Два стремительных прыжка — и монстр врубился в наши порядки, буквально отрывая башни у пытающихся стрелять в упор танкеток, прошибая пальцами броню и разрывая её ладонями, словно бумагу. Что уж говорить об обычных пехотинцах… Поломав всю технику, которая оказалась у него на дороге, лич дорвался до лакомой живой плоти. И мгновенно забрызгался кровью, весь — от костлявых ступней и до голой черепушки с пустыми глазницами.
Такими темпами уничтожение всей моей армии было только вопросом времени, ведь лича обычным оружием не убить, можно только временно затормозить его движение. Горькая ирония — Кащеевых мы выбрали своей целью именно потому, что посчитали их способности довольно слабыми… Но это оказалось критической ошибкой. Или же просто огромным невезением. Ведь кто мог знать, как всё повернётся? Не каждый некромант, даже обладая необходимыми навыками и достаточной силой, согласится лишить себя телесной оболочки.
Если кто-то и пойдёт на такое, то лишь в самой безвыходной ситуации. Видимо, мы сами виноваты — спровоцировали Кащеевых, загнав их в угол…
Единственная хорошая новость: благодаря дрону мы проследили за завершением ритуала, и видели, куда лич дел свою филактерию, большой мутный шар со слабо светящимся содержимым: её подобрал старый слуга. И тут же понёс куда-то внутрь, нырнув в одну из неприметных дверей… За которую наш разведчик, увы, уже проникнуть не смог.
Поэтому лич ещё не успел начать свою кровавую жатву, а я уже отдавал команды Титу и Луцию. А «Косатка», напитав щиты, двигалась вперёд, игнорируя так до сих пор и не подавленные до конца зенитные турели.
Вместе с тамплиерами мы бегом сбежали в трюм. И только подлетели к поместью — на всякий случай с противоположной стороны от той, где резвился лич — тут же выпрыгнули наружу.
У меня не было времени искать и надевать на себя скафандр или хотя бы десантный ранец, поэтому спускаться пришлось в крепких объятиях Луция.
Тамплиеры синхронно рухнули вниз, без труда погасили инерцию у самой поверхности, зависнув на тяге реактивных струй — и тут же, наклонившись, ракетами устремились вперёд. Выбив окно, мы влетели прямо в нужный нам коридор, где перед закрытой дверью беспомощно крутился диагностический дрон.
Все эти манёвры не остались незамеченными. Лич тотчас осознал величину грозящей ему опасности, прекратил избиение младенцев и со всех ног припустил обратно в сторону поместья. Но так как побежал он напрямик, даже не пытаясь запутать возможных стрелков — прекрасно подставился. Я успел дать команду оставшимся в строю роботам и танкеткам стрелять, причём на сей раз с опережением, в точку прямо по ходу движения нашего неуязвимого врага. Огненный шквал сбил его прямо в полёте, отбросив далеко в сторону и подарив нам немного времени.
С ходу вынеся несчастную дверь, мы оказались у ведущей вниз лестницы, и тут же со всей возможной скоростью рванули вниз. Тит прямо на ходу схватил нашего разведчика — его способности могли нам вскоре понадобиться.
Вот только, куда запропастился окаянный слуга с филактерией своего господина, было совершенно непонятно. Двери были практически на каждом пролёте лестницы, и какую из них выбрать, я не имел ни малейшего понятия — все они выглядели для нас одинаково.
А лич был всё ближе, сумел ускользнуть с линии огня, и уже нырнул внутрь…
Будто прочитав мои мысли, Луций рявкнул:
— Тит, прикрой!
Тамплиер отвечать ничего не стал — молча развернулся и вместо того, чтобы продолжать спуск, начал возвращаться назад. Только перекинул Луцию нашего несчастного дрона.
После этого мы продолжили бег по ступеням. И через пару пролётов нам внезапно повезло. Мы успели спуститсья на такую глубину, где, видимо, никто обычно не бывал… И в пыли, подсвеченной вмонтированными в бронескафандр Луция прожекторами, мы отчётливо различили вереницу следов… Ведущую к очередной запертой двери, которая напоминала внешним видом скорее створку сейфа.
Удары тамплиера, усиленные сервоприводами брони, не смогли снести её петель. Отстранив телохранителя, я вызвал плазменный меч и с немалым усилием погрузил его в толстое железо на всю глубину, после чего повёл им вокруг, вырезая замок.
