— Черный вирус? — переспросил капитан Бейкер. — Что это за херню он несет?
— Я точно не уверен, — сказал Моррис, разглядывая канистру. Она была из стекла с металлическими крышками. Внутри находилась какая-то серебристо-серая пыль; на крышках было что-то выгравировано, на одной — трехлистный символ биологической опасности, на другом — пара… ну, если бы Моррис не знал, он бы обозвал это ушами Микки-Мауса. — Хм-м…
Голос Лексы:
— Фило! Ты в порядке?
Фило выглянул из окна и увидел Лексу с Серафиной в двери парящей гондолы.
— Все отлично! — прокричал он, махая им, чтобы летели отсюда. — Закрой дверь, пока еще кто-нибудь не вывалился! Встретимся у Могилы Гранта!
— Может быть, — сказал Моррис, сосредоточившись на канистре, — может быть, это какой-то вирус.
— Что делать, если так и есть? — спросил капитан Бейкер. — К обезвреживанию биологического и химического оружия меня не готовили…
— Ну, похоже, что канистра герметичная, — сказал Моррис. — Если так, то, пропустив через нее электрический ток, мы, по идее, превратим содержимое в плазму… тогда все болезнетворные организмы сгорят. — Он постучал костяшкой по одной из крышек. — Да…
— Я про это не знаю, — сказал капитан Бейкер. — Ты уверен?..
— Ага. — Моррис уже кивал сам себе. — Ага, давай попробуем. Он посмотрел через дверной проем в соседнюю комнату и увидел там козлы с электроинструментами. — Будь добр, принеси мне удлинитель понадежнее.
ПОДСОЕДИНИЛ
Клэйтон Брайс жался за мешками с цементом, приговаривая:
— Надо идти. Надо идти. Надо идти.
Он это бормотал уже несколько минут. Каменный Монах, как и планировалось, снял караульного, но сам при этом был ранен — возможно, даже убит; выглядывая из своего укрытия, Клэйтон увидел, что Монах упал на тело андроида. Когда в наступление пошли остальные пехотинцы, Клэйтон поднялся и кинулся к центру управления «кенгуру», но взрыв первой мины вернул его на место — загрохотало так, что Клэйтон был уверен: целились в него. И теперь он боялся выходить, а не меньше боялся того, что, если не выйдет, Слуги победят пехотинцев и отыщут его.
Волоски на загривке поднялись дыбом, предвещая опасность.
Клэйтон развернулся. Над ним стоял Портативный Телевизор, показывая документальные съемки вскрытия в полевых условиях, а сам целился клепальным молотком ему в лицо. Клэйтон взвизгнул и кинулся в сторону; пистолет плюнул, и горячая заклепка задела щеку Клэйтона, а потом вошла в мешок с цементом.
Клэйтон неловко вскочил на ноги. Ковчег сковывал действия, но в то же время защищал; другая заклепка, которая иначе вошла бы в позвоночник, ударилась о корпус батарей. Он нырнул за мешки и бросился бежать. Еще одна заклепка попала в плечо — сначала оно горело, потом онемело; бежал он быстро.
Вверху слышалось трак-так-так вращающихся лопастей.
— Это ФБР, — прогремел голос. — Мы сейчас упадем. Расчистите место. — С неба свалился черный вертолет — прямо на Портативный Телевизор; Клэйтон поскакал по лестнице в центр управления, поток воздуха от пропеллера лишь подталкивал его. Вбежав в бункер, он хлопнул дверью, закрыл ее на замок и сразу же повернулся к суперкомпьютеру.
— Разъем, — бубнил Клэйтон, — разъем, разъем…
Снаружи, достаточно близко, взорвалось что-то крупное, возможно — вертолет. В центре управления лопнули все окна, армированное стекло разлетелось, словно свадебный рис.
Клэйтон бросился на пол. Когда сыпаться перестало и он снова поднял голову, прямо перед собой он увидел панель с круглым разъемом и маркировкой ЛИНЕЙНЫЙ ВХОД/ВЫХОД.
Трясущимися руками он быстро размотал кабель, который крепился на боку Ковчега.
Сдул пыль с разъема.
Подсоединил.
Ковчег мягко загудел, устанавливая связь с суперкомпьютером «Вавилона». Глаз Африки проснулся и потек по приготовленному Клэйтоном каналу.
И по чистому совпадению через двенадцать секунд город вздрогнул от землетрясения.
ДРУГОЙ ПОДНЯЛ ВЗГЛЯД
— Ох блядь! — сказал Рой Кон.
— Ч-ч-что н-н-не т-т-т… Ч-ч-что-то п-п-произо… т-т-там… Какие-то проблемы, босс? — сказал Коротышка.
— Теперь и Тоби подстрелили! — сказал Рой. Он сосредоточился. — Кто-то из них еще на ногах — думаю, Доминго. У нее эта ебаная пушка.
— М-м-мне…
— Иди и обыщи весь зал. Стреляй во все, что движется.
Всякое барахло в комнате Ганта начало съезжать и падать. Коротышка в кои-то веки даже не заикался:
— Босс, все двигается!
— Землетрясение, что ли? — сказал Рой, воздев руки. — А дальше что — Армагеддон?
Коротышка собрался было выйти, но его ударил толстый кусок дверной панели.
— Босс! — завизжал он, крутнувшись вокруг своей оси. Вторая пуля попала ему в спину; пальцы сжались на курке «Томми», и в окно кабинета полетели пули. Рой лишь успел отобразить на лице, насколько его все заебало, — и тут же здание качнулось и сбросило его с подоконника, наружу, вниз.
Ванна пнула дверь, Коротышка упал. Она уперлась в косяк, чистая ярость на миг подавила головокружение, и она еще раз выстрелила в дергающегося на полу маленького цирюльника. После этого посмотрела на двойняшек Гарри, надеясь заметить какие-нибудь признаки, которые подскажут, кто настоящий. Это было несложно.
Один Гарри все еще стоял, нагнувшись над игрой, не замечая ни землетрясения, ни стрельбы, ни шума разрушения, — он играл, улыбаясь, в то время как вокруг него бушевал хаос.
А другой поднял взгляд.
— Ванна! — сказал этот второй Гарри, сверкая поддельной улыбкой облегчения. — Слава богу! Я так перепугался! Я чуть… Ванна! Ванна, погоди! Не…
— Неверный ход, самозванец!
И Ванна выстрелила.
БРЮХО ЧУДОВИЩА
Так что у нас осталась Джоан — одна в подвале «Вавилона» она боролась лишь за собственную жизнь, хотя еще этого не знала.
Она все еще стучала по решеткам — Айн только что возобновила обратный отсчет, — когда все вдруг задрожало. Джоан потеряла равновесие, ее отбросило вниз, на лестницу, дыхание сперло.
— …восемнадцать… семнадцать… шестнадцать…
Задыхающаяся Джоан села и выкашляла свисток Фатимы. Подвал просто ходуном ходил; стоящие вдоль стены соты начали распадаться, аккуратные связки динамита стали превращаться в кучи.
— …пятнадцать… четырнадцать…
И все равно сквозь грохот землетрясения слышались ноты «Болеро» Равеля, хотя Майстербрау видно не было.
— …тринадцать… двен…
По лестнице прошел толчок — но не от землетрясения. Лампа, которая и без того уже качалась, опрокинулась, запрыгала по ступеньками и приземлилась Джоан на колени.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
