class="p1">Я уставился на нее. Блин, дело плохо. Она никогда не спрашивала о тренировках.
– Отлично, – устало ответил я. – Что тут происходит?
– Ты проголодался, Джонни? – спросила она, игнорируя мой вопрос, и пошла к плите. – Я приготовила ростбиф с перечным соусом.
Качнув головой, я подошел к столу и выдвинул табурет.
– Ох, ничего себе… – пробормотал я, увидев, что правый глаз Джоуи распух. – Кормак хорошо тебе врезал.
– Ага, и я тебе тоже неплохо, – огрызнулся он, показывая на мою распухшую губу. – Извини. – Скривившись, он добавил: – Слабые навыки коммуникации.
Я отмахнулся:
– Ладно, а сейчас в чем дело?
– Я немного в дерьме, Кав, – с бесстрастным видом произнес Джоуи. – Вот в чем дело.
– Ну да, это я понял. – Я оперся локтями о мраморную столешницу и вгляделся в его замкнутое лицо. – Тебе что, предъявляют обвинение?
– Никаких обвинений не будет, – уверенно ответила за него мама. – Твой отец все уладил.
Я вскинул брови:
– Он тебя снял с крючка?
Джоуи растерянно пожал плечами.
– Похоже на то. – Он бросил на меня странный взгляд, и клянусь, я увидел в его глазах страх, прежде чем завеса упала и он отвернулся. – Если верить твоим родителям.
– А где твоя мама? – спросил я, готовясь к резкому отпору, который мог последовать за подобным вопросом. – Она приезжала за тобой в полицию?
Джоуи посмотрел на меня, и я прочитал его взгляд: «Ты сам-то как думаешь, мудила?» Меня переполнило сочувствие.
– Она работает, – коротко объяснил Джоуи. – Не дозвонились.
– Звонил директор Туми! – провозгласил папа, врываясь в кухню с телефоном в руке. – Совет школы вечером провел экстренное собрание.
Я напрягся.
– И что?
– И Белла не вернется в Томмен, чтобы закончить этот школьный год, – ответил папа.
Джоуи шумно, нервно выдохнул:
– Слава богу!
– Ей позволят сдать выпускные экзамены в одной из местных школ, но в Томмене ее не ждут. Ее шкафчик освободили, телефон отобрали, все фотографии Шаннон стерли, – объяснил папа, кладя собственный телефон в карман. – Наташа О’Салливан и Келли Данн отстранены от занятий на неделю за участие в инциденте – хотя по просьбе Шаннон и после долгого обсуждения обеим девушкам позволят вернуться в Томмен после наказания и разрешат сдать там экзамены.
– Отстой! – одновременно рявкнули мы с Джоуи – и тут же посмотрели друг на друга и нахмурились.
– Спокойнее, ребята! – сказал папа. – Это хороший результат.
Мама подала ему кофе, и он поцеловал ее в щеку, прежде чем снова обратиться к нам.
– Исключите эмоции из уравнения и посмотрите на результат трезво: это победа.
– А Кормак? – спросил я, уставившись на отца. – Как ты от него отбился? Он прямо горел желанием выдвинуть обвинения…
Папа подмигнул:
– Я нашел убедительные доводы.
– Ну, блин… – Я был впечатлен. – Напомни как-нибудь, чтобы я никогда не выступал против тебя.
– Но не все новости хороши, – предупредил папа, обращая серьезный взгляд на Джоуи. – Тебя все-таки исключили из Баллилагинской муниципальной школы. Видимо, ты уже получил последнее предупреждение, тебя отстраняли семь раз только в этом году и бесчисленное количество раз начиная с первой недели первого года. – Папа дернул галстук, ослабляя его. – Я сделал что мог, Джоуи, но они не уступали. Акт насилия на территории другой школы, когда ты был в форме БМШ, противоречит их политике и наказывается немедленным исключением.
