думали разыскать и вас. – Добавила Флера - у госпиталя, на береговой линии, на стене – не думаю, что вы можете в такое время находиться где-то еще. – Командир готов был поклясться, что девушка издевательски ухмыльнулась.
- Ладно… Если вы правда искали меня, то… Пошли обратно. Жрать охота.
Дойдя до Цитадели, он прошел через бараки, ловя на себе обеспокоенные взгляды — без Халдыка определенно лучше никуда не выходить, бойцы у него нервные. Он поспешно отправился в свои покои, потому как не лукавил и очень хотел есть.
Он скинул сапоги, и по своей привычке подошел к своим доспехам, установленных на специальной стойке. Все было готово к бою.
Клаттер внес поднос со снедью в комнату.
- Простите, командир, все печи потухли, я не смог... подогреть.
- Ставь сюда, и присаживайся.
- Я, вроде как, ужинал...
- Вроде как, или ужинал? - Хелдор критически посмотрел на щуплого бойца — не то шоссы и дублет ему наконец подогнали по фигуре, либо же он все-таки немного поправился. Скорее второе — кормили его на убой, в этом ему протежировал Халдык. Но все определенно шло впрок — стал шире он в плечах, отнюдь не в талии. - Садись, я все равно не управлюсь.
Через четверть часа с поздним ужином было покончено, и Трубадур, поблагодарив, ушел с подносом восвояси.
Хелдор, раздевшись до исподнего, затушил все свечи, ложась спать. Где-то в своей каморке неподалеку загромыхал Халдык — эдакому силачу там было тесновато.
Когда вся Цитадель, кроме часовых, уснула, в его комнате вступила в свои права прямо-таки звенящая тишина. Хелдор долго не мог уснуть, ворочаясь с боку на бок.
А может, не надо было так с Альдой? Можно было спокойно все объяснить, да и кто знает, может, не стоило уходить... Она права, неизвестно, что будет завтра. Хаотично бегущие роились в его голове, ища выхода. Когда их стало так много, словно кроме них в комнате ничего не было -он почувствовал в ушах звон – словно кто-то коснулся посуды из хрусталя – но звук был много громче, после чего его вибрации достигли самого сердца.
Хелдор подскочил, словно ошпаренный, вспоминая:
В этот момент хрустальный шар, висевший над порталом, возник перед глазами Повелителя демонов, начав шипеть и сыпать искрами. Тот, злобно выдохнув, схватил сферу в ладонь и с силой сжал. Послышался звон бьющегося хрусталя, осколки впились в мозолистую красную ладонь, и незадачливый богоборец вдруг завыл от боли, отпустив Хелдора на землю.
В груди вдруг стало тепло. Кажется, те чувства к Альде, что помогли ему выбраться из самой Преисподнец, откуда возврата не было. Все воспоминания об Альде вдруг засияли новыми, свежими красками - и то, что было до путешествия за Грань – и после. Так, словно художник решил разом раскрасить все скучные наброски, оставленные на полях книги. Он ощутил, что каждый миг с Альдой приносил радость – и даже ее бесчестному поступку нашлось оправдание.
С глуповатой улыбкой Хелдор уснул, надеясь, что утро наступит как можно скорей – ведь он твердо решил, что обязательно дойдет до дома Альды и вновь признается ей в своих чувствах – так, как сделал это раньше.
В мире, недоступном почти никому, кроме него самого, Наставник бережно держал в руках сферу, переливающуюся всеми цветами радуги, критично осматривая ее. Ни трещин, ни зазоров. Пожалуй, ни один стекольщик или ювелир не взялся бы за такое. У Наставника была много талантов, но этот он раскрыл в себе впервые.
-Теперь не должна разбиться. Чего бы ни случилось.
Нервы были взвинчены до предела — Рен, хоть и успел прикорнуть после обеда, чувствовал себя чертовски усталым. Он давал своим людям отдых, но про себя, кажется, забыл – подчас днюя и ночуя все смены сам. Сейчас за ограждениями было около трети вверенных ему людей, которые лениво перекликались время от времени.
На стенах бдели часовые, пара воинов из них были эльфами, насколько он знал — один, как он полагал, посматривал с башни и на реку. От него уже пришла весточка о том, что рейдеры приволокли к берегу плоты. Завтра они, вкупе с ладьями викингов, принесут немало проблем. Впрочем, с помощью плотов тоже надо суметь преодолеть их заграждения...
Ладьи викингов тоже были готовы, однако в лагере уже гасли костры и все замирало.
Неожиданно командир охранения услышал, как кто-то, запыхавшись, вбежал в башню, где он находился, и стал спешно карабкаться по лестнице. Рен повернулся, когда люк был с грохотом, откинут.
На площадке перед ним стоял боец городской стражи, он бежал очень быстро, несмотря на надетое на него снаряжение — теперь он с трудом мог отдышаться.
- Это ссс... странно, но отряд гномов готовится к штурму нашего участка, порядка шести сотен.
- Вот как? Одни?
- Эльфы говорят, что больше никого не видно...
- Это странно, не помотать ли они хотят наши нервы... Думать некогда, спускаемся.
- Куда, ком..командир?
- Моих разбудим, да пошлю вестового до стражи, пусть вышлют отряд.
Рен на должности командира не особо лютовал, однако несколько учебных тревог устраивал — и не зря. По сигналу дозорные встрепенулись, подбрасывая в жаровни поленья и нахлобучивая шлемы. Отрытое пространство, которое в ночи выглядело россыпью тлеющих огоньков, в мгновение преобразилось. Огонь разгорался, освещая готовых к бою воинов и врытые в землю укрепления.
Рен, трубя в рог и взяв себе нескольких человек в помощники, входил в дома, где были расквартированы ополченцы и стражники, будя их, где надо, и пинками. Воины терли глаза, шарили впотьмах оружие на стойках и снаряжались к бою.
У стены и у берега что-то происходило.
