горе идти, да по какой тропинке, да куда сворачивать, и, самое главное — как пещеру найти.
— Ой, сеньор, да там все просто… для того, кто знает, конечно. Там куст такой приметный и скала…
— Вот и молодец, вот и расскажешь… А потом договорчик с тобой составим… так, на будущее. Не думай, уж мы-то в обиду тебя не дадим, мы не какие-нибудь там бездельники благородные!
— То-то и оно, что бездельники, господин.
— Ну вот и славненько, вот и договорились… Сейчас писарь придет — все ему и обскажешь, Росинта.
Меньше чем через неделю на столе перед Громовым лежал искомый список — конечно же, не оригинал, а копия, Мигель все ж был опытным агентом и, вполне здраво рассудив, что не нужно устраивать переполох раньше времени, вернул шкатулку со списком на место.
С волнением изучив список, Андрей, как и ожидал, увидел там имена почти всех своих знакомых дам из высшего общества, а также некоего «капитана Алонсо Гаррига», занимавшего пост «барона» полгода назад. В данном случае звание капитан означало — хозяина корабля! Принадлежащее Гарриге торговое судно «Красный Барон» тоже упоминалось в списке, наряду с земельными владениями баронессы Амалии или замком графини Эжены дель Каррахас.
Итак, Алонсо Гаррига! Следовало осторожненько расспросить о нем моряков, что лейтенант и поручил все тому же Мигелю с его белобрысыми помощничками, сам же, вместе со славным капитаном Педро Кавальишем, отправился на аудиенцию к губернатору Мендозе. Конечно же, друзья отправились туда не сами по себе, просто господин губернатор живо интересовался ходом расследования убийства откупщика… и был очень этим расследованием недоволен, устроив подчиненным хороший разнос.
— Плохо, плохо работаете, господа! Медленно! У вас что — даже подозреваемых нет? К чему тогда эту дурацкую секту накрыли?
— Есть подозреваемый, а как же, господин барон! — Громову наконец-то удалось вставить хоть слово.
Бывший судья желчно покривил губы:
— И кто же это, интересно знать?
— Некий сеньор Алонсо Гаррига. Владелец торгового судна, которое так и называется — «Барон Рохо»!
— О господи-и-и, — застонав, губернатор обхватил руками голову, казавшуюся огромной из-за пышно взбитого парика. — Опять эта секта! Мне кажется, вы не там ищете, господа. У меня вот есть сведения, что к убийству несчастного дона Кадафалка причастны иезуиты!
— Иезуиты? — капитан с лейтенантом удивленно переглянулись.
Барон де Мендоза наставительно поднял вверх указательный палец:
— Да-да, иезуиты! Вот кого бы нужно вам потрясти со всем пристрастием.
— Да, но… — капитан Кавальиш уныло подкрутил усы. — Ведь никаких иезуитов в городе нет, насколько я знаю.
— Явных — нет, — усмехнулся Мендоза. — Но несомненно, имеются тайные. Их просто нужно найти, а не тратить драгоценное время на разные там секты, понапрасну тревожа уважаемых в обществе людей.
Получив столь ценные указания, приятели вернулись к себе на гору Монтжуик, по пути кляня начальство в хвост и в гриву. Иезуиты, как пояснил уже в крепости за стаканом вина, капитан Педро, поддерживали в этой войне кандидатуру Филиппа Бурбона и, после взятия Барселоны англичанами, просто сбежали в Мадрид или еще куда-нибудь.
— Да что они, совсем идиоты, здесь оставаться? — патетически вопрошал Педро. — Давно б уже всех арестовали, а многие бы болтались в петле.
Громов ничего не говорил — думал, насколько это было возможно сейчас, за стаканом вина. Образ иезуита в начале просвещенного восемнадцатого века — это вовсе не жаждущий крови еретиков упертый фанатик с пылающим, как у «старых большевиков», взором, а человек вполне образованный, интеллигентный, умный… и вместе с тем не знающий жалости в своих тайных орденских делах.
Тот визитер… и стрелок с мушкетом… если это один и тот же человек — то почему б ему не оказаться иезуитом? Секта «Барон Рохо» — несомненное антихристианское зло, вот проклятый иезуит и воспользовался Андреем, по сути, подставив его… а заодно — и несчастную баронессу Бьянку! Могло так быть? Да конечно могло. Только вот Громов даже лица незнакомца не видел, а по голосу вряд ли сможет узнать. И что остается делать? А ничего! Искать, как искал, капитана Гарригу. Правда, нынче придется действовать самому, без агентов — не надо посвящать в поиски лишних людей, тем более что по-каталонски молодой человек уже говорил достаточно бегло, и даже освоил кастильский.
И все же, по здравому размышлению, для начала Андрей отправил в гавань слугу — просто пошататься да пособирать сплетни. Жоакин явился еще до обеда с разбитым носом — зарядили в какой-то таверне в лицо, едва только услышали о капитане Гарриге.
— Видать, редкостный поддонок этот капитан, — покачал головой сеньор лейтенант. — Раз уж тут его так «любят». Впредь нужно быть осторожнее. И кто тебя ударил, запомнил?
— Да уж запомнил, — смыв под рукомойником кровь, Жоакин обернулся и шмыгнул разбитым носом. — Хозяин таверны «Два креста» — жилистый такой, чернобородый, бывший матрос или даже боцман.
— Откуда знаешь, что матрос? — насторожился Громов.
— Да видно, — Жоакин пригладил волосы. — Широкие плечи, рыжая, с проседью, борода. Ходит вразвалочку, на левом запястье татуировка — якорь, да и зовут его все — Камило Моряк, ага.
— Так-так, — надевая кафтан, покивал молодой человек. — Камило Моряк, значит? Таверна «Два креста». Это где?
— Ближе к рыбацкой деревне, сеньор.
— Ага, знаю. Тот еще райончик!
— Вот и я о чем! — сверкнув глазами, вскинулся парень. — Вы что же, господин, собираетесь пойти в эту чертову забегаловку один? Нет-нет! Я пойду тоже.
— Сидеть! — приказал сеньор лейтенант строгим и непререкаемым тоном, каким обычно говорит с новобранцами какой-нибудь старшина или сержант-сверхсрочник. — Тебя там запомнили, нос, вон, разбили. Хочешь, чтоб оторвали голову или, скорее, сунули под сердце нож?
— Но сеньор…
— Молчать, я сказал! И никогда не смей прекословить. Лучше скажи, что этот Камило за человек? Я знаю, парень ты наблюдательный и неглупый.
Весьма довольный хозяйской похвалой Жоакин смущенно потупил взор и улыбнулся:
— Ну само собой, кое-что я заметил, ага. Там такой двор за таверной, просторный, как паперть. Во дворе старый баркас, и большая кадка с водою — местные мальчишки пускают там кораблики, старик Камило это дело любит, частенько выходит, курит свою трубку, смотрит, мальчишкам советы дает.
— А про матросское прошлое свое не рассказывает?
— Я не слышал, — слуга покачал головой. — Думаю, даже и вспоминать-то не любит: что-то у него там произошло нехорошее с капитаном «Барона Рохо».
— Это ты с чего так решил? Впрочем, вижу…
Потрепав парня по плечу, Громов наказал ему пополнить запасы вина и, спустившись вниз, вывел из сарая служебную лошадь. Все ж таки хорошо, что он находился сейчас на королевской службе — пусть жалованье никогда вовремя не