Сверху раздался грохот. Тит встретил лича, поливая его из всех стволов, и заставил отступить. Ещё и вызвал обвал — к несчастью, тварь успела уйти из-под него, иначе упавшие сверху плиты могли бы её изрядно задержать, если не остановить.
Дождавшись, когда я закончу, Луций вновь ударил дверь. На сей раз она без проблем распахнулась настежь, открывая нам очередной коридор… И цепочку следов в так удачно выручившей нас пыли.
Сражение наверху разгоралось всё жарче. Лич смог миновать завал, проломившись сквозь куда более тонкую боковую стену, потом сквозь ещё одну, прорвался сквозь шквальный и очень точный огонь Тита… И сошёлся с ним врукопашную.
И вот тамплиер отчаянно отбивался, а неуязвимый монстр наносил удар за ударом, оставляя вмятины на прочнейшей и усиленной рунами броне. Нам надо было очень-очень спешить…
Ещё одну дверь мы открыли уже отработанным способом, потратив на всё про всё не больше десяти секунд.
С другой стороны нас встретил могильный холод и звон цепей. Прикованные к стенам скелеты — причём, не человеческие, а каких-то особо крупных и зубастых тварей — хотели попробовать нас на зуб… Но Луций расстрелял их всех в упор, превратив в груду дымящихся и очень вонючих, а самое главное — безобидных костей.
Вот только мы опоздали. После очередного удара Тит упал — поганый лич, перехватив руку тамплиера, просто оторвал её от тела, а затем и вовсе пробил нагрудную пластину скафандра вытянутыми пальцами свободной руки.
Не останавливаясь, он тут же кинулся за нами вслед…
— Я задержу, — коротко и безэмоционально, как всегда, кинул Луций. И развернулся назад, к преследующей нас воплощённой смерти, как незадолго до этого сделал бедняга Тит. Без всяких сомнений, колебаний и ненужного пафоса. Эти люди просто делали то, для чего были созданы, выполняли свою работу…
Мне ничего не оставалось, кроме как со всех ног кинуться вперёд. Спасение заключалось в скорости и только в ней. Причём, речь уже шла не просто о получении каких-то преференций — нет, ставки повысились, и вопрос теперь стоял о моём возвращении в Преисподнюю и возможной потере всего, чего я смог за последнее вермя добиться…
Ещё одну дверь я вскрыл в рекордные сроки. Со спины донеслось несколько взрывов — Луций последовательно заваливал коридор позади нас, даже не задаваясь вопросом, как сами будем из всего этого выбираться… Если выживем.
Толкнув тяжеленную створку, я практически тут же налетел на слугу.
Выстрел, которым он меня поприветствовал, принял на себя мой щит. Я прямо на ходу, одним ударом меча, развалил старика на две дымящиеся половинки, и через несколько прыжков оказался возле сферы филактерии.
Лич прорвался сквозь завалы и уже набросился на Луция, когда я ударил проклятый шар и разбил его. Слабо фосфоресцирующая субстанция растеклась прямо по полу, а вверх поднялся хоровод звёздочек, такой густой, какого я никогда ещё не видел.
Протянул руку, всасывая Силу — оставлять её бесхозной сейчас было бы полнейшей глупостью.
Меня тут же скрутило сильнейшей судорогой. Так мощно не накрывало, наверное, ещё никогда…
Но я постарался как можно скорее взять себя в руки, шатаясь встал и, держась за стеночку, побрёл назад. Ведь ничего ещё не закончилось.
Глава 39
Тит выжил.
Лич не страдал какой-то там ненужной гуманностью, бил наверняка. Но опытный тамплиер сумел в последний момент отклониться, совсем чуть-чуть — и этого хватило, чтобы удар из смертельного превратился в просто опасный.
Системы покорёженного бронескафандра, несмотря на аварийное состояние, запечатали места ранений кровоостанавливающей пеной. Автодок вколол лошадиную дозу обезболивающего… Но несмотря на всё раненый балансировал на грани. К счастью, до него смогли оперативно добраться, перетащили на «Косатку» и поместили в одну из наших медицинских капсул, после чего состояние стабилизировалось, и был запущен процесс восстановления.
