должен тебе признаться. А ты своим упорством и бесстрашием понравилась.
Шея уже совершенно не болела. Горыныч – а это был именно горыныч, не змиулон, теперь в этом не было никаких сомнений – явно знал толк в лекарском искусстве. Приятно когда тебя лечат, чего уж там, а то все сама да сама…
- Спасибо, - поблагодарила я горыныча, осторожно поворачивая голову из стороны в сторону. Нет, совершенно не болит.
- На здоровье, девица.
- Хессения, наследная Йагиня.
- Да скумекал уже, пока тебя сюда нес. Больно лицо твое знакомое! Чай, родственница Раифе-то?
- Внучка.
- Как быстро бежит время! – воскликнул горыныч. - Дети растут, а мы стареем! Кажется, еще вчера мы с Раифой изгнали с Матери Сырой Земли целое поселение василисков! Она была такая маленькая, худенькая, тщедушная, ручки-веточки… Непонятно, в чем душа держится… И как только сдюжила, ума ни приложу, - доверительно поведал он мне. - И тогда все поняли, что Посвящение ей получить, как два пальца о плетень, прошу пардону, как говорят в главном темном семействе.
Я только удивленно хлопала глазами.
Вот так встреча!
А бабуля ничего такого не рассказывала.
Судя по тому, что горыныч рассказывает о ней, как о ребенке, нет, скорее подростке, это все было до ее поступления в Университет Темных Сил. А что это за главное темное семейство? Наверно, семья Авлата. Ай да горыныч! Ай да бабуля…
- Надо же, я еще не представился, рекомендую, Сеня – Илеша Горыныч! – змей слегка поклонился. - М-да, славное было время – не вернуть. Вот сразу мне твое лицо, девонька, знакомым показалось!
- Ага, показалось, как же! Если б я не поспел, и не передал тебя личную просьбу Йагини Раифы, ты бы, крокодил ископаемый, и не почесался, поди! – раздался хорошо знакомый голос, и я подпрыгнула от неожиданности: в пещеру кубарем вкатился коловертыш и кинулся ко мне, обниматься.
- Даня! Ты ли это! Ты же у Деваны! А как же там дети без тебя! – я говорила, прижимала к себе теплый, пушистый комок, и думала – ну что за чушь я несу. Как будто, кроме Дани, детей там защитить некому.
- Я думаю спесивые богини, не умолкающие ни на минутку лесные девы и охальный песиглавец как-нибудь без меня с юными волшебниками справятся, - сообщил маленький негодяй. Нет, все-таки у нашего коловертыша отвратительный характер. Ни слова без ругани!
- Ты это брось, лесной бесенок, - укоризненно сказал ему Илеша. - Сеню твою я и сам думал, как вызволить. И наказ Раифы здесь ни при чем.
- А я видела вас, тебя… - я запнулась, не зная, как правильно надлежит обращаться к змею, а потом плюнула на культурные рамки. - Видела тебя, очнувшись в башне Чернобога – и в первый, и во второй день. Думала, ты у него на службе.
- Горынычи никому не служат, не хватало еще, - обиделся Илеша. - А что оказался рядом, так была на то причина.
- И чем ты отличаешься от песиглавцев-наемников со своей причиной? – оскалил зубы коловертыш.
- Ценой, - улыбнулся горыныч. - Хоть мы и родственники, а взял я с Черного полную плату за охрану башни. Только время моего найма истекло, продлить не удосужились, а теперь я и сам не хочу. Откуда ж мне знать-то было, что родственничек мой совсем с ума сбрендил, да черным ритуалом решил побаловаться? Да еще и внучку моей дорогой подруги Раифы сюда приплел?!
- Илеша, змеюшка, - взмолилась я. - Ничего не понимаю. А ты, Даня, помолчи. Пусть Горыныч объяснит мне, что да как! У меня голова кругом от пережитого за последние дни. А ведь столько дел – и Динеке спасти, и Лиодора с остальными найти! Или подождать, пока он сам меня найдет!
- Смелая я смотрю опять стала, - пробурчал коловертыш. - Сама спасись сначала. Думаешь, Черный на тормозах все спустит? Размечталась, жди, - и, обернувшись к горынычу: - Давай, Илеша, расскажи ей.
Илеша Горыныч начал издалека.
- Горынычи, Сеня, как и змиулоны – хоть и дальние, а все ж таки родственники Чернобогу. Хоть и не очень приятно это признавать, а сила наша отчасти им дана. Не зря его самого Черным Змеем кличут.
- Он говорил называть его Змеем, - вспомнила я.
- Это одно из его имен, - согласился Илеша, - Кощей, Чернобог, Черный Змей, Повелитель Тьмы и Нави, владыка Пекельного Царства, воплощение безумия, квинтэссенция пороков и всего черного в мире. Не надо недооценивать его значение. Пусть сейчас он не выходит за рамки подписанного им со светлыми богами мирного договора, он никогда не остановится в своих безумных разрушительных помыслах. Теперь я вижу, что с помощью черного ритуала он намерен прибрать Землю к рукам, воцарить на ней хаос и злобу, вдосталь натешиться спущенными с цепи пороками и прочей мерзостью. И это, заметь, без нарушения договора, поскольку он – сам – ничего делать не будет. Выпущенная на свободу магическая энергия семи волшебниц, пройдя преломление его черной силой, забудет о своей изначальной природе и превратится в единый поток зла, остановить который не смогут даже боги.
Я открыла рот и закрыла его снова. То, что рассказывал Илеша, было чересчур невероятно. Но каким-то образом знала, змей говорит правду.
- Что с Динеке? И остальными девушками? Неужели они… уже?
Я боялась даже подумать об этом.
- Нет, что ты, - успокоил меня Илеша. - Их здесь нет, но они живы, это точно. И за мужа не переживай. Они с Авлатом обязательно что-нибудь придумают.
- Уже придумали, - мрачно сообщил Даня. - Только им сюда сунуться сейчас – все равно, что добровольно в котел со смолой прыгнуть.
- Тебе время надо тянуть, Сеня. Светлые боги спешно
