class="p1">— Из ваших? Вы имеете в виду своих потомков? — уточнил он.
— Именно так.
— Я мало что знаю о своей семье. Мне неизвестно, были ли среди них ирландцы.
— Ты сирота?
— Вроде того, — ответил Натэниэл. При этих словах он сжал мою руку. Дев коснулся его лица и шеи, ощутив его потребность в тактильном контакте. Никогда не думала, что Натэниэла может беспокоить тот факт, что он не знает своей родословной.
— Многие из нас ничего не знают о своих семьях, — добавил Домино.
— Вы с мистером Флинном могли бы сойти здесь за фейри благодаря вашим волосам и глазам, потому что у большинства из нас есть некие отличия, но ваша энергия нам не родная. — Затянутый в черную перчатку палец Ним указал на Натэниэла. — Но этот ощущается как родной.
— Я правда не знаю, есть ли во мне ирландская кровь, — напомнил он.
— Твои глаза могут быть нашей отличительной чертой.
— У тебя такие глаза, а мне достались собачьи уши, — с улыбкой произнес Слэйн, и я не могла сказать, жалуется он или просто подмечает.
— Я хочу больше знать о своей семье, — сказал Натэниэл, — но мы пришли сюда для того, чтобы узнать о вампирах и проблемах с местной магией.
— Вы не знаете, из-за чего это происходит? — спросила я.
— Неприятно это признавать, но нет.
— Эта встреча в основном нужна была для того, чтобы они могли увидеть тебя и почувствовать твою магию, Блейк, тебя и всех вас, — сказал Фланнери.
— Это было познавательно, но раз ты знал, что они не помогут расследованию, мы разве не потратили дневное время впустую? — поинтересовалась я.
— Многие из моих людей не верили, что некромант, да еще и тот, который планирует выйти замуж за вампира, будет желанным гостем здесь, в Ирландии, — заметила Ним. — Они не верили, что ты нам поможешь. Мы опасались, что ты усугубишь ситуацию, но мой племянник сказал, что приведет тебя к нам, если поймет, что твоя сила окажется позитивной магией.
— Кузен сказал, что у вас энергия жизни и фертильности, а не смерти, — сказал Слэйн.
— Я стараюсь, но я правда поднимаю мертвых. И не стану скрывать, что я — некромант.
— Я видел кое-что на Ютубе о прошлогодних событиях в Колорадо, — признался Слэйн. — Ваши способности легендарны, миз Блейк.
— Я все еще не знаю, как реагировать, когда люди говорят мне такое, — призналась я в ответ.
— Это всего лишь правда, — сказала Ним. — Прими ее и перестать ее стыдиться.
— Постараюсь, — ответила я.
Она улыбнулась.
— Толку от нас было мало, так что мы отпускаем вас, чтобы вы не тратили больше световой день, потому что я боюсь за наш город, когда на него опускается ночь.
Я кивнула:
— Я тоже.
Она поднялась на ноги, и Слэйн с Фланнери рванулись ей помочь. Не знаю, было ли это признаком уважения или ей правда нужна была помощь, но Никки поднялся со своего места, как будто тоже хотел помочь, и мы все поднялись, при этом я ухватилась за руки Дева и Натэниэла. Пистолет мне сейчас не помощник, в отличие от сил Дева. Спрошу у него, когда мы останемся одни, что именно он сделал и откуда он знал, что надо делать, но не сейчас.
Тетушка Ним навалилась на трость сильнее, чем раньше, и я поняла, что часть ее гламора выравнивала ее походку. Теперь я видела, насколько она действительно нуждалась в своей трости. Ее юбка колыхнулась и я мельком увидела ее ноги. Один старомодный черный ботинок и одно черное копыто — раздвоенное, как у козла. Неудивительно, что ей нужна была трость.
Я смотрела, как она возвращается к своему столику в сопровождении Слэйна. Фланнери вел нас к выходу. Я не могла не всмотреться в него внимательнее, чем раньше. Он походил на обычного человека, но всегда есть что-то, что нас отличает — так сказала Ним. Впервые я гадала, что же скрывает под одеждой мужчина, и это абсолютно не было связано с сексом.
49
Фланнери окликнули, чтобы он остался и поговорил со своей тетей наедине, так что он отправил нас к машине одних. Меня все устраивало, ведь это означало, что мы сами могли поговорить без свидетелей.
— Что ты там учудил, Деверо? — спросил Никки из-за наших спин. Я все еще держалась за руку Натэниэла, а Дев сжимал его вторую ладонь. Мы шли втроем в один ряд, и занимали всю ширину тротуара — может, даже больше. Мир действительно не приспособлен для гулянок втроем, черт, да и по двое-то идти затруднительно было на некоторых улочках. На нас пялились прохожие, и этого можно было бы избежать, если бы посередине шла я, но эти двое были любовниками, так что какого черта?
— Почему она назвала тебя колдуном? — спросил Домино.
Дев рассмеялся.
— Я вбросил силу и прояснил сознания Аниты и Натэниэла, только и всего.
— Но как ты это сделал? — включился Итан.
Дев посмотрел на него:
— Меня обучали с рождения, как и всех в нашем клане.
— Обучали чему? В смысле, то, что ты провернул сегодня, только что, было частью твоих тренировок? — уточнил Итан.
— Я обучен быть тем, кем мой Мастер пожелает, чтобы я был.
— Мы в курсе, — отмахнулась я, — но что именно ты там сделал?
Он уставился на меня и лицо его посерьезнело:
— Во многом мое обучение выглядело так, словно я собираюсь стать членом Арлекина. Нельзя быть шпионами и палачами всех вампиров, если вы не можете даже стряхнуть эффект парапсихических способностей людей.
— В Арлекине состоят либо непосредственно Мастера вампиров, либо звери их зова, которые защищены от подобного дерьма силой своих Мастеров. Но я твой Мастер, и я попалась. Как ты умудрился избавить нас от иллюзий?
— Ты с самого начала видел сквозь них? — задал вопрос Никки.
— Да, — ответил Дев.
— Как? — уточнил он.
Казалось, Дев задумался над вопросом пока мы шли. Впереди появился фонарный столб, и нам предстояло решить, кто кого отпустит, чтобы не вписаться в него. Дев отпустил руку Натэниэла и широким шагом обогнул столб, нырнув в мощеный кирпичом проулок, прежде чем вновь присоединиться к нам на тротуаре.
— Будет понятнее, если я скажу, что всех нас растили своего рода живыми талисманами?
— Я слышала, что ты сказал, и ты говоришь на английском, но смысл я не улавливаю, — ответила я.
— Думаю, Джейк объяснил бы понятнее, но мы подвергались магическому воздействию еще с рождения. Они словно выковали из нас… талисманы. Мы видим сквозь иллюзии и магию лучше всех остальных, если не считать истинных