Джоуи устало пожал плечами:
– Все нормально.
– Нормально? – Я вытаращил глаза. – Но ты же в следующем месяце должен был получить выпускной аттестат!
– Не важно, – пробормотал он.
– Нет, важно, – возмутился я. – Охрененно важно!
– Я все равно не собирался учиться дальше, – ответил Джоуи. – Так что пофиг.
– Какого хрена, Джоуи? – рявкнул я. – Это важно! – Я повернулся к отцу. – Ты можешь что-нибудь с этим сделать?
– У меня связаны руки, сынок, – вздохнул папа. – У Джоуи такой список нарушений, что Гибси рядом с ним кажется ангелом. Они категорически не желают обсуждать его возвращение в школу, даже только на сдачу экзаменов.
– А Томмен? – вмешалась мама.
– Томмен – частная школа, милая, – ответил папа.
– А какая-нибудь другая общественная школа? – предположил я.
– Только не в этом округе, – сказал папа. – По крайней мере, никакая бесплатная.
– А в городе?
– Да ни одна школа меня и на пушечный выстрел не подпустит, – без выражения произнес Джоуи. – Твой папа прав, Кавана. У меня ошеломительный список нарушений, никто меня не хочет, но это и не важно, потому что мне плевать. Так что не трать зря силы на обсуждение.
Я посмотрел на отца, и он коротко кивнул в подтверждение.
– Господи, – пробормотал я, роняя голову на руки, – это же катастрофа.
– Пожалуйста, можно мне воспользоваться вашей ванной комнатой? – спросил Джоуи, вставая и глядя на мою мать.
– Конечно можно, Джоуи, – сдавленно ответила мама. – И незачем спрашивать, милый.
Напряженно кивнув, Джоуи пошел к двери, но задержался.
– Спасибо, – тихо произнес он, оглянувшись. – За все.
– Никаких проблем, Джоуи, – ответил папа. – Помни, что мы говорили. Предложение в силе, и это бессрочно.
Слегка кивнув, Джоуи пробормотал:
– Я подумаю.
Он исчез в коридоре. Но через несколько секунд хлопнула входная дверь.
– Не надо! – предупредил папа, когда мама рванулась к двери. – Оставь его в покое, Эдель.
– Но кто о нем позаботится? – резко спросила мама, разворачиваясь и яростно глядя на моего отца. Ее глаза были полны слез, голос звенел от избытка чувств. – Ну? Его собственная мать не потрудилась явиться в полицейский участок, чтобы узнать, как он, Джон, а его отец психопат. – Ее плечи поникли, она тяжело вздохнула. – В этом мальчике есть нечто особенное, но он растерян, и, если никто не вмешается и не поможет ему, он никогда не найдет дорогу назад!
– Я слышу тебя, милая, правда слышу. Но по закону он взрослый.
– Он ребенок, Джон! – возмутилась мама. – Он надломлен, он малыш в ловушке взрослого тела, и мы ему нужны!
– Эдель, я знаю…
– Это не конфеты на выбор, – продолжала мама, не давая отцу вставить слово. – Ты не можешь выбрать то, что нравится, а остальное бросить в коробке. Их пятеро, они сломлены, изувечены, растеряны, и я хочу их всех!
– Линчей? – До меня начало доходить, и я разинул рот. – Ты их забираешь?
– Я их забираю! – решительно подтвердила мама. – Всех.
– Господи!.. – пробормотал папа, проводя рукой по волосам в явном раздражении. – Не знаю, как я вообще выживаю в этом доме с двумя бульдозерами!
– Отличная еда и великолепный секс – вот как, – мгновенно огрызнулась мама.
– И то верно, – усмехнулся папа.
– Притормозите, блин! – выдохнул я. – Кто-нибудь, объясните мне, пожалуйста, что за херня тут вообще происходит?
– Следи за языком! – прикрикнула на меня мама.
– Если бы ты знала хоть половину того, что
