Когда они добрались до трущоб, Беф по-своему распределил силы. Два человека — сирота и один из братьев — оставались у повозки. Фалко были сильные и, если что, могли постоять за товар, а второй мальчик был зазывалой. Пока с остальными они будут разносить персики по домам, параллельно будет работать и торговая точка. Так они быстрее всё продадут. Беф это придумал, когда они ещё ехали в порт.
— Ну, начали.
Продавцы разошлись в разные стороны, гружёные имперскими персиками под завязку. Надо сказать, некоторые жители уже слышали о вкусных фруктах за полцены и охотно покупали товар. Бывало, пытались торговаться и сбить цену. Эта игра нравилась Бефу, и если он видел преимущества в том, чтобы уступить, он уступал, но продавал больше по количеству, а иногда наоборот — видя, что покупатель побогаче, немного накидывал цену, чтобы вернуть деньги с предыдущей продажи. Бывало, его просто посылали в не самые приятные места, но он не обращал на это внимания.
К вечеру они почти всё распродали. Осталось пару ящиков.
— Это мы оставил себе, — сказал старший Фолко.
Беф согласился — они заслужили немного вкусняшек. Поговорив ещё немного, они погнали повозку к лагерю, выплёвывая за борт косточки. Все устали. Деньги приятно отягощали мешок. Было много мелочи. Они не рискнули всё пересчитывать на улице.
— Мы не туда свернули, палатки в другой стороне, — забеспокоился Беф.
— Всё нормально. Годо сказал пригнать лошадь к хозяину. Он там будет ждать.
Через четверть часа повозка остановилась. Выбежавший молодой конюх повёл лошадь в конюшню, а гостей попросил внутрь Годо, встретивший их у ворот. Хозяин дома — его старый друг.
— Ого, неплохая выручка, Беф, — довольно пощёлкивал пальцами Годо. — Здесь будет безопасней пересчитывать.
Они вывалили на стол огромную кучу септ и текко. В комнате остались Беф, братья Фолко и Годо. Монеты сортировались по своему номиналу в отдельные кучки. Когда денежные столбики аккуратно выстроились, словно армия игрушечных солдат, по всему столу, Годо быстро пробежался пальцами по всем и, закончив раньше всех, куда-то вышел. Беф не мог так быстро считать и поэтому всё ещё застрял на половине. Годо был опытным. Недаром он столько лет руководил цирком.
Дверь открылась, и вошёл мужчина с аккуратными усиками. Судя по всему, хозяин. Одет был хорошо и со вкусом, только не нравилась Бефу одна деталь — кожа этого человека словно стянута к пучку волос на голове, туда же тянулись и все морщинки. Словно череп поместили в туго затянутый кожный мешок. А в одном ухе еле заметно висела серёжка с кристаллом.
Беф закончил счёт и прикидывал свою долю. Странный человек подошел к столу и так же, как Годо, быстро всё пересчитал. Затем он достал мешочек с пояса и отсчитал несколько стопок фалеров. Это ещё зачем?
— Благодарю. — Годо смахнул фалеры и какую-то часть септ и текко себе в карман. — Ребята, мы уходим.
Бефальт, ничего не понимая, попытался забрать то, что было на столе.
— Нет-нет, молодой человек, — неприятно улыбнулся череп в мешке, — это уже не ваши деньги.
— Беф! — строже приказал Годо. — Пойдём сейчас же, на улице всё объясню.
Но он без объяснений уже всё понял. Они не вернут деньги Кляйну. Они и не собирались. Поэтому так ухмылялся младший Фолко, когда Беф жал руку капитану. Его обманули. Заставили всё продать и забрали деньги. Что-то защипало в носу.
Выйдя на улицу, Годо счастливо потёр руки и, достав сигару, быстро прикурил щелчком пальцев.
— Мы идём к Кляйну.
— Нет. — Директор выпустил колечко дыма. — Мы идём в будущее. Новые страны, города, народы — всё это ждёт наших выступлений, Беф. Забудь про Кляйна. Я думал, из тебя ничего не получится, но ты нашёл свой путь.
Они шли по редко освещённым фонарями улицам. Приёмный отец положил руку на плечо Бефальту и, жестикулируя сигаретой, рассказывал о перспективах.
— В тебе талант, Беф. Как я мог этого не заметить?
В спину что-то ударилось. Это старший Фолко кинул в него персиковой косточкой. Остальная компания засмеялась.
— Ты слышал, давай кончай там сопли пускать. Подумаешь, пожал руку.
