неоспорим — это очень красивый корабль. На мой вкус, по крайней мере.
Размеры «Великого кракена» приближены к «Ярости», флагману королевского флота, но, несмотря на это, весел на нём гораздо меньше, а банки с гребцами скрыты в корпусе корабля. Нос судна украшен грозной и искусно выполненной железной фигурой кракена, плавно перетекающей в таран. Корма судна, дабы уравновесить столь массивную конструкцию на носу, также украшена, но акростолем в виде рыбьего хвоста. Благодаря этим чертам «Великий кракен» идёт по волнам куда более плавно и заметно быстрее своих конкурентов из той же весовой категории… да, даже превосходя пресловутую красавицу «Ярость». Из парусного вооружения у флагмана Грейджоя было две мачты с большими прямыми парусами. Как я уже упоминал, судно было чёрного цвета, но не насыщенного, а скорее на грани серого, отчего можно предположить, что «Великий кракен» построен из морёного дуба. Прекрасный, крепкий, очень крепкий материал. А вот паруса уже выкрашены в насыщенный чёрный и украшены большими жёлтыми фигурами кракенов. И, доложу Вам, что эти детальные фигуры, выполненные яркой жёлтой краской, изображены со всеми качеством и умением, которые должны вкладываться в самую броскую визитную карточку флагмана.
Вдоволь насмотревшись на «кракена», я перевёл подзорную трубу на рядом идущий корабль с меньшими размерами и стремительным, хищным силуэтом. «Чёрный ветер» собственной персоной. Корабль, на носу которого меня ждал приятный сюрприз — хорошо знакомая мне девичья фигурка. Аша, в осанке и всём внешнем виде которой сквозило, что она ощущает себя уверенной и полновластной хозяйкой своего судна, обозревала округу через подаренную мною подзорную трубу. После долгой разлуки сердце кольнуло приятным волнением, а на губах расцвела улыбка. Расцвела, чтобы в следующий миг завять и исчезнуть, стоило только заприметить рядом с ней множество фигур в ярко-жёлтых и оранжевых одеяниях. С раздражением и максимальной допустимой для обращения с таким ценным инструментом резкостью я сложил трубу.
— Увидели что-то неприятное, лорд Ренли? — Стоящий рядом Бейлиш лучезарно улыбнулся, как никогда раздражая своим духоподъёмным настроением.
— Что-то… или кого-то, лорд Ренли? — Вторил старому «другу» Варис, вставший с другой стороны и без сомнений подмигнувший за моей спиной предыдущему вопрошающему.
Прибытие целого флота железнорождённых, — а это почти четыре десятка кораблей, — было событием нетривиальным даже по столичным меркам. Из-за этого посмотреть на подобное изъявил желание почти весь королевский двор. Стоило только кораблям Грейджоев замелькать на горизонте, как вся королевская рать бездельников и дармоедов высыпала на восточные стены Красного замка, в том числе и Ваш покорный слуга со своими кентами, с которыми мы быстро облюбовали неплохую балюстраду между Башней Белого Меча и Птичником.
— Незваный гость хуже дотракийца! — Осталось только раздражённо ответить моим злорадствующим товарищам.
— Верно подмечено. — Пожал плечами Варис, возвращая свой взор на корабли. — Но всё-таки Вы сами и позвали их, милорд.
— Это называется «вежливость», лорд Варис. — Процедил я сквозь зубы и, отдав трубу в руки Марика, последовал примеру мастера над шептунами. — Я, как вам обоим хорошо известно, направил такие же приглашения лорду Тайвину и лорду Мейсу. И вынужден отдать им должное, ибо у них хватило ума остаться дома, а мои письма проигнорировать!
— Видимо, Вы всё-таки заинтересовали Мартеллов своим брачным предложением… — зазубоскалил Бейлиш. Сволочь.
Все свадебные приготовления были завершены уже более недели тому назад, и в столицу уже стали прибывать первые гости. Очевидно, что большинство из них никто не приглашал, но таковы уж традиции и издержки… гости придут, гости должны быть должным образом приняты и они всегда за столом с хозяином. И совсем неважно, чего именно ты хозяин, шалаша или столицы. Вот и тянет, манит со страшной силой всякую благородную шваль сюда, чтоб посмотреть на свадьбу, одни только вести о которой вызвали столь много бурных скандалов. На первом месте завсегдатаи всех королевских попоек — лорды Королевских земель. Много «речников», прибившихся к свите Лизы Аррен. Представительная делегация из Долины, прибывшая под зубной скрежет Джона, с достаточно позитивным настроем. Разумеется, ожидается прибытие всех более или менее значимых знаменосцев из Штормовых земель. К удивлению, много гостей ожидается и из Простора. Напротив, ни от Севера, ни от Запада ожидать никого не стоит, если не считать редких залётных или оказавшихся «в интересное время в интересном месте» представителей. Само собой, не ожидались и дорнийцы. Кстати говоря, вот они! Плывут! Плывут… пекло их забери с Утонувшим на пару.
Слухи о том, какой кунштюк выкинули Мартеллы, пока у них гостили Грейджои со своими вассалами, достигли столицу стремительнейшим образом, многим испортив праздничное настроение и аппетит. В первую очередь Роберту. Увы, но король не из тех, кто смело смотрит в прошлое, ибо для такого маленького подвига от этого самого прошлого нужно сперва освободиться. Впрочем, это касается не только августейшей особы. Прошло почти два десятилетия, но Вестерос всё ещё помнит судьбу Элии Мартелл и её детей. Самое главное — помнят Мартеллы. И нужно ли говорить, что есть вещи, которые не прощаются никогда, нигде и никому? Об этом прекрасно знают и в столице, и в Утесе Кастерли. Знают и понимают, что ответочка неизбежна. Да что там… это ещё чудо, что Дорн до сих пор не откололся от королевства! А ведь если так подумать, то Роберт поднял восстание и за меньший повод. Тут, конечно, стоит отдать должное лорду Аррену и его дипломатии. И всё же… это не может не вызывать определенные вопросы. Например, что же было обещано взамен?
В одном можно быть уверенным — король не боится Мартеллов. О, совсем нет. Возможно, он даже немного жалеет, что они не подняли своего восстания, и что война, так близкая его сердцу, не продолжилась с новой силой. Но есть и кое-что ещё. Я абсолютно уверен, что Роберту попросту стыдно смотреть этим людям в глаза. Брату сестры, изнасилованной и растерзанной. Сестры, что была принесена вместе со своими детьми в жертву новой династии. Как рыцарю, как мужчине Роберту невыносимо об этом думать. Одно упоминание о жене и детях ненавистного Рейгара, заставляет Робрета вспоминать, как он отвратителен самому себе. Собственно, именно поэтому Тайвин всех и порешал. Ему был хорошо известен и понятен характер Роберта, который, напившись, проблевавшись, протрезвев да откиснув под влиянием Старка, пощадил бы и Элию, и её детей. Не сомневаюсь, Роберт пошёл бы на это… и заложил бы, таким образом, знатную мину и под новую династию, и под всё изрядно настрадавшееся Королевство. Риск. А в таких вещах лорд Ланнистер рисковать ох как не любит.
Мартеллы. Цель их прибытия достаточно туманна,
