился с заявлением защиты, поскольку в соглашении о неприкосновенности «Ава Мару» не предусматривались ограничения в отношении дополнительного груза, тем более что командир лодки «Куинфиш» ничего не знал о характере груза во время нападения на «Аву Мару».
После этого защита пыталась объяснить происшедшее случайностью, а не преднамеренными действиями.
Подлинная причина несчастья так и не была названа на суде. В начале-процесса адвокат обвиняемого признал, что все указания о передвижении «Ава Мару» были получены подводной лодкой «Куинфиш». Но никому и» присутствовавших на процессе не пришло в голову задать вопрос, видел ли их командир лодки. В этом и заключалось все объяснение случившемуся. Командир лодки читал сообщение относительно «Ава Мару» от 28 марта, но-после этого он не видел ни одного сообщения с указанием пути следования и графика движения. Связисты не придали никакого значения открытым передачам, которые были приняты за две недели до того, как лайнер «Ава Мару» должен был появиться в районе действия лодки «Куинфиш».
Халатное отношение к своим обязанностям связистов привело к тому, что командир лодки не знал о полученных сведениях.
Такова была трагедия, которая из-за небрежности связистов повлекла за собой гибель большого числа людей, поставила под сомнение даваемые правительством США обязательства и запятнала послужной список одного из лучших офицеров-подводников. Оправданный по первым двум обвинениям, Лафлин был признан виновным в халатности при выполнении полученных приказов. Суд вынес решение, что взыскание должно носить форму письменного предупреждения от лица морского министра.
Захват Окинавы (операция «Айсберг»)
Овладение островом Окинава и соседними островами в группе островов Рюкю представляло собой последнюю крупную операцию на Тихом океане, в которой принимали участие подводные и военно-воздушные силы. Участие подводных лодок в операции предусматривалось заранее разработанным планом. Подводная лодка «Свордфиш», как уже указывалось, должна была провести фоторазведку у побережья Окинавы. Лодки «Кит» и «Триггер» обязаны были сообщать сведения о погоде. Многие лодки получили задачу по оказанию помощи летчикам во время предварительных налетов на остров, а также в период налетов самолетов, базирующихся на авианосцах. Как раз во время этих налетов самолеты и обнаружили в Японском море несколько уцелевших военных кораблей и уничтожили последние из оставшихся линейных кораблей и крейсеров противника. Американскому авианосцу «Франклин» пришлось выдержать серьезное испытание. Японский флот был еще способен наносить контрудары.
До начала операции «Айсберг» шесть или семь подводных лодок действовали в районе островов Хонсю и Кюсю. Две из них вели наблюдения за проливом Бунго, а одна — за проливом Кии. Эти позиции имели большое значение, так как, если бы остатки японского флота решили помешать овладению островом Окинава, они должны были бы воспользоваться одним из этих проливов.
Предположение оправдалось. В ночь с 6 на 7 апреля оперативное соединение в составе линейного корабля «Ямато», легкого крейсера «Яхаги» и нескольких миноносцев прошло проливом Бунго, предполагая начать действия против американских кораблей. Японские корабли были обнаружены подводными лодками «Тредфин» и «Хэклбэк», которые вели наблюдение у входа в пролив Бунго. В соответствии с полученными распоряжениями подводные лодки воздержались от представившейся возможности напасть на противника и ограничились передачей ряда донесений о его появлении.
Получив данные о противнике, американские самолеты нанесли удар по соединению японских кораблей утром 7 апреля.
Линейный корабль «Ямато», крейсер «Яхаги» и миноносцы «Хамакадзэ», «Исокадзэ», «Асасино» и «Кусами» были уничтожены авиабомбами. Корабли противника не имели прикрытия с воздуха. Первым был потоплен линейный корабль. В этом бою американцы потеряли несколько самолетов. После войны японский адмирал Тоёда вспоминал: «Мы обсуждали вопрос, можем ли мы хоть на 50 % рассчитывать на успешные действия. Сосредоточив корабли, мы с трудом могли обеспечить их топливом в количестве 2500 т. Но… отказ от посылки кораблей противоречил бы традициям имперского флота».
