это вектор. Причем вектор односторонний, назад здесь идти нельзя.
- Взрывчатка, - всхлипнул позади молодой полицейский, жалкий и дрожащий как будто у него в животе крутился эксцентрик. – Мы все умрем, да?
- Разумеется, умрем. Как и все люди на Земле. Когда-нибудь позже. Аммонит – на редкость инертная штука. Вот капсюли чувствительные, но они в пенале, ничего им не сделается.
- Правда? Тогда ты иди, а я наверх… - полицейский вскочил, шагнул вперед и налетел на стену. – Да как же это? Где лестница?
- Нету ее. Пропала. Как и многое в Зоне. Лучше скажи, как тебя зовут, Кузьма Петрович Фролов из Пензы?
- Кузьма Фро… да вы волшебник, не знаю, как вас звать.
- Максим Игоревич. Безымянный – фамилия такая. Можно просто по имени и на «ты». Значит, тебя толкнул водитель, говоришь?
- Да вы… да ты все знаешь! Зачем? Зачем он это сделал?
- Он же особист. ФСБ-шник. Видать, позвонил моему куратору и узнал, что мне нужен «глухой» напарник. Вот и обеспечил.
- Так ты тоже из этих… особистов.
Максим развел руками:
- Извини, друг. Таких людей, как я, в покое никто никогда не оставит. Ладно. Предлагаю выбираться из этого… гм… затруднительного положения. Иди за мной, выполняй все, что я говорю, и останешься жив. Может быть. Лады?
- Лады! – голос Кузьмы задрожал.
- И еще одно: увидишь, что я упал, и руки и ноги у меня дергаются – бей по лицу. Или по голове.
- Зачем?
- Так ты меня спасешь. От призраков. В общем, делай и не думай. Понял?
- Да… Понял… - пролепетал несчастный Кузьма.
- Тогда не отставай. Ну, друг, вперед. На свете два раза не умирать – как говорил мой покойный батя.
И Максим решительно зашагал вперед. Он знал, что пока ему нечего бояться. Опасности начнутся потом.
Глава 16. Темные казематы
Бетонный коридор, казалось, никогда не кончится. Максим шел и шел, заглядывая в помещения по бокам. Ничего, только пустые стеллажи. Лишь в одной комнате валялся перевернутый верстак с прикрученными тисками. Правда, в кладовой на полу стояли ящики с отсортированными по размерам гайками и болтами. Максим позаимствовал несколько штук. Просто на всякий случай: почему-то он вспомнил, что в книгах сталкеры всегда бросают болты, чтобы определить границы аномалии.
В коридоре больше не было абсолютной темноты: под потолком тускло светились зеленые наросты. Точно такие же, как и в тоннеле под холмом в большой Зоне. Максим не выключал фонарь: в неверном сиянии растений можно запросто сверзиться с лестницы или разбить себе голову о торчащую трубу.
Свет наростов неожиданно пропал. Теперь он струился откуда-то далеко сверху. Луч фонаря уперся в стену далеко впереди. Прощла целая минута, прежде чем Максим понял, что находится на пороге огромного, совершенно пустого зала с разверстым колодцем посередине. Обойти эту зияющую дыру, казалось, можно было без труда. Вот только в Зоне просто так ничего не бывает.
Максим достал из рюкзака аммонитный патрон с вставленным в него детонатором, вытащил из кармана зажигалку и двинулся вперед. Он знал, вернее, чувствовал, что сейчас произойдет. Но забыл предупредить напарника.
На середине пути Максим поджег огнепроводный шнур. Он уже собирался швырнуть патрон в колодец, как вдруг из глубины с отвратительным шипением выскочило щупальце с прозрачными наростами на конце. Максим отскочил в сторону, избежав удара, потерял равновесие и выронил патрон.
Щупальце обвило ноги Кузьмы и потянуло к колодцу. Полицейский заорал во всю глотку, пытаясь хоть за что-то зацепиться на полу. Максим сорвал с плеча ружье, мгновенно прицелился и выстрелил дуплетом. Картечь перебила щупальце, и его обрубок скрылся в колодце.
Максим схватил аммонитный патрон с догорающим шнуром, бросил его в колодец и упал на Кузьму, прикрывая нового друга своим телом. Что-то сочно чавкнуло, раздался глухой взрыв и к потолку взлетели обрывки, похожие на разорванную оболочку детского воздушного шарика.
- Бежим! – закричал Максим в ухо напарнику, увлекая его за собой.
Он благополучно миновал колодец и выскочил в новый коридор по ту сторону зала. Кузьма не отставал, его тяжелое, свистящее дыхание слышалось прямо за спиной.
- Стой! Стой! – крикнул Максим, перезаряжая ружье. – Опасности больше нет. Пока, во всяком случае.
- Ты спас меня! Спас! – по щекам Кузьмы текли слезы. – Спасибо тебе, спасибо! Все, что у меня есть отдам! Говори, что нужно? Зарплату не пожалею!
- Я потом скажу, - серьезно заявил Максим, разглядывая кобуру на поясе полицейского. – Ну, идем дальше? Надо найти генератор или что там создает аномалию.
- А разве мы его не взорвали?
- Это всего лишь одно из препятствий на нашем тяжелом жизненном пути. За мной!
И Максим с ружьем наперевес двинулся дальше.
Понемногу коридор уходил вниз. Он закончился широкой лестницей, которая вывела в тоннель с уложенными посередине ржавыми рельсами. Где-то далеко шумела вода. По стенам змеились толстые кабели.
- Это Метро-2! – прошептал Кузьма. – Я читал о нем в фантастическом романе!
- Не Метро-2, а объект Д6, - назидательно ответил Максим, удивляясь собственному занудству. – Вернее, какая-то изолированная его часть.
И Максим резво зашагал по тоннелю. Понемногу на полу появилась вода. Она поднималась, залила шпалы и дошла до головок рельсов. Если так пойдет и дальше, можно застрять: ведь пути назад нет.
Через несколько сотен метров тоннель повернул и вывел к платформе. Рельсы упирались в тупик. Над единственной аркой в дальней стене мерно покачивались две таблички: «Электростанции С, Д и Ж» и «Пожарные команды 1 и 2».
Рослый Максим уцепился за край платформы, подпрыгнул и забрался наверх. Подал руку невысокому Кузьме и помог ему вскарабкаться следом.
- Ура! Вот мы и на месте! Электростанции питают всю эту аномалию. Если мы их бомбанем, она схлопнется! – Максим едва не прыгал от нетерпения.
- А что будет с нами?
- Мы свалим. Ну… надеюсь, по крайней мере. Айда за мной!
Максим бросился к выходу и почти у самой арки сообразил, что не слышит за спиной шагов Кузьмы. Обернулся и увидел прямо перед собой голую старуху – мерзкую, в кровоточащих ранах, с отвисшей грудью и дряблыми бедрами. Ее тело источало отвратительный горький запах, от которого хотелось бежать из подземелья сломя голову. В узловатых пальцах огненной дугой сиял остро отточенный серп.
Старуха не обратила на Максима никакого внимания. Она, прихрамывая, двинулась