Неожиданно Годо выписал подзатыльник задире.
— Не лезь в разговор, маленький кусок говна.
Всё сопровождение притихло.
— Бефальт, — сигарета снова задымила во рту Годо, — я научу тебя языку горима. Рон тоже займётся твоим образованием. На новой земле будет уйма возможностей для торговли. Понадобится твоя смекалка. Будешь узнавать что, где, по чём. Вот, кстати, твоя доля. — Приёмный отец вложил в руку мальчишки несколько септ, но тот даже не посмотрел на них. — Ты заслужил. Сам заработал. Деньги — это сила. Запомни.
— Я купил эти сигареты для дедушки Мио.
Годо посмотрел на уже начатую, как бы оценивая.
— У тебя отличный вкус, но Мио они не понадобятся. Ещё вчера он уволился.
— Как? — впервые за всё время оживился Беф. — Почему?
Директор безразлично пожал плечами.
— Не знаю. Наверное, слишком стар. Я отпустил его.
Стало как-то грустно. Мио всегда был рядом. С самого рождения. А теперь Беф должен уплыть без него.
— Куда мы идём?
— На корабль.
— На вы же ещё не купили билеты.
Годо выбросил остатки недокуренного табака.
— Всё уже готово к отплытию. — Он легонько ударил по мешочку с фалерами. — Мы ждали только тебя, мой друг.
Всё происходило слишком быстро. Ещё несколько часов назад он чувствовал опору под ногами. Знал, что ему делать и что будет, но сейчас он понятия не имел, что происходит. Ещё и Мио зачем-то ушёл. Это из-за него он так поступил? Беф сделал что-то не так? Ему хотелось поговорить со стариком. Хотя бы попрощаться. В последний раз увидеть его нахмуренную рожу. Негодяй.
Нет, это он негодяй. Его слово ничего не стоит. Сейчас Кляйн ждёт у пристани, чтобы расплатиться с купцом. Как же стыдно. Как он потом на него посмотрит? Накричит. Беф стерпит, но как же отъезд? Они никогда больше не увидятся. Точно. Он заработает денег на новой земле, вырастет и вернётся, чтобы отдать долг. Эта мысль его немного успокоила.
Их группа не отправилась напрямую в порт. Очевидно, Годо предусмотрел, что там они могут пересечься с Кляйном. Выйдя за пределы города, они пошли вдоль песчаной линии берега, пока не встретили ждущую их лодку. Корабль стоял поодаль. Полумесяц нежно освещал водную рябь, а нагретая за день земля готовилась отдавать тепло.
Сняв обувь, Беф прошёл по воде и забрался в лодку. Остальные тоже распределились по местам, и ждавший их моряк оттолкнул посудину, ловко запрыгнул внутрь и заработал вёслами. Потихоньку земля отдалялась. Мио, Кляйн, а где-то и его мама остались там. Что она сейчас делает?
Удар о корпус корабля, все поднялись наверх. Зычный голос капитана раздавал приказы. Расправлялись паруса, поднималась лодка, Годо отсчитывал деньги купцу. Новая земля. Да. Это и вправду происходит с ним? Там всё будет хорошо и голодать больше не придётся. Босые ноги шлёпали по деревянной палубе. Столько нового ждёт за горизонтом. Он остановился и положил руки на лакированный борт. Капельки приятно стекали по щиколотке. За спиной скулили канаты.
«Мама, не плачь».
Корабль пришёл в движение. Беф наполнил грудь воздухом.
«Я иду».
* * *
Нужно ли рассказывать, что младший Праст вернулся под утро пьяным в стельку, пуская слюни и еле волоча ноги? Марку было стыдно за свой промах. Ли упаковали в кровать, и Марк тоже вскоре заснул в твёрдом желании проучить сорвавшегося парня.
Утром он провёл сеанс и договорился с Хагеном о помощи всех слуг. Его полномочия стали более широкими: теперь дворянский отпрыск не сможет незаметно выйти из дома — каждый превратился в шпиона. Плюсом было ещё то, что Марк мог спокойно отлучаться в библиотеку, а не ходить хвостом за пациентом.
После завтрака пришла Найша и извинилась за вчерашнее. Марк не понял сначала, о чём она, но потом вспомнил про пропущенный урок анатомии. Богатый на события день вытеснил из памяти их договорённость. Её рано вызвала мастер на большой заказ. Девочка вертела туда-сюда головой — новая обстановка её восхищала. Марк подумал о том, что бы с ней было в доме Анарика.
